Мантикора и Дракон. Эпизод 1 - Юлия Созонова

Сеш'ъяр заметив мою нерешительность, взял меня за руку, проводя сквозь охранные плетения. Ощущение оказались те ещё, оставляя неприятный, липкий отпечаток на коже. Недовольно поморщившись, последовала за мужчиной, через мрачный двор к тёмному проходу, так же очерченному руническими знаками.

Коридор оказался продуваем всеми ветрами. Чёрные лианы оплетали местами потрескавшийся гранит, переплетаясь под высоким сводчатым потолком. В нишах стояло боевое облачение, разных эпох и народов. В одном из доспехов, начищенном до блеска, отразилась довольно приятная глазу картина. Миловидная женщина, в паре с красавцем мужчиной. Раскрасневшаяся, немного растрёпанная. Даже шрам как будто стал незаметнее, лишь светлая полоска на тронутой лёгким загаром коже.

Жаль, это временно. Да и мужчина мне не принадлежит, и вряд ли принадлежал когда-то.

Хмыкнув, откинула мешающуюся прядь волос на спину. Атмосфера царившая в коридоре была занимательной. Мрачно настроенные адепты, чавкающие и шипящие звуки со стороны некоторых тёмных проёмов. Отзвуки боевых заклятий со стороны полигона. Заинтересованно повернувшись в сторону щупальца, выбравшегося через маленькое отверстие внизу стены, едва успела увернуться и избежать столкновения с группой юных некромантов.

Один из них был настолько вежлив, что даже помог, поддержав за талию, за что получил недовольный взгляд от директора. И не понятно, что не понравилось дракону больше: то, что адепты филонят от учёбы, или то, что его добычу пытаются увести.

Мнение самой "добычи" в расчёт не бралось, совершенно.

Хмыкнув, молча вошла в открытую дверь его кабинета, сразу же устроившись в глубоком, мягком кресле, напротив стола и вытянув усталые ноги.

Сеш'ъяр, бросив компании студентов какой-то отрывистый приказ, зашёл следом, сев на край своего стола и скрестив руки на груди. Поинтересовался, с долей иронии в голосе:

— Так что там насчёт моей судьбы, леди? Какой крутой поворот мне уготован Хранителями?

Насмешливо сощурившись, сложила руки домиком. И выждав немного, сознательно распаляя драконье любопытство (мне ли не знать, какие они порой нетерпеливые), копируя его интонации, ответила:

— Семейно положение, Сеш'ъяр. Такая мелочь, — возведя глаза к потолку, с ноткой обиды поинтересовалась. — Неужели ты не узнал меня, мой золотой дракончик? Или стал слишком стар, что бы помнить?

Сеш'ъяр Ресс'хат.

Утро выдалось на редкость спокойным и даже немного скучным. Потягивая тягучее сладковатое вино и наблюдая, как занимается рассвет, всё пытался понять причину тревоги, ужа довольно давно не отпускающей и даже вроде бы ставшей сильнее, в последние пару дней.

Понаблюдав за Ариатаром, пришёл к выводу, что о ком, а о нём волноваться точно не стоит. За малышкой Саминэ прекрасно присмотрит Рик, он же, в случае чего, вполне способен отвесить подзатыльник, забывшемуся демону.

Но в чём же тогда дело?

Небольшое развлечение на рынке, благополучно украденная выпечка и занятная беседа с прекрасной незнакомкой немного притупили ощущение беспокойства. Зато всколыхнули старые воспоминания.

Забавная шутка Хранителей. И сейчас, сидя на краю любимого стола, опять заваленного документами и осколками артефактов, я с лёгкой грустью и, что греха таить, любопытством рассматривал внезапную гостью.

Её насмешливое и покровительственное выражение лица интриговало. Да и смутное ощущение, знакомое до боли, аккуратно и неспешно действовало на нервы, напоминая о чём-то. Точнее о ком-то…

Корана…

Прикрыл глаза, чувствуя кислый привкус горечи и грусти на языке. Наверное, именно поэтому язвительный вопрос, прозвучал неожиданно, как гром среди ясного дня:

— Неужели ты не узнал меня, мой золотой дракончик? Или стал слишком стар, что бы помнить?

От удивления покачнулся и распахнул глаза, уже куда пристальней посмотрев на неё:

— Простите? Леди, возможно, вы с кем-то меня путаете?

— Да-а-а? Ну, тогда лет пять назад я тебя тоже с кем-то перепутала, не иначе, — фыркнув, женщина дёрнула плечом, расстегнув брошь, удерживающую плащ. Тот скользнул вниз, открывая хрупкую фигуру.

Потянул носом воздух. Мята и шоколад, а ещё капелька ванили. Моё любимое сочетание, встретившееся всего раз на протяжении всей долгой жизни. И эта улыбка. Тонкая, чуть насмешливая, такая знакомая…

Сжал пальцы так, что побелели костяшки. И выдохнул:

— Корана?!

— Браво, — благосклонный наклон головы и сухие аплодисменты. — Ещё не всё потеряно. Знаешь, раньше ты, помнится, соображал куда быстрее. Закостенел что ли, на своей руководящей должности?

Вспыхнувшая обида, погасла, сменившись недоверием. Слишком тонкой и ранимой оказалась зародившаяся в душе надежда, вот и поинтересовался, как можно безразличнее, давя желание схватить в охапку и никогда не отпускать:

— А почему я должен верить тебе на слово? С чего мне быть уверенным, что ты действительно та самая Корана, а не очередная охотница за чужой парой?

— А не поздновато ли ты спохватился, проверять мои намерения? Когда уже сам привёл в своё логово? — гостья рассмеялась, хотя и казалось, что веселье было не сказать что бы искренним.

Скорее уж подтрунивание, над моей оплошностью. И оно явно доставляло ей огромное удовольствие.

Успокоившись, женщина улыбнулась:

— Если хочешь, можешь прочесть мои мысли. Я понимаю, склероз, старость, некоторые моменты стали забываться, но, думаю, того, что ты увидишь, будет достаточно, что бы внести ясность. Так и быть, старый беззубый дракончик, я опущу щиты.

И она поддалась вперёд, прямо и открыто смотря мне в глаза. Приподняв собственную защиту, загляну в тёплое карее море, почему-то похожее на топлёный шоколад. И потерялся в нём, оглушенный картинками собственного прошлого, рухнувшими со всех сторон.

…Случайная встреча на границе Эллидарской Академии Магии. Хрупкий, ещё совсем ребёнок, посреди кровавой резни…

…Её первый смех, искренний и чистый. Капельку неуверенный. Но только для меня. Как и эта улыбка, полная тепла и ласки…

…Витиеватые печати. Корана рисовала их легко и непринуждённо. И уже который час пыталась объяснить мне принцип их создания и как с ними работать. А я больше смотрел на неё, чем слушал. За что и получил увесистую затрещину…

Выкинули меня так же бесцеремонно и с завидной силой, смерив недовольным взглядом. Мотнув головой, потёр переносицу, пытаясь собраться с мыслями. Кора лишь фыркнула, явно демонстрируя своё мнение о мыслительных способностях некоторых представителей чешуйчатой братии.

А я улыбнулся. Глупо и счастливо. Пробуя её имя на вкус, узнавая заново:

— Ко-ра-на…

И ведь как будто не было этих пять лет, когда старательно и методично вымарывал её из собственной памяти, души и сердца. Чувства вспыхнули с прежней силой, согревая и опаляя изнутри. И оставаться вдали не было никаких сил.