Плотность огня - Макс Глебов

***

В отличие от всех остальных банков, с которыми мы общались исключительно через сеть, в РКСТ мы с профессором решили явиться лично. Перелет до Титана много времени не потребовал, и уже на следующий день мы с Иваном Герхардовичем сидели в кабинете управляющего. Профессор оказался давним и уважаемым клиентом РКСТ. На его счет регулярно падали отчисления по патенту, тратить которые Иван Герхардович не очень торопился, так что банк таким клиентом был весьма доволен.

Выслушав нас и посмотрев документы, управляющий улыбнулся.

– Господа, я надеюсь, вы понимаете, что процентная ставка по потребительскому кредиту будет выше, чем если бы вы обратились ко мне, как представители компании?

– Конечно, господин Камский, мы отдаем себе в этом отчет, – ответил я на его намек, что он в курсе ситуации вокруг Оружейной компанией Лавровых, – однако в настоящий момент идея обращаться к вам от имени фирмы не кажется нам удачной.

– Я думаю, вы правы, и очень хорошо, что вы обратились именно к нам. Вдвойне правильно вы поступили, прибыв в банк лично. Сейчас нас с вами точно никто не слышит, поэтому я позволю себе быть откровенным. Вы очень заинтересовали наш совет директоров, господин Лавров. Мы видим, как вы добиваетесь своих целей и видим результаты, прежде всего финансовые, такова уж наша специфика, которые могут принести ваши усилия. По известным причинам мы не смогли бы выдать кредит Оружейной компании Лавровых, но вам лично, как простому гражданину Федерации, жителю Титана и кавалеру Золотой Звезды и Железного Креста, мы пойдем навстречу. Предложенный вами залог нас более чем устраивает. Такой патент мы всегда сможем реализовать, если ваше начинание окажется несостоятельным. Но, выдавая такой кредит, мы хоть и не вступаем формально в конфликт с известными вам силами, все же несем определенные риски, связанные с их возможной реакцией на помощь вам. Поэтому мы бы хотели от вас взаимной услуги.

– Я вас внимательно слушаю, Иван Денисович.

– Если в результате нашего сотрудничества Оружейная компания Лавровых получит доступ к государственным заказам и займет достойное место на рынке вооружений, мы бы хотели, чтобы она перешла на обслуживание в наш банк. От вас мне достаточно простого обещания.

– А как вы думаете, Иван Денисович, в какой банк я бы привел свою компанию после того, как из всех тех, к кому я обратился, лишь один вошел в мое положение и согласился помочь? Мне даже не нужно ничего обещать вам. Я и так собирался поступить именно таким образом.

– Ну что ж, господа. Тогда мы можем переходить к формальностям.

***

Генерал-лейтенант Шиллер выслушал меня с мрачным выражением лица. Я не стал ничего от него скрывать. Этот человек уже не раз помогал мне, и я не ждал от него удара в спину.

– Младший лейтенант, – хмуро сказал он, когда я замолчал, – ты сильно рискуешь. Эти люди шутить не будут. Ты уверен, что все учел?

– Я рискую сильнее, чем на Лейтене-5, господин генерал?

– Не притворяйся дурачком, Лавров. Это разные риски. Никто убивать тебя не будет, по крайней мере, своими руками. Но ты начал дело, которое не имеешь права завалить. Надеюсь, ты понимаешь это не хуже меня. Вот только руководству ГВИ на твои мотивы плевать. Я не знаю, что они там себе думают, но жадность, по-моему, совсем застила им глаза. И я догадываюсь, каким будет их следующий шаг. Если ты представишь комиссии что-то стоящее, их лоббисты настоят на боевых испытаниях перед заключением госконтракта, и тебя с твоими людьми и новой техникой пошлют в такое место, откуда вы гарантированно не вернетесь. Ты к этому готов?

– Я подозревал что-то подобное. Значит, придется пройти и через это.

– Ты настолько в себе уверен?

– Уверен. И в себе, и в своих людях, и в курсантах ВВУ Планетарного Десанта, которых хочу у вас попросить на время госприемки моего нового оборудования. То, что мы представим на полигонные испытания, будет достаточно прорывной технологией, чтобы заинтересовать комиссию, но мы покажем им не все. Кое-что я припрячу в рукаве, чтобы достать этот козырь во время испытаний в бою, в каких бы тяжелых условиях они ни проводились. Мы справимся.

– Кому другому я бы не поверил, но тебя я знаю, как офицера, который зря говорить не будет. Я постараюсь помочь тебе, младший лейтенант. Но это решение нужно будет согласовать с попечительским советом. Во всяком случае, с его главой. Я думаю, генерал армии Васнецов, меня поддержит.

***

До начала занятий в академии у меня оставался всего месяц. Все это время, с момента награждения Золотой Звездой, я считался находящимся в отпуске, ведь училище я уже досрочно закончил, а приказ прибыть в академию предписывал мне явиться туда лишь двадцатого июня. Ну и положен мне был отпуск, к ордену прилагался.

Почти весь этот месяц я провел, мотаясь между столицей и Ганимедом, где Джефф с четверкой наших студентов-инженеров безвылазно ковырялись в училищной ремзоне. Генерал меня не подвел, да и Васнецов оказался мужиком с понятием. Во всяком случае, технику мне выделили наименее потрепанную. Пару раз Шиллер лично спускался к нам в ангар и молча смотрел на наши мучения, не вмешиваясь в процесс, а на следующий день так же, не говоря ни слова, прислал нам в помощь бригаду из трех училищных техников. Работы предстояло еще море, ведь мы собирались оснастить нашими новыми станциями РЭБ не только боты и Варанов, но и бронескафандры десантников. Гулять, так гулять. Все компоненты десантного взвода должны соответствовать новым требованиям незаметности.

К концу месяца я сумел немного перевести дух, когда понял, что ребята под чутким руководством лейтенанта Джеффа и профессора Штейна сумеют довести начатое до конца и без моего непосредственного участия, а девятнадцатого июня я улетел в столицу. Меня ждала академия Генштаба.

***

Седой полковник, которому я доложился о прибытии, с удивлением бросил взгляд на мои погоны младшего лейтенанта, но разглядев квалификационный шеврон, Золотую Звезду и Железный Крест, от комментариев воздержался и молча принял мои документы. Сверившись со списками в своем планшете, он скинул мне ключ-код от моей новой комнаты и инструкции куда-когда прибыть для участия в церемонии представления слушателей начальнику академии. На этом формальности завершились, чему я был несказанно рад.

В академии Генерального штаба к слушателям относились совершенно не так, как в училище к курсантам. Ну, еще бы, все мы были офицерами с немалым боевым опытом, отличившиеся в боях и успевшие покомандовать достаточно серьезными частями и подразделениями. Комната моя напоминала номер в хорошей гостинице. Как оказалось, и сервис здесь был практически таким же. Питались мы в столовой, не уступавшей иным ресторанам по интерьеру и вышколенности официантов. Будущую элиту вооруженных сил Федерации здесь ценили. Ну и, естественно, никакого казарменного положения с увольнительными и прочей милой ерундой здесь не практиковалось. От слушателя требовалось вовремя являться на занятия и экзамены, остальная его жизнь никак не регламентировалась, за исключением чрезвычайных ситуаций, естественно.