FERA. Апокалипсис: пособие по выживанию - Константин Зайцев

Если человек бывалый, то выстрелит только наверняка. Оставить подранка считается большим позором, и дело вовсе не в меткости и чести стрелка. Раненый зверь не достанется тебе – он уйдет и сдохнет, а это расточительство. Вот в этом и суть: огромная тайга, а лишнего зверя в ней нет. Вот так.

Ближе к полудню миновали предпоследний распадок и уперлись в горную речку. Хорошо, что к лету она сильно обмелела, и нам удалось без особых проблем перебраться на другой берег. Еще через час мы вплотную приблизились к цели похода. Нам оставалось перемахнуть последнюю сопку.

– Быстро добрались.

– Ну так лето на дворе. Самое время для пеших прогулок. Вот по весне или не дай бог зимой я бы сюда без подготовки не сунулся.

– Так…

– Стойте! – окликнул нас Александр. Мы с дедом слегка заболтались и незаметно ускорились, оставив остальных чуть позади.

– Чего копаемся? – недовольно высказался патриарх.

– Ух… Стойте, говорю, дальше так нельзя. Мы уже недалеко, и там может быть опасно.

– Какие тут опасности-то? – возразил дед. – Я эти места назубок знаю, нет тут ничего такого страшного. Звери нынче сытые, на фиг мы им не нужны. Разве что сам решишь «прыгнуть со скалы», патлатый, – закончил патриарх подколкой. Ну не вязались длинные волосы и косички в его голове с мужественностью.

– Хватит. Помолчите, – мне что-то послышалось, и я призвал всех к тишине. Не уверен, но было ощущение, что какой-то звук нет-нет, да доносился до ушей.

В округе действительно что-то изменилось. Незаметно. Это не относилось к визуальному восприятию мира и даже к запахам, я просто не мог этого описать. Пришлось сосредоточиться, чтобы понять, в чем проблема. Восприятие сбивчиво пыталось донести до сознания непонятный хор шепотов на самой грани сознания. Шепот, точнее, хор голосов. Ничего нельзя было разобрать.

– Слышите?

– Что? – разом спросили оба собеседника, удивленно уставившись на меня.

– Как будто кто-то перешептывается.

Дед с Саней замерли, внимательно вслушиваясь. Саня даже от усердия ушами зашевелил.

– Да вроде ничего. Разве что птиц нету, вот это странно, – заметил бывалый охотник.

– Все может быть, – глубокомысленно протянул Саня. – А описать можешь?

– Да какой там, хрен опишешь. Пока вы молчите, вроде как на самом краешке восприятия что-то ощущается, но хрен разберешь.

– Ладно, чего тогда попусту стоять? Веди, Виктор.

Веди? Ага. Щас. Я на краю пропасти безумия стою, а эти двое «веди». Может, у меня галлюцинации и прочие непотребства? Да, кажется, нет, но в том-то и весь прикол: нельзя быть уверенным до конца.

Свыкнуться с такими странностями и принять? На это требуются время и желание. В теории я понимаю, что все происходящее может случиться. Вот только понимать и принимать – это разные вещи. Разум упорно советует поскорее набрать заветный номер психбольницы.

Тут нужно понимание того, кем я являюсь. До классического мага с посохом или волшебной палочкой мне далеко. Равно как и до метателя огня и молний. Магия вуду – это магия ритуалов, лоа, духов. А за духов у нас кто отвечает? Правильно, шаманы!

Так что вчера с супом по-дурацки получилось. Но у меня есть оправдание! Простой и обычный человеческий шок. Был очень насыщенный день.

Из меня может получиться толковый шаман. Занятие капой дали много информации об этой культуре… теоретически. Да, знаю я об этом только теоретически. По жизни я придерживаюсь мнения: если человек разговаривает с Богом – это молитва, а вот если Бог с человеком – шизофрения. Меняем слово «Бог» на «дух» – и результат будет тот же.

В общем, на практике мне подобное испытывать не приходилось. Да и пробовать сейчас не очень хотелось. Условия не те. Для начала я бы проводил такие опыты в одиночестве. Если ничего не получится, можно все списать на разыгравшееся воображение. В иных случаях только родственников и знакомых напугаю.

Каждый шаман по-своему ощущает лоа. Если предположить, что я не псих, может, это духи мне пытаются что-то показать и рассказать? Возможно. Ладно, не время и не место. Надо идти, от топтания на месте ничего не решится.

– Готовимся – и вперед.

Мы с дедом и Николаем взялись проверять ружья. Патриарх Строкин щеголял новеньким «Тигром» (карабин на базе СВД) под патрон 7.62х54, вес пули 13 грамм, скорость 730 м/с. Пластиковый приклад и буржуйский прицел Nikon Monarch 3 5—20x44SF W/NP.

Откуда я все это знаю? Ну, вначале я, как и остальные представители моего семейства, был вынужден выслушать, какой подарок хочет получить любимый дедушка на юбилей. А потом еще и скинуться на этот дорогой, но желанный гостинец. Все просто.

Сам я взял старенький ИЖ-27. Причем это ружье нигде не числилось – нелегал. Деду оно досталось от старинного армейского друга, что периодически приезжал в гости. Потом была печальная история и рак – вот так ружье осталось на вечное хранение.

Выбрано мной это творение советских оружейников было по двум причинам. Во-первых, опыт. Матерым охотником или стрелком я себя не считаю. Мой уровень где-то между «по баночкам» и «пошли, внучек, прогуляемся по лесу».

С этим ружьем у меня хоть какой-то настрел есть. Это только кажется, что взял в руки оружье – и сразу герой. Практика показывает обратное: из него еще и стрелять надо уметь. Нет, конечно, если ты профи и отбарабанил свои сто тысяч патронов, то честь тебе и хвала. Почти любой ствол будет как родной. Для таких нет разницы, что отечественный АК, что буржуйский Heckler & Koch или вообще кошерный TAR.

Но если не относишься к элите военных структур или не редкий фанат, то о какой-либо вменяемой стрельбе на дистанцию свыше тридцати-сорока метров можно забыть. В этом вопросе я был достаточно самокритичен. И хватать пусть и хороший, но необстрелянный карабин не стал.

Во-вторых. Нелегальный ствол – это очень даже хорошо. Особенно когда надо делать какую-нибудь дурость. И просто незаменим в походе уровня «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Глюки у меня или нет, но нужно подстраховаться. Особенно когда тебе это ничего не стоит.

Николай тоже пользовался отечественным ружьем ИЖ-43. В конструкции оно не сильно отличалось, только у моего стволы были расположены вертикально, а у того горизонтально.

Смотря на сборы товарищей по походу, Саня лишь топтался на месте. Своего ружья у него не было, а чужое ему никто предлагать не стал. Да и на опытного стрелка, равно как и на таежника, он походил мало.

Собственно, мы с дедом еще накануне решили, что на сопровождающего, в случае чего, надеяться не стоит – турист. Неприятностей не предвиделось, но проговорить такие, пусть очевидные, вещи стоило.

– Готов, – отрапортовал старший Строкин.

Александр лишь кивнул, голому одеться – только подпоясаться.