Соло на грани - Елена Кутузова

Эра кивала, мечтая, чтобы щебетунья исчезла как можно скорее.

Меньше всего ее интересовали какие-то правила. Все, о чем мечтала: поесть и спать. Бой всегда отнимал много сил. Даже когда жива была Ири…

Эра отогнала ненужные мысли. Начнет вспоминать – совсем не заснет. Или кошмары сниться будут. А ей больше всякого лечения нужен был покой. Генерал тоже это понял, поэтому и привез сюда, а не в госпиталь. Последний год в НИИ, проведенный среди медицинского оборудования, заполненный обследованиями и тестами, а также холодным, бесчувственным персоналом, дался ей тяжело.

* * *

Закрытый санаторий. Сюда отправляли на реабилитацию в основном высший командный состав Объединенной Армии Спасения, Дуэты и иногда – бойцов их Гамм, если расставание с Примой и Камертоном было нежелательным. Все тут подчинялось строгим правилам медицинского учреждения, и главной заботой врачей было как можно скорее и с минимальными потерями вернуть в строй близнецов. И собирать научный материал. Эра оказалась для ученых находкой, а получить результаты требовалось в короткий срок. Начать исследования немедленно, едва она прибыла в санаторий, помешал только прямой приказ генерала – сделать все максимально аккуратно и без давления. Поэтому до утра ее не трогали.

Зато будили очень настойчиво. Дежурная медсестра лично убедилась, что Эра проснулась и готовится идти на завтрак.

– Ланч в десять, но, если вы задержитесь на процедурах, вам подадут его в комнату.

Эра кивнула, морально подготавливая себя к насыщенному дню. Она не питала иллюзий: с рассвета и до заката она будет проводить в кабинетах, подключенная к мониторам, ее будут долбать током, запихивать в различные аппараты и мучить тестами. Хорошо, если удастся просто посидеть в беседке с книжкой или добежать до моря, чтобы искупаться в теплых волнах.

Столовая, расположенная на первом этаже, больше напоминала ресторан: столики под длинными скатертями, букетики цветов… Даже свечи. Из динамиков лилась спокойная музыка. Эра тут же вставила наушники – без них она чувствовала себя полуголой.

Захрустела под пальцами крахмальная салфетка; официант, считав информацию с браслета, принес завтрак.

Молочная овсянка, размазанная по тарелке. Яйцо всмятку в белоснежной пашотнице… Несладкий йогурт в креманке сиротливо украшали три ягодки черники. Стакан апельсинового сока. Кружке с чаем составляли компанию два кусочка сахара на блюдечке, крохотный кружочек французского батона с маслом и несколькими крупинками красной икры.

Красивая сервировка, безупречная подача… Но Эра предпочла бы сейчас банальную яичницу с сосиской или беконом, пусть и съеденную прямо со сковородки, обычными пластиковыми вилками, а не изящными приборами из блестящей стали.

– Мисс, что-то не устраивает? – На лице официанта проступила забота.

– Да нет, все в порядке, – вздохнула Эра, пододвигая стакан. – Можно еще воды? Простой, без газа.

Бунтовать смысла не было – режим есть режим. Но если ей и в обед не дадут мяса… плевала она на все договоренности. Жить на одной траве можно, сидя в кабинетах, живя размеренной жизнью, без катастроф и потрясений. Ей же – вальсировать с ктулху. А для этого нужна энергия.

Чтобы как-то отвлечься от того, что запихивает в рот, Эра поглядывала на окружающих. Знакомых не нашла. Да и основная масса пациентов не походила ни на Дуэты, ни на солдат. Ну какой боец из женщины под пятьдесят, что сидит за соседним столиком? Расплывшаяся фигура, хорошая одежда и очень, очень дорогая стрижка. Почувствовав, что на нее смотрят, женщина обернулась, но Эра даже и не подумала отвести взгляд. Ну и что, что на голове – как после атомного взрыва, а одежда – казенные футболка и штаны? Зато она – боец, Прима, а не жена высокопоставленной шишки, и находится здесь по праву.

Поджатые губы матроны подняли настроение. Проглотив йогурт и быстро выпив успевший остыть чай, Эра помчалась по врачам – коммуникатор, подсоединенный к общебольничному компьютеру, уже ненавязчиво мигал желтым огоньком. Еще чуть-чуть, и его сменит красный. А это уже – нарушение порядка.

Ничего нового врачи не предъявили. Долгие беседы с психологами. Утром, в обед, вечером. Даже ночами иногда являлись в спальню и, расположившись в кресле, мучили вопросами.

Били током. Не больно, но, когда колючий разряд пробегает по телу, приятного мало. А еще очень скучно часами лежать в объятиях разноцветных проводов, пока умные машины сканируют тело или копаются в голове.

Датчики крепили везде. Синие, красные, черные нашлепки покрывали почти все тело. Иногда заставляли глотать зонд – эту процедуру девушка ненавидела больше всего. Но хуже всего было то, что это посещение санатория ничем не отличалось от прежних исследований в НИИ. Ни минуты наедине с собой, не говоря уж о простых прогулках или купании в море. Все, на что хватало времени и сил, – это быстрый душ и… короткий сон, который тоже тщательно изучали.

– Девочка моя! – В наушниках ворковал голос дяди Мэтью. – Как отдыхается?

– Вам на лингве или по-русски? – буркнула Эра в коммуникатор и переключила на громкую связь.

Генерал засмеялся:

– Совсем плохо? Тут твои документы пришли… Весьма интересные показатели, надо сказать. Чего не скажешь о твоих друзьях…

– О каких? – опешила Эра.

– Да о Гамме я твоей говорю. У них все стандартно. А вот ты, как всегда, полна сюрпризов! Так что придется тебе там задержаться.

– Дядя, ты смерти моей хочешь? – Эра уже даже не злилась.

– А что такое? – В голосе генерала послышалась тревога. – Тебе там не нравится?

– Дядя, какой смысл был отправлять меня на побережье, в элитный санаторий, если он ничем не отличается от Института?

– То есть как? А ну-ка, давай подробнее…

– Да вот так. После завтрака меня утаскивают на обследования и не отпускают до вечера. Хотя вру – отпускают. Выделяют по полчаса на обед и ужин. А еще голодом морят!

Генерал рассмеялся:

– Кашами кормят?

– Ага. И на завтрак, и на ужин. И тренироваться не получается. А еще…

– Стоп! – прервал генерал поток жалоб. – Поговорю я с твоим лечащим врачом. Накормят тебя. И отдохнуть дадут.

– Дядя, это шантаж?

– Ну что ты! – Веселый голос генерала говорил об обратном. – Если что-то понадобится или опять проголодаешься – звони.

Эра грустно посмотрела на замолчавший коммуникатор и подошла к окну. Луна рисовала на поверхности моря прозрачные штрихи. Они прыгали с волны на волну, словно в догонялки играли. Иногда вдали величественно проплывали увешанные огнями лайнеры – круизы, несмотря на постоянную опасность Прорывов, пользовались спросом. А постоянное ожидание нападения приглушило чувство самосохранения. Фаталистов среди людей становилось все больше.

Стук в дверь оторвал от созерцания спящей стихии – принесли новое расписание. Эра глазам своим не поверила – ей дали целых два дня отдыха! Да и последующие процедуры сдвинули в первую часть дня, оставив послеобеденное время свободным. Так уже можно было жить и даже терпеть бесконечные провода, вопросы, монотонное гудение аппаратуры, доводящую до исступления вибрацию сканирующих блоков…