Последний американец - Александр Богатырёв

Здесь этого еще почти никто не знал. Жили, как жили. Надеялись на лучшее. Но там, среди звезд, порожденная алчностью корпораций Тьма уже расползалась среди звезд, пожирая одну колонию за другой, превращая цветущие города в радиоактивный пепел. И никакой возможности избегнуть гибели ни у кого не было.

Къери уничтожали всех людей. Начисто.

Такая же судьба была уготована и для его родной планеты.

Корвин хмуро смотрел на зелень садов и парков, далекую черту леса в туманной дали и не мог насмотреться, зная, что скоро всего этого не станет, оно исчезнет, поднявшись радиоактивным пеплом в стратосферу. Если она еще будет, эта стратосфера. Ведь создали же бомбу, которая способна расколоть планету как орех. Какой-то там релятивистский снаряд. И никакой гарантии нет, что именно для Йос «жуки» не припасли как раз такую. Они показали, что очень быстро учатся на своих ошибках и чужих достижениях.

– Прибыл по вашему приказанию, сэр! – раздалось от входа.

– Д'Эстре!

Корвин обернулся к вошедшему.

– Проходи. Садись, – махнул он рукой в сторону кресла у столика, на котором стояла пустая бутылка из-под коньяка. Недавно допитая. Но Корвин ощущал себя почти трезвым.

Рядом с бутылкой лежала толстая папка лицевой стороной вниз. Что она из себя представляла, для посетителя не было возможности определить – корешок со стороны тоже не был виден. Голковский-Д'Эстре вздохнул и медленно подошел к столику. Манера Корвина проводить важные беседы в неформальной обстановке иногда его раздражала. Особенно, если приходилось пить.

Генерал не спеша подошел к столику, убрал пустую бутылку и рюмку, затем с крайне мрачным видом уселся напротив Голковского.

– Сегодня печальный день… день прощания, – начал он. – Потому что я тебе даю очень важное задание. И потому что этот приказ для меня последний.

Корвин видел, что удивил своего подчиненного. Говорил он в обычной для себя манере – с многочисленными паузами, медленно и печально. Да и по жизни был личностью меланхоличной. К тому же, перед приходом Д'Эстре генерал снова прикладывался к любимому напитку. Последнее время он стал им злоупотреблять. Можно было догадаться почему. Со звезд приходили известия одно безрадостнее другого. Вооруженные силы Йос теснили по всем направлениям, боевых кораблей уже не хватало даже на то, чтобы прикрыть наиболее важные колонии.

– Но прежде чем дать этот последний приказ… Я хотел бы кое-что узнать от тебя… Впрочем, нет. Я и так знаю! – он устало махнул рукой и продолжил: – Я скажу тебе нечто… что при других обстоятельствах никогда бы не сказал.

Корвин опустил голову. Но когда он поднял взгляд на собеседника, в нем читался откровенный интерес.

– Я знаю, кто ты. И знаю, откуда вы к нам прибыли…

Голковский вздрогнул. Это заявление оказалось крайне неожиданным. Генерал предупреждающе поднял руку.

– Не дергайся! Никто кроме меня этого не знает – я сохранил вашу тайну… Ты сильный ментат. Но я на этой планете сильнейший из сильных. Так что… прости, но я тебя прочитал…

На мгновение его лицо стало даже лукавым.

– Но не это сейчас главное! – бросил Корвин и поморщился. – Я в курсе ваших целей. Потому и не мешал. Потому и не сказал никому из… – он сделал неопределенный жест рукой в воздухе. – Может, я предатель, но ваши цели мне импонировали. Они совпадали с моими… Моей Службы. Сейчас уже поздно делиться тайнами моей Службы. Но, мистер, как вас там, вы не поняли меня!

Последние слова Корвин произнес довольно резко, однако после паузы спокойно продолжил:

– Я же тебе прямо намекал, что мы сами хотим изменить свой мир.

Он посмотрел на собеседника с интересом, читая его реакции и мысли. Голковский быстро прокрутил в голове возможные варианты. То, что его раскрыли и за порогом ждет конвой, он тоже просчитал. Но также имелась вероятность, что этот старый меланхолик его не сдаст. И не сдал. Поэтому стоило выслушать его до конца. Если все идет по худшему варианту, ему уже ничего не удастся сделать и исправить. Тем более удрать. Поэтому стоило расслабиться и просто спрашивать. Задавая вопросы, делая реплики как можно более многозначными. Именно в этом ключе Сеня и начал:

– Извините, сэр! Я это понял. Но вы не посвящали меня дальше. И я не стал настаивать. По понятным причинам.

Главный ментат остро глянул на своего подчиненного, ухмыльнулся и ответил:

– Впрочем… ты прав. На твоем месте я поступил бы так же. Но я опять не о том… – Корвин снова приобрел свой обычный меланхолический вид и надолго замолчал. Когда же снова заговорил, то еще больше заинтриговал Голковского. И напугал, поскольку подтвердил подозрения, что каллистян на Йос он все-таки раскрыл.

– Я знаю, что вы из тех, кого наши предки ненавидели больше других. За свою инаковость. Какая ирония судьбы! Мы, ментаты, в результате оказались в вашей шкуре здесь!.. Ты ведь русский? Да?

Корвин посмотрел на своего подчиненного, который под его взглядом начал нервничать. Сеня никак не мог для себя решить: это просто игра или что-то более серьезное? Действительно ли его «раскололи»? Это было невероятным, слишком уж сильным ментатом Сеня являлся. И чтобы превзойти его, нужно было просто запредельную силу. Похоже, Корвин и был таким уникумом.

Меж тем тот посмотрел в потолок, цыкнул языком и, кивнув своим мыслям, выговорил.

– Да… Русский. Именно вы и должны были найти нас!

– Почему?! – непроизвольно вырвалось у Голковского.

– Да кроме вас просто некому. Не было у других народов, оставшихся на Прародине, такой устремленности к звездам. Она была только у нас и у вас. Но у нас она такая, как сейчас, ради выгоды, а вот у вас… Вы всегда хотели непонятного остальным, стремились куда-то вдаль. У вас эта устремленность была такой, как у ребят Кларка. Изначально. Еще в двадцатом веке. Только вы и могли забраться в такую даль. Впрочем… Может вы нас с самого начала искали? Чтобы отомстить? – прищурился Корвин. Впрочем, через мгновение расслабился. – Нет. Это не в вашем стиле, – отмахнулся он от подозрений. – В вашем характере наоборот: броситься, наплевав на все, спасать тех, кто об этом даже не просил. Вы всегда были сумасшедшими. Но не мстительными. Как там, у «сусликов».

Корвин довольно рассмеялся.

– Когда я увидел эльфов на звездах… Я долго смеялся. Наше правительство и служба безопасности оказались настолько тупы, что даже прямую подсказку о том, с кем они столкнулись возле планеты хоббитов, не поняли. Я же сразу догадался, чьи уши там торчат. Ваши уши. А когда я увидел корабль на орбитальном кольце… Он был фантастически красив… этот ваш корабль! Я понял, что такое могли создать только люди. И люди, очень хорошо знающие, что такое красота. Честно скажу, я вас зауважал! Если до этого я опасался, что вы что-то против нас учудите… То после этого понял: вы действительно как эльфы. Не может быть злой сила, настолько пропитанная красотой. И если вы кого-то защищаете, то они более правы, чем мы. Когда же одно за другим начали приходить последние сообщения от эвакуирующихся малых колоний… Я понял, что это опять вы. Вы, а не мы, спасаете наших людей. От «жуков». Хоть там, в этих посланиях, и не сообщалось, кто их увозит и куда. Но можно было легко догадаться, кто это делает.