Пленники Черного Метеорита - Игорь Ткаченко

– Отсюда бери, – кивнул он Арвиду. – Да шевелись ты!

Арвид откинул крышку верхнего ящика, осторожно вынул тяжелый, маслянисто поблескивающий снаряд и медленно понес к орудию.

– Куда ложить… класть? – спросил он. Орудие еще раз жахнуло, от неожиданности Арвид чуть не выронил свою ношу.

– Возьмите же… кто-нибудь! – взмолился он. Кто-то выхватил у него снаряд.

– Левее, левее бери! – хрипел усатый. Он оттолкнул наводчика от прицела, сам прильнул к окуляру. – Огонь!..

Арвид вдруг увидел, как один из домов покосился, осел бесформенной грудой бревен, в небо взметнулся сноп искр, из развалин выбралась какая-то чудовищная блестящая туша и заскользила вниз по склону холма. От туши поднимался пар или дым, до земле вокруг нее метались сполохи голубого пламени.

– Да скорее же! – – донесся до Арвида голос Выдерги.

Не в силах отвести взгляд от утюжащей склон холма туши, Арвид схватил сразу весь ящик со снарядами, согнулся, рванул на себя и вдруг почувствовал, как что-то подняло его над землей, перевернуло – где-то внизу проплыла взрытая гусеницами земля, верхушки деревьев – а потом со всего маху швырнуло спиной на жесткое и острое.

На секунду Арвид потерял сознание, а когда открыл глаза, то из глубины десантного отсека увидел на месте орудия дымящуюся воронку.

– Четыре выстрела! Всего четыре выстрела! – всхлипывал Выдерга, орудуя рычагами. Под левым глазом у него расплывался огромный кровоподтек, по измазанным щекам, оставляя светлые дорожки, текли маленькие, быстрые, злые слезы. Бронетранспортер швыряло из стороны в сторону, по полу десантного отсека перекатывались две черные каски, из угла в угол елозили ящики со снарядами.

– Пентюх говорил, предупреждал ведь Пентюх, не нужно туда соваться, хуже будет… Им что, хорошо им в штабе по картам воевать…

Бронетранспортер сильно тряхнуло, двигатель натужно взвыл.

– Ты там поглядывай! – прикрикнул Выдерга. Скрючившись в тесной башенке, Арвид его не слышал. Не из-за грохота и лязга. Грохота и лязга он тоже не слышал. И не видел ничего, погрузившись в странное оцепенение, обеими руками судорожно сжимая рукоятки пулемета.

Будто сквозь толстый слой ваты, донесся до Арвида чей-то голос. Он тряхнул головой, и вдруг шум, скрежет, гулкие удары по броне разом обрушились на него.

– Стреляй же! – истошно вопил Выдерга. – Стреляй!

Сквозь узкую прорезь смотровой щели Арвид увидел, как сверху и слева, прямо на него пикирует что-то серое, похожее на огромные клочья мешковины. Только клочья мешковины не летают с такой скоростью. Перед Арвидом мелькнула оскаленная пасть, усеянная треугольными зубами, круглые вытаращенные глаза, вокруг которых росла короткая щетина… Раздался резкий удар, и в смотровой щели застряла, едва не коснувшись Арвида, короткая толстая стрела с зазубренным наконечником.

– Ты будешь стрелять?!

Арвид крепко сжал рукоятки, большими пальцами утопил гашетку. Пулемет судорожно задергался у него в руках, быстро пожирая набитую патронами ленту. Арвид до крови закусил губу и медленно водил дулом вверх и вниз, одновременно поворачивая башенку.

Вверх – вниз, вверх – вниз…

Вверх – по шарахающимся в разные стороны серым тварям. Вниз – по ним же, пытающимся укрыться в кустах и высокой траве.

Вверх – вниз, вверх – вниз…

А когда патроны кончились, он разжал онемевшие пальцы, опустился на пол, прямо на кучу теплых еще гильз, зажмурился и зажал уши ладонями.

Легат Кавран выслушал донесение, жестом отпустил посыльного и склонился над разложенной на походном столе картой. Некоторое время он всматривался в нее, а когда выпрямился, лицо его было мрачно. Хрустнул сломанный сильными пальцами карандаш. Тотчас же подскочил денщик, но легат молча отстранил его и вышел из палатки.

Быстрым шагом он миновал артиллерийскую батарею под зеленым маскировочным тентом, отмахнулся от доклада подбежавшего и вытянувшегося в струнку центуриона. Поодаль расположились голубые палатки полевого госпиталя. В ожидании раненых санитары играли в кости. Они еще не знали, что раненых не будет. Никто не знал, кроме легата и тех, кто уже не вернется с Красного Плато. В роще между холмами укрылись два турма конницы. Они ждали приказа выступать.

Они еще не знали, что такого приказа легат не отдаст.

В стороне за деревьями слышались громкие голоса. Легат подошел поближе. Майор Трилага, которого легат недолюбливал за несдержанность и скользкий взгляд маленьких бегающих глазок, распекал кого-то визгливым бабьим голосом.

– Я не спрашиваю, сколько вы сделали выстрелов, – верещал майор. – Я спрашиваю, почему бросили орудие? Почему не выполнили приказ? Почему, я вас спрашиваю, не использовали весь боекомплект? Я спрашиваю…

– А ты там был? – прервал его звенящий от возбуждения голос. – Ты видел? Пушку вдребезги! Ты сходи, сходи проверь, посмотри, что осталось, потом спрашивать будешь! Растряси свое брюхо! Ты нетопыря видел хоть раз?

– Молчать! Как смеешь?! – надрывался Трилага. Стиснутая воротником, его шея налилась кровью, щеки тряслись. – В штрафниках сгною, землю жрать будешь! Наши доблестные когорты там кровь проливают, и ни один, ни один человек не отступил, а вы!.. Трусы! Позор для всего легиона!

Легат Кавран вышел из-за деревьев. Посреди поляны, смяв куст акации, застыл бронетранспортер. На лобовой броне видны были многочисленные вмятины, из смотровой щели торчала оперенная стрела. Рядом с машиной стояли двое, на вид совсем юнцы, один в форме велиата, другой в цивильном. Вид у обоих был до смерти усталый.

– Оставьте, майор, – сказал вполголоса легат Кавран.

Трилага вытянулся в струнку, по-уставному звякнув клинком и задрав подбородок. Глазки его сейчас же забегали, словно пересчитывая пуговицы на мундире легата.

– Оставьте. Мальчики ни в чем не виноваты. Распорядитесь их накормить. Какой когорты? – спросил он у велиата.

– Третьей когорты третьей манипулы первой отдельной истребительной центурии рядовой Выдерга! – отчеканил тот.

– А ты? – обратился легат ко второму юнцу. Тот вскинул глаза с огромными расширенными зрачками и ничего не ответил.

– Ну-ну, – потрепал легат его по плечу. – Ничего, это пройдет.

– Когорты героически сражаются с врагом… – начал было майор Трилага, но легат резко оборвал его:

– Вы слышали, накормить их, а потом отправить на переформирование. А еще лучше – в учебную когорту. С Красного Плато больше никто не вернется.

Легат Кавран круто повернулся и пошел прочь, слыша, как в горле у майора Трилаги что-то булькает.

– Хруст, подъем! – Выдерга трепал Арвида за плечо. – Да вставай же, тревога!

– Что-что? Сейчас… – Арвид с трудом разлепил тяжелые веки. – Что случилось?