Погоня за панкерой - Роберт Хайнлайн

– В этом вовсе нет необходимости, – заметил Джейк. – Я могу за несколько секунд перенести нас в Страну Оз или в Страну Чудес. Свежий воздух, и никаких опасностей.

– Джентльмены, мы с Дити не упомянули еще об одном ценном приобретении. Капитан Зебби, не желаешь ли банан?

– Они кончились, Хильда. Я съел последний перед тем, как закопать наш мусор. Пока вы с Дити мыли посуду, перед самым отъездом из Страны Чудес.

– Скажи ему, Дити.

– Зебадия, мы собрали все, что осталось от пикника, вымыли посуду и сложили все в корзинку. Хильда хотела убрать ее в шкаф, но почувствовала, что корзинка вдруг потяжелела. Мы открыли ее и посмотрели. Она была набита так же плотно, как в момент отъезда из Оз. Шесть бананов и все прочее. Честное слово. Можешь сам посмотреть.

– Хм-м… нет, я доверяю докладам подчиненных. Джейк, ты можешь составить уравнения, описывающие корзинку для пикника, которая наполняется сама собой? Как долго это может повторяться?

– Да – на первый вопрос, капитан. Можно составить уравнения, которые опишут что угодно. Что касается второго вопроса – у меня нет данных, придется подождать и посмотреть. Но математическое описание будет проще для корзины, которая заполняется постоянно, чем для такой, что сделает это один раз и прекращает – пришлось бы описать точку разрыва. Однако меня больше не волнуют естественные – или «неестественные» – законы, которые не работают здесь, во Вселенной-Ноль.

– Язва, в прошлый раз ты порекомендовала завершить вращения.

– Нет, капитан Блай. Я просто указала, что первые двенадцать были не совсем бесполезными. И я могла бы добавить, что мы давно бы закончили оставшиеся три, если бы не тратили время на обсуждения.

– Хильда, золотце, твоему трусливому капитану это время было необходимо, чтобы прийти в себя. Клянусь, как только мы устроимся, все трое отправитесь изучать пилотирование. А потом выберем нового капитана.

– Мы просто переизберем тебя, Зеб. И каждый продолжит делать то, что он умеет лучше всего.

– «Разлажен жизни ход, и в этот ад попал я, чтобы все пошло на лад»^[139].

– Ты напутал слова.

– Я всегда их путаю. Что за вселенная ждет нас дальше, Хильда?

– Капитан, у нас еще три, чтобы закончить график Джейкоба, а у меня еще четыре в списке наиболее вероятных. Одна из них совершенно бесполезна для нас – мы не сможем в ней остаться, – но безопасна и забавна. В других трех можно жить, но в каждой есть свои опасности. Если я скажу тебе или Джейкобу или даже Дити, то это может повлиять на исход и мы можем промахнуться мимо самого удачного варианта. Как говорил зав хирургическим отделением в нашем кампусе: «Я не в курсе, давай вскроем и посмотрим».

Я вздохнул:

– Всем приготовиться к вращению. Доклад.

– Пристегнута, капитан Блай, милый.

– Второй пилот.

– Вращение установлено. Эта группа поворотов вокруг оси «t» с обычным замещением на девяносто градусов. Оси «H» и «W» нулевые, «тэ», «тау» и «L» на этот раз становятся пространственными осями, но в группе всего две комбинации, поскольку оставшиеся три вращения дублируют ранее совершенные в других группах.

– Джейкоб, как ты все это запоминаешь?

– Список с вычеркиванием.

– Нет, дорогой, как ты понимаешь это?

– Никак. Но главное, что наши шестимерные уравнения работают. Во всяком случае, до сих пор это срабатывало. Хильда, любовь моя, как только ученый начинает думать, что понимает некий процесс, его разум становится косным.

– Приготовиться, выполнять!

Зеленый огонь…

– Вращение! Выполнять!

Бесформенный красный туман…

– Вращение! Выполнять!

Мы вылетели в звездную вселенную.

– Капитан, эти созвездия выглядят знакомыми, вы не находите?

– Похоже на то.

– Они и есть знакомые, – подтвердила Хильда. – За исключением вон той яркой звезды в Близнецах, которой там быть не должно. Так что это должно быть наше старое доброе Солнце. Мы где-то далеко за Плутоном, там, где кометы зимуют. Давайте подойдем поближе и найдем Землю.

– Не торопись, научный сотрудник. Что там было с первым вращением? Зеленый огонь?

– Тебя устроит смертоносная зеленая туманность из «Космического легиона»? Она встретилась на пути к Убегающей звезде, куда увезли похищенную Аладори^[140].

– Она была в твоем списке?

– Все четверо проголосовали. Мы трое за все три книги цикла, ты – за первый роман.

– Язва, у меня не было возможности прочитать другие два. Что насчет того красного тумана, в который мы попали?

– Тут разобраться немного сложнее. Это может быть вселенная любой космической оперы, особенно автора, который с уважением относится к астрономии – Клемент, Андерсон и так далее. Но были два голоса за «Известный космос» Нивена и два за «Мошку в зенице Господней»^[141]. Я слепила их вместе, чтобы получилось четыре. Независимо от того, имеют ли к этому отношение два старых джентльмена^[142], я полагаю, что мы напоролись на звезду – красный гигант… и удрали раньше, чем поджарились. Ведь красный гигант – это не только и не столько масса, по большей части он ближе к тому, что мы называем вакуумом. В любом случае мы не пострадали, ведь мы провели там менее двух секунд.

– Меньше, любимая. Я установил все одним щелчком, а палец с кнопки даже не убирал. Капитан, хочешь лететь к той яркой звезде? Или сначала проверим ее спектр?

– Давай сократим дистанцию на тридцать или сорок а. е.^[143] – только осторожно, со смещением вбок – и попробуем поймать ее в перекрестье прицела. Может быть, увидим диск, и я сумею измерить угловой размер. Если нет, будем приближаться, пока не появится диск. Измерив его, мы сможем переместиться на расстояние одной а. е. от Солнца, не обязательно в эклиптике, но на поверхности сферы, откуда угловой размер Солнца составляет половину градуса. Оттуда мы без труда обнаружим Землю. А там по обстоятельствам. Второй пилот? Совет.