Шестое вымирание - Джеймс Роллинс

«Пейнтер, надеюсь, ты был прав!»

С величайшей осторожностью она переложила Никко на стол. Тело собаки стало значительно легче, словно уже лишившись чего-то жизненно важного. Опустив Никко на стол, Лиза задержала ладонь на его боку, радуясь возможности снова прикоснуться к нему голой рукой, без перчатки. Она провела пальцами по густой шерсти.

«Хороший мальчик».

Посмотрев на лежащую рядом с собакой пробирку с вирусом, Лиза подала знак технику.

Через мгновение машина ожила, тихо потрескивая, и стол с Никко начал медленно вращаться в кольце магнитов. Для большей надежности было решено сделать два прохода.

Все это время Лиза возбужденно расхаживала по лаборатории, кусая ногти.

«Перед свадьбой придется делать маникюр…»

– Готово! – объявил по переговорному устройству техник.

Схватив со столика шприц, Лиза быстро взяла у Никко пробу крови. Вылив образец в пробирку, она закупорила ее, а затем убрала вместе с пробиркой, полученной от Эдмунда, в герметичный пакет, к которому прикасалась только в стерильных перчатках. Оставив пакет у двери, отошла назад.

Эдмунд рискнул забрать пакет лично.

– Поторопитесь! – напутствовала его Каммингс.

Кивнув, вирусолог бегом поспешил в свою лабораторию, размещенную в ангаре.

Следующие десять минут стали самыми долгими в жизни Лизы. Это время молодая женщина использовала, чтобы самой пройти через сканер МРТ и убить всю заразу, которую она могла подхватить от Никко. Затем она просто подсела к столу, держа собаку на коленях.

Наконец по устройству внутренней связи пришел вызов.

Лиза сразу же услышала в голосе Эдмунда торжество.

– Уничтожен! Осталась одна генетическая труха. Как в опытном образце, так и в пробе крови Никко!

Закрыв глаза, Лиза склонилась к собаке.

– Вот видишь, какой ты хороший мальчик! – прошептала она.

Помедлив еще мгновение, Лиза снова взяла трубку.

– Что вы собираетесь делать дальше?

В трубке были слышны повышенные голоса, среди которых выделялся голос Реймонда Линдаля.

– У нас по-прежнему проблемы, – сказал Эдмунд. – И, думаю, вы сами догадываетесь, кто за ними стоит.

Положив трубку, Лиза направилась к двери, гадая, как ей быть.

Но прежде чем она успела принять какое-либо решение, дверь распахнулась и в лабораторию ворвалась Сара Джессап.

– Я все знаю! Вам лучше поспешить туда, а я посижу с собакой. Деннис вас отвезет.

Улыбнувшись, Лиза обняла девушку и выскочила на улицу.

На той четверти мили, что пролегала от лазарета до ангара, капеллан успел разогнать свой «Додж» до максимальной скорости. Вбежав в ангар, Лиза сразу же увидела Линдаля. Тот стоял спиной к ней, поглощенный разговором со специалистом-ядерщиком.

– Мы будем придерживаться первоначального плана до тех пор, пока из Вашингтона не придет новый приказ, – сказал Линдаль. – Все эти новые результаты… по крайней мере предварительные. И, на мой взгляд, весьма спорные.

– Но, сэр, я могу быстро изменить…

– Все остается без изменений. Мы не сворачиваем со взятого курса.

Подойдя к Линдалю, Лиза тронула его за плечо. Тот обернулся, удивленный ее присутствием здесь, и тут она с размаху ударила его кулаком в лицо. Голова Линдаля отлетела назад, тело обмякло и повалилось на пол. Поморщившись, Лиза тряхнула рукой.

– Что вы там говорили? – повернувшись к технику, спросила она.

– Учитывая то, что мы сейчас узнали, можно уменьшить мощность нашей бомбочки до всего одной килотонны. Если взорвать ее на высоте четыре мили – а беспилотник поднимется туда без труда, – она вызовет электромагнитный импульс мощностью по крайней мере полтесла. И этот импульс с лихвой перекроет всю зону заражения, при этом радиация будет пренебрежимо мала. Не больше, чем при рентгеновском снимке зуба.

– И много времени на это потребуется?

– Я рассчитываю уложиться к полудню, как и было намечено.

– Делайте свое дело, – кивнула Лиза.

– А как насчет Вашингтона?

– Вашингтоном займусь я. А вы поднимайте бомбу в воздух.

Когда техник поспешно удалился, Лиза посмотрела на свой разбитый кулак.

«Определенно, мне потребуется сделать маникюр».

14 часов 45 минут

Штат Рорайма, Бразилия

Кендолл смотрел на исчезающую внизу тепуи. В-280 «Валор» оторвался от вершины, быстро набирая высоту. Оставалась всего минута до того, как взорвутся заложенные Каттером заряды, положив конец его жуткому эксперименту в области синтетической биологии и генной инженерии.

«Так оно и к лучшему…»

Кендолл обвел взглядом кабину. Тесное пространство было заполнено людьми. Личный вертолет Каттера уже забрал Ашуу и Джори, перед этим в два захода переправив рабочих из числа местных жителей в лес по соседству, подальше от опасности.

В настоящий момент Хесс сидел сзади рядом с Элвзом, который лежал, привязанный к носилкам. Одна его рука была пристегнута наручниками к поручню. От вены на тыльной стороне ладони отходила трубка к капельнице. Раны Каттера потребуют более серьезного лечения, но компрессионная повязка на груди должна помочь ему продержаться два часа до Боавишты, где самолету предстояло совершить посадку для дозаправки.

– Десять секунд… – пробормотал Каттер, прильнув к иллюминатору, рядом с которым стояли носилки.

Проследив за его взглядом, обращенным на окутанную облаками вершину, Кендолл мысленно начал обратный отсчет. Когда он дошел до нуля, над вершиной взметнулся столб дыма и камня, заслонивший солнце, окрасив его в кроваво-красный цвет. Раскатился оглушительный гром, словно в знак скорби по погибшей странной жизни. Затем плато медленно треснуло, и от горы отделилась огромная скала, подобно отколовшемуся от шельфового ледника айсбергу. Озеро наверху хлынуло в образовавшуюся трещину, и в отраженном свете кровавого солнца вода превратилась в огненный поток, пожирающий камень.

– Красиво! – прошептал Каттер.

– Достойный конец «Черного Эдема», – добавил Кендолл.

– Но вы спасли его частицу, – сказал Элвз, оглянувшись на Дженну. – Для нее.

– И, может быть, для всего мира. – Хесс вспомнил лихорадочные поиски ампул с лекарством перед уничтожением лаборатории. – Возможно, это средство поможет при лечении и других форм умственных расстройств. Определенно, вопрос заслуживает дальнейшего изучения. Так что твои работы могут принести и хорошие плоды.

– И больше ты ничего не сохранил? Из всей моей генетической библиотеки?

– Нет. Пусть лучше она безвозвратно погибнет.

Каттер молча постучал себя пальцем по голове.