Русская зима - Алексей Изверин

— Тамара Ивановна, простите за вопрос… — Кое-какие знания еще оставались у меня со времен института и рытья по Сети. И теперь они зашевелились, требуясь наружу, к осмыслению. — Если тут есть что-то ядерное, то должны быть серьезно оборудованные помещения. Например, центрифуги… Как я понимаю, уран или плутоний должны разделять… Раньше для этого использова…

— Отставить разговоры. Ты вообще о чем сейчас? Думаешь, что тут мутанты развернули полноценное производство всего и вся? Тут есть пара ядерных бомб, старых, от СССР еще. Знаешь, что такое СССР? Вот мутанты их нашли и как-то пытаются наладить, чтобы дотащить до городов. Ракеты, баллистические, давно протекли уже, даже если и сохранились живые.

— Так что же мы тут ищем? — Спросил я.

— Как это что? Информацию о том, где тут что может находится. И нет ли чего еще опасного в этих краях. А вообще, вы знаете, группа семь-семь, что задавать вопросы лишние командиру не в правилах Специального Корпуса?

— Так точно! — Ответил я. — Но, для более полного понимания информации…

Тамара молчала, смотрела на меня и ждала, что я скажу. Я уже и сам был не рад, что рот открыл, но куда деваться-то? Да еще и этот ноут несчастный, ну на кой я его вообще трогал-то?

— Но, для более полного понимания информации, может, опишете нам, что надо искать? Наши поисковые системы более совершенны, чем имеются у вас. Мы можем что-то заметить, а потом пропустить, потому что не знаем, как это должно выглядеть и надо ли…

— Так. — Тамара перебила меня. — Слушать сюда. Верные доводы, надо сказать, привели. Итак, еще раз слушать сюда и помнить, всем помнить, что информация закрыта.

Тамара посмотрела на нас, ожидая.

— Так точно! — Ответили мы вразнобой, но все вместе.

— Ищем мы любую информацию, которая тут может оказаться. Любую практически. Мы не экипированы, чтобы вывозить архивы бумажные. Тут такие должны оставаться, в те времена развитие этой страны не отличалось. Но все важное, все секретное, что забыли в этих местах люди, мы должны найти. Прежде всего, это следы ядерного оружия. Потом, местоположения крупных промышленных и добывающих центров… Многие данные утеряны. И, также, не обходить вниманием все странное. Все, что выбивается из привычной картины. Все, где может храниться информация. Всей информации даже я не имею. Но прошу учесть, товарищи… — Тамара помолчала, подумала о чем-то не очень приятном, судя по тени на ее лице, — все это должно выглядеть как карательный рейд. Всем все понятно?

Дождавшись очередного нашего «Так точно», криво улыбнулась.

— Тогда продолжаем поиск… Хотя… У кого есть какие-нибудь идеи? Кто-то раньше по индастриалу лазил?

— Вроде бы ваш был, Пал Палыч, старый такой? — Вспомнила Ленка.

— Он не лазил, иначе тут бы был. Он проходимой техникой увлекается. «Вепрь» в гараже держит, со снятым оружием, правда, но все равно. У нас тут индастриал другой… Опасный. Им можно заниматься только под прикрытием пулеметов. Или даже пушек. Мутантов по старым базам как у дурака фантиков.

Я был склонен согласиться. Чтобы в паре километров от города, в развалинах заброшенного завода жили разумные мутанты-крысы, да еще и бродили туда-сюда… В европейской части я про такое не слышал как-то. Там мутантов давно повывели, разве что есть некие неприятности с бандформированиями из Старой Европы.

— А мы, когда на Ачинск смотреть ходили, башню видели… — Сказала Ленка. — Так там, судя по всему, половина Красноярска перепихнулось…

— Так она на то и Башня Любви. — Не удивилась Тамара. — Есть такая легенда, что тот, кто там то ли поцелуется, то ли переспит в ней… То они смелые и модные люди. Вот и катаются.

— Понятно.

— Раз понятно, так и пошли дальше.

По большой и широкой лестнице поднялись на третий этаж.

Тут уже повеселее. Такой же коридор, в две стороны. По углам стоят пустые горшки с землей, окно выбито, нанесено немного снега. В коридорах темно, окон нету.

— Так, мы пошли… — Я активировал ночное зрение.

Гулко отдавались шаги в стены, гуляло эхо. Тамара и Ленка оставались в холле. Меня они не видели, коридор тут был черной кишкой, в которой вяз любой свет.

Причина этому обнаружилась почти сразу. Большой деревянный щит перегораживал коридор от и до, упираясь в противоположные стены.

Я быстро просканировал, что за ним.

Такой же коридор, вроде бы.

Легкий пинок. Щит покачнулся, сверху посыпалась пыль и труха.

— Ты что там? — Крикнула Тамара.

Я перебросил картинку Ленке и Лешке.

— Тут проход завален. Пытаюсь пройти… — я чуть отступил назад, напружинился и вдарил уже со своей настоящей силы.

Груммк!

С громким деревянным хлопком щит развалился на две половинки по вертикали, и обрушился вниз, а часть, по которой и попал мой пинок, унеслась куда-то дальше, вглубь. На стенах остались висеть обломки досок, толстых, в три пальца.

Резко запахло смолой.

Через пролом проник серый, слабый солнечный свет.

— Есть проход! — Сказал я в рацию.

Дальше по коридору вроде бы ничего интересного не было. Столы вдоль стен, шкафы какие-то, деревянные и пыльные, двери в комнаты.

Я прошелся до конца коридора, попутно заглядывая в двери. Ничего. Ничего нету, техники никакой. Столы, покосившиеся остовы стульев, мебель разная, цветы и прочий мусор, и все под толстым-толстым слоем пыли.

Хотя…

Так. Вот это что?

Одна из комнат привлекла мое внимание.

Очень уж тут… Чисто?

— Тамара Ивановна, тут кто-то жил.

— Иду.

Тут явно кто-то давно обитал. Коридор тут расширялся, образуя маленький холл без окон и без дверей. С одной стороны коридор забили досками, которые я только что расколотил, с другой стороны заставили шкафами и мебелью. На полу следы кострища, несколько лежанок из старых шкафов, пара шкафов сложена рядом, а дверцы их распахнуты.

Тамара в сопровождении Ленки появилась быстро.

Поглядела. Присела на корточки, смахнула пыль с почерневшего участка пола.

— Да, точно. Только лет сто как тому назад уже. Неплохо место выбрано, надо сказать. Смотри… — Тамара выпрямилась, и показала на вытянувшееся из угла между стеной и потолком жерло какой-то гофрированной трубы. — Догадываешься, что это? Вентиляция. Причем выводит в общую систему вентиляции. Они могли тут жечь костер, а дым сносило по этажу или сразу куда-нибудь в шахту… И видно их не было. Странно, почему они отсюда ушли? Что там по сторонам?

Я огляделся.

Две комнаты, пустые, конечно. Но у дверей выставлена мебель, пара шкафов, которые закрывают дверной проем почти полностью. Чтобы войти в комнату, надо эти шкафы обойти… Ой, мать твою!