Люди по эту сторону - Расселл Д. Джонс

– Мы живём в одной деревне. Нам нельзя обижать друг друга, дразниться, ссориться, драться. Потому что те, кто живут рядом, первыми придут, если что случится. Стоит говорить дурное о том, кто всегда готов помочь тебе и твоей семье? Подумайте об этом.

Наказанных было шестеро. Но на кухню явились семеро.

Потому что одной из двух учениц, которые кинулись на выручку Жуку, была Инкрис. А там, где Инкрис, там и Вайли.

Пока что.

Старейшина Ру не затягивала обещанного: наняла вестницу и отправила в Речную Бороду с предложением принять на обучение талантливую юницу. В согласии не сомневалась, но вежливость никому ещё вредила. Так что у Инкрис с Вайли оставалось немногим больше месяца. А им бы и года не хватило!

Чем ближе было расставание, тем больше сомневалась Инкрис.

Взять Вайли с собой – а смысл? Плохо у неё с цифрами, никто не спорит. Отказаться от Речной Бороды? Но старейшина Ру была права: каждый должен делать то, что нравится, и учиться этому, чтобы стать лучше.

Но как уйти на несколько лет за тридевять земель – и всё это время не видеться, не говорить, не слышать друг друга?! Они же всегда были вместе!

Как бросить Вайли после того, как она не бросила Инкрис и была готова отправиться с ней за саму Стену?!

– …Суп с курицей и фасолью, – перечисляла Айгань, опуская разрубленные тушки в большой котёл с водой, – суп с курицей и рисом, суп с курицей и кукурузой, суп с курицей и лапшой, суп с курицей, орешками и баклажанами, суп с курицей и жареным перцем, суп с курицей и птичьими яйцами, суп с курицей и пшеном, суп с курицей и грибами, суп с курицей и сельдереем, суп с курицей, миндалём и сыром, суп с курицей и бамией, суп с курицей и молодым бамбуком, суп с курицей и зелёным горошком…

В Речной Бороде всё будет по-другому. Там холоднее, чем в Солёных Колодцах, там постоянно дуют ветра и повсюду вода. Это край рыбоводов и мельников, и там многому придётся учиться заново.

Деревня расположена в дельте Большой Муэры. Дома стоят на сваях и на мостах, перекинутых над протоками. Центральная площадь так и вовсе на плавучей платформе!

Найдя в хрониках всё, что было про Речную Бороду, Инкрис представляла, каково это – ходить, сидеть, спать под звук мельничных колосьев и плеск рыбы в садках.

Но кое-что в Речной Бороде будет как у них.

Там тоже есть кухня. И каждый вечер взрослые будут возвращаться с работы, грязные, усталые, голодные. Они будут омываться – со смехом и шутками, если молодые, а если в годах, то степенно, не торопясь. Приглаживая мокрые волосы, с полотенцами на шеях, они будут усаживаться за столы, защищённые крышами от солнца и дождя. А дежурные будут разносить подносы с полными тарелками и кричать: «Поберегись!»

Палочками там едят даже суп – как торговки и бродячие переписчики. Сначала вылавливают кусочки, а потом выпивают оставшийся бульон.

«Надо будет попрактиковаться», – решила Инкрис. Понятно, что окружающие начнут потешаться, но то свои. А среди чужих лишний раз лучше не выделяться.

– …Из свинины суп бывает трёх видов: из свежей, из копчёной и из солёной, – продолжала перечислять повариха, снимая пенку с закипающего бульона широким половником на длинной ручке, – но из свежей редко получается, только по праздникам. Варят суп из свинины и свеклы, суп из свинины и помидорок, суп из свинины и початков молодой кукурузы…

Хлопотала Айгань у очага, который отделял внутреннее помещение кухни от улицы. Ялька со своими сторонниками сидел перед раздаточным окошком – никуда не денешься!

Их противники держались подальше. Жук скрёб большую сковороду. Оставалось ему немного – сковорода уже сверкала на солнце. Инкрис с Вайли сортировали мелкие сморщенные зёрнышки фасоли: целые в один мешок, ломанные в другой, мусор в третий.

Вторая юница, которая бросилась на выручку Жуку, закончила с ручной мельницей. «Иди с фасолью помоги!» – велел Сурри, и она послушно направилась к мешкам.

Проходя мимо сосредоточенного Жука, она задержалась и о чём-то тихо его спросила. Инкрис с Вайли прислушались, но ничего не разобрали – мешал звук металлической щётки и голос поварихи, перечисляющий супы с копчёной свининой.

Юницу звали Алана Шаддат. Поговаривали, что в неё при рождении вселился дух её дикой прабабки.

Алана всегда держалась особняком, что в школе, что так. Даже ела в стороне ото всех…

– А чего ты полезла? – вместо приветствия спросила она у Инкрис и зачерпнула из мешка с неразобранной фасолью.

– А ты чего? – задиристо спросила Инкрис в ответ.

Она стеснялась признаваться, что не Жука защищала, а просто реагировала на обидное про беременных.

– Так мы водились с ним, ну, маленькими, – Алана оглянулась через плечо на друга детства, – когда мать была жива. Она с его мамой дружила.

– Её змея укусила? – вклинилась Вайли. – Мне бабушка рассказывала, как искали твою маму.

– Это когда учитель Тан руку потерял? – нахмурилась Инкрис.

История про то, как учитель Тан отрубил себе руку, чтобы остановить яд, восхищала уже второе поколение школьников. Был у этой истории и воспитательный эффект: укусить должны были девочку, которая пошла в лес в то время, когда змеи мигрируют, заполоняя собой всё вокруг. Странник Тан спас ребёнка, но если бы девочка слушала старших, ничего бы не случилось!

– То было другое нашествие, предыдущее, – пояснила Вайли, сдерживая улыбку.

Хитрость сработала: разговор ушёл в безопасную сторону.

– Нашествия змей случаются каждые шесть-семь лет, – продолжала Вайли, – но бывают и чаще. Такой год называют Змеиным. Его предвещает появление Призрачной Луны.

– А ты много про это знаешь! – хмыкнула Алана.

– Я все хроники перечитала, – призналась Вайли. – Бабушка занималась книжным двором, а я ей помогала. И теперь часто там вместо неё!

Повариха перешла к супам из мяса антилоп. Юницы поначалу послушали её, но им быстро надоело.

– Говорят, что ты скоро уезжаешь, – как бы между прочим сказала Алана.

Вайли напряглась: разговоры об учёбе в Речной Бороде расстраивали Инкрис. Вдвоём они договорились не упоминать об этом.

– Скоро, – Инкрис вздохнула и стряхнула шелуху мимо мешка.

– Здорово! – Алана не скрывала зависти. – Я бы хотела побывать на Большой Муэре. И подняться вверх, к истокам. Там находят драгоценные камни. И есть приток, в котором вода зелёная-зелёная…

– Когда-нибудь побываешь, – отозвалась Инкрис.

Это прозвучало немного покровительственно, и она торопливо уточнила:

– Ты же хочешь как твоя прапрабабушка? Странствовать?

– Прапрапрабабушка, – поправила Алана. – Хочу. Очень.