Вещий. Разведка боем - Юрий Корчевский

Как ни странно, после этих гонок меня стали узнавать на улицах, а на торжище я стал прямо-таки уважаемым человеком. Вот ведь странность – деревню из руин поднял, а как был просто боярином, так им и остался. А тут сделал буер да выиграл на нем в гонке деньги – и популярен, как какая-нибудь нынешняя поп-звезда.

Чтобы не обмануть в ожиданиях Васятку, я вновь купил лодочку-долбленку, причем, когда покупал, продавец хитро прищурился:

– Опять чего удумал, боярин?

Я отшутился, а продавец, не торгуясь, сделал скидку.

Будущий буер я также поставил на коньки, но теперь придумал к нему еще и тормоз. Нажал на рычаг – снизу, с днища, высовывается железный прут и тормозит о лед. А вместо мачты с парусом сшил нечто вроде парашюта, только квадратного, и прикрепил его тонкими веревками к корпусу.

Когда я выкатил на лед уже готовую конструкцию, вокруг собралось множество любопытствующих. Люди стояли немного поодаль и с интересом разглядывали буер.

Я уселся на скамейку буера, слегка отпустил стропы – парашют надулся и потащил буер по льду. А когда я был на середине реки, отпустил стропы до конца. Ветер заполнил купол полностью. Буер понесся по льду, слегка подпрыгивая на наледи. Ветер свистел в ушах, обжигал щеки и выдавливал слезы из глаз. Даже на глазок скорость была выше, чем у моего первого буера, причем изрядно.

Я подтянул стропы, испробовал тормоз. Буер встал. Я развернулся и отправился в обратную дорогу. И сразу почувствовал разницу – на ветер под углом купол тянул хуже.

Все-таки я посадил за собой Васятку, и мы поехали по реке. К нашему удивлению, вскоре показалась моя деревня. На лошади в Смоляниново скакать и скакать, а тут – по льду, как по асфальту. Здорово! Пожалуй, у меня теперь есть зимний транспорт.

Я зашел в деревню, коротко переговорил с Андреем, и мы пустились в обратный путь. Теперь я сидел сзади, а буером правил Васятка. Сначала не все получалось гладко – буер рыскал, но когда мы подъехали к причалу, парень уже освоился. Сам ловко подтянул стропы, погасив купол, и затормозил. Пацан сиял, как новый рубль. А как же? В городе ни у кого такого нет!

Пожалуй, буду брать Васятку в поездки на буере – пусть учится, привыкает. Плохо только, что буер одноместный. А двухместный делать – тяжеловат получится, корпус деревянный. Сюда бы пластик да алюминий.

Дома только и разговоров было, что о поездке. За ужином Васятка все уши прожужжал Елене о буере. Пора, наверное, вводить парня во взрослую жизнь – боярская стезя далеко не такая сладкая, много надо знать и уметь.

Следующим днем было воскресенье, и мы отправились в церковь на службу – так заведено было на Руси. Ощущал я себя русским, православным, и службы посещал, не то сочли бы безбожником. Пожертвовал церкви от выигранных на спор денег десятину – пять рублей, что было в русских традициях. Десятую часть от прибыли жертвовали все – купцы, ремесленники, крестьяне, воины.

Еще пять рублей мы потратили на торгу. Надо было и Елену приодеть, и Васятку – все-таки боярыня и боярский сын. Пусть и не столбовые дворяне, но не след в старом ходить. Лене я выбрал лазоревый сарафан, обильно украшенный вышивкой, кику шелковую, бархатную безрукавку, Васятке – ферязь тонкую, летнюю, порты с гашником, жупан и мягкие башмаки из козьей кожи. А уж мимо лавки златокузнеца жена пройти просто не смогла. В цвет кики выбрала себе понизь из бисера, а я добавил шейную гривну.

Дома оба вертелись перед зеркалом, примеряя обновы. Воистину – хочешь поддерживать благосклонность женщины – балуй ее подарками.

Меж тем пришла весна с ее ледоходом, разливом рек и непроезжими дорогами. Я был рад, что Андрей успел завезти в деревню соль, перец и еще кое-что по мелочи. Мука, зерно, крупы были теперь свои, все припасы хранились в амбаре.

Как только дорога подсохла, я на коне отправился в деревню – ведь не был там месяц. Еще подъезжая, услышал стук топоров и увидел многолюдье на пригорке. Я направил коня туда.

На каменном фундаменте, заложенном еще осенью, уже красовались четыре венца бревен. Я обрадовался: церковь начала строиться – знак добрый.

– Андрей, – поздоровавшись с приказчиком и холопами, спросил я, – откуда столько народу?

– Делать сейчас в поле нечего – сеять рано, а к Тучкову в церковь нашим ходить далеко, вот и решили люди помочь плотнику. Думаю, дней через десять со стенами закончим.

Подивился я, но и обрадовался. Не деревня будет, а село. Теперь загвоздка только в священнике да колоколе.

– Андрей, о церкви подумали, а об избе для священника и его семьи?

– Сделаем, только покажет пусть, где ставить.

Мы обговорили хозяйственные мелочи, и я поскакал в город. Верст через десять обогнал интересную процессию. Лошадь тащила груженую повозку, а к ней была привязана за оглобли еще одна повозка, в которой сидели дети. Обочь шли мужики с бабами.

Я остановился, развернул лошадь.

– Здоровьичка всем!

В ответ – поклоны, нестройное: «Здравствуй, барин».

– Не барин я – боярин. Откуда путь держите?

– Из Литвы проклятой, совсем паны да ксендзы замучили.

– Сбежали, стало быть?

Мужики втянули головы в плечи, затравленно глянули на меня.

– Совсем житья не стало. Батрачили с утра до ночи, а детям есть было нечего.

– А что лошадь одна на две повозки?

– Так вторая пала в дороге – сена не припасли: пан траву запретил косить, а новая не выросла.

– Чем на жизнь зарабатывали?

– Тебе-то, боярин, какой в том интерес?

– Стало быть, имею, коли спрашиваю. По моей земле едете.

– Бортник я, – глухо сказал один.

– А я – медник, колокольчики да била делал.

Хм, а не взять ли их себе в холопы?

Бортник, или по-современному – пчеловод, нужен. Весь мед уйдет на постоялый двор – медовуху делать, сбитень, сыто, да и зимой просто так есть можно. С медником, конечно, сложнее.

– Ко мне в холопы или закупы пойдете?

Мужики переглянулись, пошептались.

– А условия какие?

– Избы каждому дам. Бортник пчелами заниматься будет. А медник, коли захочет, пусть своим делом занимается, а не захочет – пусть землю пашет.

– Своим делом хочу заниматься – у меня на телеге весь инструмент есть. Дед мой, отец – все медниками были.

– Прибыль – пополам. Бортник мед сдавать на постоялый двор будет – он на перекрестке стоит, вы его проезжали. Это выгодно – в город возить не надо, время тратить, мыто платить. Всем в деревне распоряжается мой приказчик, Андрей. За вами долгов или других грехов нет ли?

– Упаси Бог!

– Тогда поворачивайте назад – тут недалеко Смоляниново будет. Спросите Андрея, скажете – я устроить велел.