Каратели времени - Алексей Махров

Некоторое время мы смаковали чудесный вкус, потом стали обмениваться первыми впечатлениями об увиденном.

— Вот сервис! — восхищался Гарик, щелкая ногтем по бокалу, — какая-то забегаловка на площади и, пожалуйста, хрусталь! У нас не во всех ресторанах такую посуду подают! А уж про мытьё рук я вообще молчу!

— А я обратила внимание, что здесь никто не носит шорты, а ведь город явно курортный. — Также я не заметила ни на ком джинсов. А среди девушек нет ни одной в брюках, только юбки. — Поделилась чисто женским наблюдением Маша.

— Я заметил, что здесь никто не курит, — высказался я. — Ни на улице, ни за столиками кафе! Нигде! Посмотрите вокруг! Люди просто гуляют, дышат воздухом! Почти никто не ест, только пьют освежающие напитки. Пьяных нет! Вообще не видно употребляющих спиртное! Поправка, вон за тем столиком явно дегустируют вино, но вот водки я нигде не вижу! Возможно ли такое вечером на курорте у нас?

Наконец решив, что для первого раза впечатлений достаточно, мы стали собираться домой. Слегка подняв руку, я привлек внимание официанта.

— Счет, пожалуйста! — попросил я, внутренне уже настраиваясь на уговоры взять в качестве оплаты неизвестные золотые монеты. Официант достал из нагрудного кармана небольшой плоский приборчик, очень напоминающий миникомпьютер «Палм» и, нажав на несколько кнопок, протянул мне небольшую, размером со спичечный коробок, тонкую пластиковую карточку, выпрыгнувшую из верхней щели устройства. Я взял карточку и внимательно рассмотрел её. По сути это был чек, там было напечатано название заведения: кафе «Фиалка», потом в столбик шел перечень напитков, с указанием цены и в конце подводился итог — тридцать четыре копейки. Ниже шла тонкая полоска магнитной ленты.

— Извините, уважаемый, — начал я, — видите ли, мы вышли из дома не захватив деньги, и если вы примете в залог одну из этих золотых монеток…

— Вы видимо недавно приехали? — вежливо прервал меня официант. — Этот счет вы можете оплатить в любое время, в любом банке города. Желаю приятного вечера, заходите к нам ещё!

Когда официант удалился, мы, окончательно обалдевшие от здешних нравов, побрели к месту высадки.

— Гарик, я надеюсь, ты всё снял? — спросил я друга, когда мы вернулись домой.

— Так точно, камера работала не выключаясь, — ответил Игорь. — За красоту планов поручиться не могу, но все важные моменты остались на пленке.

— Давай, подключай аппарат к телевизору, — скомандовал я. — Посмотрим хронику нашего путешествия ещё раз!

— А может, позовем остальных? — подала голос Маша. — Такое важное событие нуждается во всестороннем обсуждении!

— Ночь на дворе! — машинально сказал я.

— Ну, и когда это вас, архаровцев, останавливало? — съязвила супруга.

Пока Горыныч возился с аппаратурой, я обзвонил всех друзей и кратко описав наши приключения, пригласил на брифинг в свой терем. Такая новость быстро сбила сон и вскоре в моем холле, перед огромным экраном проекционного телевизора собрались Влад, Антон, Андрей, Мишка и Катя. Мотька, обрадованный приходом гостей, метался под ногами, мешая рассаживаться. За пару минут объяснив товарищам суть и метод проведенного эксперимента, я включил запись.

Как только на экране пошли первые кадры с панорамой города и бухты, Косарев воскликнул:

— Это же наш Севастополь! — Крюков согласно кивнул, впившись глазами в изображение.

— А что это за катамараны? — не преминул поинтересоваться Горыныч.

— Плавучие отели, — ответил Антон, — я сам пару недель провел на «Василии Соловьеве». Отдыхал во время отпуска, пять лет назад.

В кадр вплыла табличка с надписью «Проспект адмирала Шарыгина». Тут уже не удержался я:

— Что-то я такого флотоводца не припомню! Чем он прославился?

— Адмирал Шарыгин командовал авиацией Черноморского флота во время Второго Джихада. Мой бывший начальник, — ответил Крюков, — погиб в бою над Суэцем. Я тогда командовал эскадрильей с авианосца «Князь Потемкин-Таврический». Мы прикрывали высадку десанта на Порт-Саид.

— Точно, — подтвердил Косарев, — как раз я со своими казаками и высаживался. Жаркое было дело. Треть сотни в песках полегла, но город мы взяли.

— Ну, вы, блин, даете! — восхищенно отреагировал Мишка. — Это ж надо — русские высаживаются под Порт-Саидом! А чего так далеко? Почему не начали со Стамбула, или со Святой земли?

Косарев и Крюков переглянулись.

— Вообще-то Стамбул был захвачен в одна тысяча девятьсот шестнадцатом году, ещё во время первого Джихада. — Сказал Влад. — Там теперь стоит совершенно русский город — Царьград. Проливы Босфор и Дарданеллы уже давно под нашим контролем. А Палестину и половину Синайского полуострова мы захватили в сорок девятом. И несмотря на неоднократные попытки халифатцев отбить, мы до сих пор удерживаем эти территории.

Ошеломленные такой информацией (ведь знаем Влада и Антона уже больше полугода, и вдруг узнаем от них такие чудеса!), мы несколько минут молча смотрели запись. Досмотрев до конца, Косарев нетерпеливо вскочил.

— Сергей, ты «окно» закрыл или свернул?

— Свернул естественно! — ответил я.

— Антошка! Ты хоть понимаешь, что это значит!? — воскликнул Влад. Я никогда ещё не видел есаула в таком возбуждении.

— Чего непонятного! Мы можем вернуться домой! — ответил Крюков. — Причем в любой момент!

— Не будем откладывать на завтра то, что можно сделать послезавтра, — одарил я друзей перлом псевдонародной мудрости. — Вызывайте Зюлина, да сходите на разведку сами. А казакам пока ничего не говорите! Есть небольшая вероятность того, что эта реальность просто очень похожа на вашу. А то получится ошибка, как в седьмой серии «Скользящих».

— Где? — удивился Влад.

— Есть такой телевизионный сериал «Скользящие», — пояснила умница Маша. — Там группа людей мотается по параллельным мирам. И вдруг находят мир в точности похожий на их собственный. Но затем начинают замечать небольшие отличия. Одно из них такое — в городе Сан-Франциско мост называется не «Золотые Ворота», как у них, а «Голубые Ворота».

— Так что, проверьте там всё досконально, — продолжил я. — И только когда окончательно удостоверитесь в подлинности реальности, оповещайте казаков!

Очень быстро появился вызванный по телефону Зюлин. Ему в двух словах изложили суть дела, глаза хорунжего загорелись. Мы развернули «окно» и офицеры робко (!!!) ступили на белый пенобетон тротуара.

— Ну, как? — не преминул поинтересоваться Горыныч.

— Очень похоже! — втянув ноздрями воздух, словно проверяя мир на запах, ответил Косарев. — С чего начнем проверку, друзья?

— Пошли в штаб флота! — немедленно отреагировал Зюлин, — мою полусотню наверняка разыскивают!

— Ладно, пошли! — согласился Косарев. — Катюша, ты с нами? — Катя кивнула и присоединилась к офицерам. А Косарев продолжил, обращаясь к нам, оставшимся, — если этот мир не наш, то сразу всё и выяснится! Я сворачиваю «окно», до встречи, ребята!