Массандрагора. Взломщики - Иван Безродный

– Некогда, – пропыхтел Фаронов, продолжая осторожно ощупывать рану. – Просто царапина. Тебя в детстве кошка не царапала?

Они заспешили между колоннами. И правда, в дальнем углу, более светлом, чем остальные, стояла пара гравилетов! Павел никогда еще не видел их вблизи и уж тем более никогда на этих аппаратах не летал. И вот теперь они угоняют настоящую летающую тарелку! Обалдеть. Однако могли иметься затруднения. И вполне серьезные.

– Но там же наверняка охрана!.. – прошептал он, хватая Тунгуса за руку. – Погоди, надо присмотреться!

– Да нет там уже никого. Те, кто остался в живых после нападения банды Сарто, давно смотались.

– Думаешь?.. – с сомнением прошептал Павел. – А почему нигде трупов нет, а? Сарто сказал, что они убили сорок пять человек… в смысле дархан.

Они присели за широкой колонной. Тунгус достал небольшой приборчик с экраном.

– Врет, наверное, – ответил задумчиво он, – вряд ли больше тридцати. Видел я кое-какие элементы… их боевой операции. А трупы своих Хранители никогда не оставляют, всегда забирают с собой. Это для погибших как не оказаться потом в ихнем раю, не помню, как называется. Так что они уже улетели – здесь было минимум шесть гравилетов, сам видел, а теперь только два. Ну, может, еще пара на улице. Остальных нет.

Соломон покачал головой. Он много слышал о Хранителях, но по большей части это была не конкретика, а мнения, что они практически непобедимы, ужасны в своей нечеловечности и крайне помешаны на своей религии, основанной на одушевлении Святой Машины. Впрочем, рассказы о них часто оказывались обыкновенными байками. Но не всегда.

– А те, что сейчас воюют, – не аппараты экспедиции? – спросил Соломон.

– Нет, модели другие, – отрезал Тунгус. – Это новые силы.

Павел совершенно не желал встретиться с Хранителями (которыми пугают не только детей на ночь), а то и быть поджаренным лазерной пушкой гравилета. Осторожно высунув голову за колонну, хакер со страхом разглядывал черный лоснящийся бок высокого аппарата, напоминающего классическую летающую тарелку, какими их рисуют в комиксах. На его круглых боках красовались знакомые желтые и сиреневые иероглифы – и правда дархане… Идея захвата гравилета теперь не казалась Павлу такой уж простой и забавной. Однако делать было нечего.

– Откуда тебе известно, что здесь никого из них нет? – спросил он.

– Отсюда известно, – показал на приборчик Тунгус. – Этим ребятам сейчас уже не до института и нашего Сарто. Видал, что на улице творится? Шары не дадут им заскучать. Не боись, нет здесь уже никого.

– А что это?

– Пеленгатор дархан, собственная разработка, недавно усовершенствованная. До этого он только наших посвятов, людей определял, но теперь… В общем, нет там никого. Пошли!

Соломон с сомнением посмотрел на него и тягостно вздохнул. Приборчик!.. Уж наверное, дархане не такие идиоты в техническом плане, чтобы так просто пеленговаться простым тунгусовским гаджетом!.. Честно говоря, ему было страшно.

– Хорошо, – недовольно прошипел Фаронов. – Сначала пойду я. Если что – знаю, как с ними общаться. Как проверю обстановку – подойдешь, лады? Знак подам. Фарами мигну, – он ухмыльнулся, – а до этого момента сиди здесь и наблюдай в оба! Только сильно не высовывайся.

Павел кивнул.

– Прикроешь меня. – Тунгус протянул пистолет. – Пять патронов, больше нет. Только целься им в голову, бронекостюмы этой пукалкой ни в жисть не пробить. Не в пижамах же они там сидят, как параллоиды Сарто, – ухмыльнулся он.

Соломон взял «беретту», и Фаронов, пригибаясь, зигзагами побежал от колонны к колонне, постепенно приближаясь к гравилетам. Пока все было тихо. Напряжение неумолимо нарастало… Павел медленно выдохнул, потом еще раз. Сосчитал до пяти. Стало немного легче.

Тунгус уже добрался до последней колонны, отделяющей его от ближайшего гравилета. Павел держал аппарат на мушке, хотя выходило это плоховато – рука заметно подрагивала. «Далеко, блин! – с досадой думал он. – А что, если гравилеты испорчены? Не полетят, потому что нет доступа или даже они… заминированы?! Это могли сделать как сами дархане, так и команда Сарто… Да, было бы логично такое устроить. Гадство! Почему Макс так уверен?!»

В этот момент Фаронов бросился к гравилету, спрятался под входным трапом, а затем начал осторожно подниматься по нему. Напряжение достигло апогея… Павла затрясло.

– Давай, давай! – приговаривал он, нервно облизывая сухие губы.

С улицы донесся мощный, грохочущий взрыв, даже здание задрожало; с потолка посыпался мелкий мусор, заклубилась пыль. Дархане уничтожили один из Шаров?! Нужно поспешить!

– О, ты здесь, ты здесь, Великий Вычисленный! – вдруг раздался сзади Павла громоподобный, рокочущий голос. От неожиданности хакер даже подпрыгнул, чуть не выронив пистолет. – Приветствую тебя, Великий Отрок! Храни тебя Священная Машина, мать всего сущего! Не гневайся же, Великий, повернись ко мне, слуге твоему! Я в твоем полном распоряжении!

Соломон резко развернулся и чуть было не уселся от неожиданности на пол. Прямо перед ним стоял высокий, но сгорбленный старик в сияющей фиолетовой мантии, усыпанной золотыми звездами, линиями и сложными геометрическими фигурами, из-за чего он был похож на звездочета. Впрочем, это был не человек! Это был дарханин весьма пожилого возраста: вытянутый череп с крупной, выдающейся вперед челюстью, серая морщинистая кожа – одни складки, большие темные с поволокой глаза, густые брови, длинные ресницы, приплюснутый нос с волосатыми ноздрями и под ним – редкий ежик коротких усов. На руке – не пальцы, а скорее… сизые сосиски. И запах: сказать, что неприятный – не сказать ничего!.. Но одежды были вполне чистыми и нарядными, будто только что из ателье. На голове – колпак вроде тех, что носят католические священники, а в руках монстр держал скипетр. Это был дарханский священник! Павел захлопал от растерянности глазами. А ведь Фаронов ходил в местную церквушку и поодиночке убивал там параллоидов Сарто!.. Гадство!

– Блин… – прошептал Соломон, трясущейся рукой наставляя на дарханина пистолет. Как так получилось?! Как этот монстр смог подобраться к нему незаметно и бесшумно?! И его слова… Что он говорил, что он говорил?! Павел вдруг понял, что совершенно не помнит слова этого странного дарханина.

– Паша! Паша! – донесся со стороны гравилета вопль Тунгуса. – Стреляй, стреляй! Не бойся!

Надо выстрелить, надо выстрелить… Но что-то не давало Соломону нажать на курок. Он выпученными глазами пялился на священника и не мог вымолвить ни слова.

– Я знал, что ты появишься вовремя! – Дарханин улыбнулся, если его звериный оскал можно было назвать улыбкой. Показались крупные темно-желтые зубы. – Все правильно, все верно, Великий Вычисленный! Ты хочешь выстрелить? Мое тело в твоей власти. Как сделаешь, так и будет. Но шесть раз подумай и помяни царицу нашу, прежде чем нажать на курок!

Только сейчас до Соломона дошло, что священник говорил по-русски! Да, с сильным акцентом, рокоча, излишне четко выговаривая твердые согласные, но это был его голос – никакого переводчика у дарханина не было.