Вертолетчики Новороссии. Даешь Киев! - Георгий Савицкий

— Наши возможности в производстве специализированных авиационных боеприпасов пока еще невелики. Например, завод «Топаз» может гораздо больше, но он подвергся разрушительным обстрелам, большая часть сложного производственного оборудования, насколько я знаю, была эвакуирована из цехов. Сейчас мы вам можем представить подвесные пушечные контейнеры собственного производства — ППК-30. С 30-миллиметровыми автоматическими пушками 2 А-42. Оружие надежное и мощное, снарядов к ним можно найти достаточно. Кстати, боекомплект подвесной установки — 300 снарядов в ленте.

— Вот это неплохо! — Влад по достоинству оценил пушечные контейнеры: простые, надежные и смертоносные. — Жаль, что не смогли сделать спаренные, с двумя пушками.

— Мы хотели, но расчеты показали, что тогда неоправданно возрастет масса самой установки, да и сама она окажется слишком сложной и громоздкой.

— Вы их испытывали?

— Да, на наземных стендах и на опытных вертолетах Ми-8 и Ми-24. Проверки показали, что по огневой мощи и точности пушечные контейнеры удовлетворяют поставленным задачам.

— А ракеты?

— Несколько ракет у нас взорвалось прямо после выхода из пусковых блоков. Хорошо еще, что испытания мы проводили на специальном «Крокодиле» с усиленной бронезащитой. Броня приняла на себя удар осколков, так что пилоты остались живы.

— Все ясно.

Снова пришлось заполнять документы приема-передачи «изделий», накладные и прочие бумаги с гербами и печатями. За всеми этими производственными делами как-то незаметно пришло время обеда.

— Может, вы у нас в заводской столовой пообедаете? — спросил главный инженер.

— Нет, спасибо, мы в кафе зайдем, — ответил Влад.

— Ну, тогда до завтра можете быть свободными.

— Спасибо.

Офицеры временно устроились в заводском общежитии. Вернувшись, они переоделись в «гражданку». Влад отправился к родителям, а Артем — по каким-то своим делам.

Мама и отец были рады неожиданному отпуску сына. Влад обнял их обоих, поставил на стол объемистый пакет с гостинцами.

— Ой, сынок, зачем же ты все это накупил?! — всплеснула руками интеллигентная женщина. Людмила Юрьевна работала преподавателем на химическом факультете Донецкого национального университета. — Я как раз борщику сварила, котлетки приготовила, как ты любишь.

— Ничего, мам, это — к чаю, — Влад, как и многие военнослужащие Донецкой Народной Республики, отдавал деньги и положенный паек родным. Зачем ему столько, если государство обеспечивает всем необходимым, и даже сверх того.

— А ты чего не в форме, сын? — спросил отец-металлург. Василий Матвеевич работал на Донецком металлургическом заводе мастером доменной печи № 2.

— Хочу вечером по городу пройтись, зайти в кафе, коньяка выпить. В форме «комендачи»^[11] могут «придолбаться».

За обедом разговоры в основном вертелись вокруг службы Влада и событий в республике.

Мама совершенно по-интеллигентски возмущалась очередными кровожадными заявлениями киевских властей. И в Интернете, и по телеканалам «с той стороны» активно распространялись слухи о том, что Россия якобы в очередной раз «сливает» Новороссию.

— Мне двоюродная сестра звонила из Харькова, говорила, что Россия отказывается поддерживать ДНР!.. Неужели Путин все-таки нас бросит?

— Вечно ты, мать, драматизируешь ситуацию, — иронично улыбнулся отец. — Давайте лучше хлопнем по рюмашке — за победу!

Влад с удовольствием глотнул обжигающей водки, закусил домашней котлетой.

— Да эти тупые «укропы» должны молить бога, чтобы Путин продолжал свою политику на Донбассе! Иначе наши просто с цепи сорвутся — вы только представьте: высокомотивированные, опытные бойцы с бронетехникой, артиллерией, а теперь еще и с вертолетами пойдут вперед! Да, с нашей стороны будут огромные потери, но со стороны украинских вояк эти потери будут фатальными. Нам-то один хрен — терять нечего! Еще половина Донецкой и Луганской областей под бандеровскими оккупантами. Сколько солдат у нас из Славянска, Краматорска, Мариуполя, Волновахи, Красноармейска?! — высказался Влад.

— Ну, а то, что украинская армия перешла на стандарты НАТО?.. — осторожно спросил отец.

— Да и хрен с ними! Какие стандарты НАТО?.. Бегать с автоматиками и требовать эвакуации всякий раз, когда их за жопу возьмут?! С кем из противников после Вьетнама воевали на равных страны НАТО? С Ираком в 1990 году? Так и тогда для американцев и их союзников было не все гладко. Да, они победили, но не столько военными силами, сколько подкупом. Югославия в 1999 году? Ну, так тогда сербы фактически остались без поддержки России. Правильно сказал тогда генерал Лебедь: «Нам сербы — братья, а мы их сдали, как стеклотару»! Да и то — рейд на Приштину в ночь с 11 на 12 июня 1999 года наших десантников и фактический захват аэропорта Слатина показали, что Россия даже под гнетом внутренних противоречий, экономических проблем и гражданской войны на Северном Кавказе способна на решительные действия. И что с Россией все-таки нужно считаться. Да и сама война в Югославии была далеко не «образцово-показательной» для сил Североатлантического альянса. Два сбитых бомбардировщика-невидимки «Найт Хок» F-117 — один завалили зенитчики под командованием Золтана Дани, а второй — русский МиГ-29. Еще один «Хромающий Гоблин», как называют сами американцы F-117, был подбит и совершил вынужденную посадку в Македонии. К тому же американцы и их союзники потеряли от полутора до двух десятков тактических истребителей-бомбардировщиков над Югославией.

— Но американцы же тогда все-таки победили… — покачала головой мама. Как интеллигентный человек, она с трудом переносила речь сына, насыщенную «армейскими оборотами». Влад старался при ней сдерживаться, но все равно — иногда проскакивали словечки…

— И какой ценой? Вообще я все-таки приверженец учебной методики еще Советской армии. Батя, ты же служил в мотострелках?

Отец кивнул, разливая по новой.

— У нас и тактическая подготовка была, и огневая, и медико-санитарная. Не такая, конечно, как сейчас, но все же… И за два года я стал вполне приличным пулеметчиком. Даже на сверхсрочную предлагали остаться, — подтвердил Василий Матвеевич.

— А все потому, что система обучения в Советской армии была рассчитана на «рядового пехотного Ваню» — пацана 18 лет от роду, который впервые взял в руки автомат Калашникова. Ведь правда, пап? Воюет не спецназ, воюет пехота, а потому все стандарты должны быть доступными, надежными и эффективными. А уж потом с солдатами можно проводить углубленное изучение тактической стрельбы, штурмовых действий в городе или тактической медицины. Да сами посмотрите, у нас на Донбассе Советская армия сейчас дает последний бой всему этому с…ному блоку НАТО!

— Сынок, ты бы не выражался так… — покачала головой Людмила Юрьевна.