Отступники - Марисса Мейер

– Я не пыталась его взять, клянусь.

На лице у Саймона было скорее написано удивление, чем тревога, и, хотя он не произнес не слова, Нова почувствовала, что он ждет продолжения.

И она заговорила, судорожно соображая, как доказать свою невиновность, пока до нее не дошло, что она, по сути, ни в чем не виновата. Она не собиралась похищать шлем. И вообще, к сведению Отступников, она не сделала ничего дурного. Разве только оставила свои отпечатки пальцев на совершенно никчемной копии.

Подделке.

– Я слышала, что у вас здесь есть прикольные артефакты, вот и пришла посмотреть. Мне сказали, что это разрешено? Что каждый может прийти посмотреть?

Саймон слегка кивнул.

– Гхм… а когда я увидела шлем… мне стало любопытно. В смысле, это же… – она с трудом удерживалась, чтобы снова не захохотать, – Это же шлем Аса Анархии. Но когда я подошла поближе, мне… показалось, что он… того.

– Того? – переспросил Саймон.

Она сглотнула.

– Фальшивка. Это не шлем Аса Анархии.

Темные глаза Саймона, кажется, чуть смягчились.

– Как вы это поняли?

Нова посмотрела на шлем. Она снова сжала его двумя руками, повернув к себе лицевой частью. А как она поняла?

– Во всех описаниях, которые я видела или читала, – начала она, – сказано, что шлем как будто… светился изнутри. А это просто… металл. Обычный металл.

– Алюминий с медным покрытием, – сказал Саймон, и Нова перевела взгляд на него. Он устало улыбнулся. – Я слышал, что вы наблюдательны, мисс Маклейн, но должен сказать, что вы произвели на меня впечатление. Вы первая, кого не одурачил этот шлем.

– Но почему? Почему здесь подделка?

Саймон подошел ближе и взял шлем из рук у Новы. Несколько секунд он всматривался в него, сжав губы и как будто погрузившись в неприятные воспоминания.

– Эту копию мы всегда выставляем напоказ. Это важный символ, вы знаете – он связан с поражением страшнейшего из злодеев. Зримое напоминание о том, как далеко мы продвинулись со Дня Триумфа, и сколь многого лишимся, если человечество снова вернется к тому, что было до него.

– Но шлем не настоящий.

Пожав плечами, он вернул шлем на место и аккуратно выровнял.

– А ему и не обязательно быть настоящим.

– Как же… – фыркнула Нова, не понимающая, как он может так спокойно говорить об этом. Она понимала, что рискует привлечь внимание своими расспросами, но не смогла удержаться: – Где же тогда настоящий?

– А, – в глазах Саймона забрезжило понимание, – Так вот чем вы обеспокоены?

Она нахмурилась.

– Я не обеспокоена.

У Саймона разгладился лоб. Его оливковая кожа казалось светлой по сравнению с кожей Адриана, зато волосы были очень темными. Густые темные брови. Густые темные волосы. Густая темная борода. Каким-то образом все это придавало его облику выразительность – казалось, изгиб его губ и даже каждая морщинка в уголках глаз способны поведать удивительные истории.

Нове он не понравился. Ей казалось, что он видит ее насквозь. От это мысли ей стало не по себе, особенно учитывая, что этот человек в любой момент мог стать невидимым.

– Я не обеспокоена, – настойчиво повторила она. – Просто не понимаю, Почему здесь подделка.

Саймон хмыкнул, и Нова поняла, что он ей не верит.

– Настоящий шлем хранится под усиленной охраной в хранилище артефактов. Мы никогда не выносим его на всеобщее обозрение. Эта вещь ни в коем случае не должна попасть не в те руки.

– Но почему? – спросила Нова. – Ведь он же ни на что не годен? Капитан Хром его разрушил.

– Ну-у… – Саймон нагнул голову и прищурил глаз, как бы говоря, что этой незначительной детали придается немного преувеличенное значение. – Пожалуй, в этой части легенда слегка приукрашена. Мы завоевали шлем во время Битвы при Гатлоне. И Хью действительно попытался его разрушить. Но… – он развел руками.

– Но… что? – Нова вдруг почувствовала, что ей не хватает воздуха. – Он не разрушен?

Саймон сочувственно поглядел на нее.

– Не тревожьтесь. Никто больше не воспользуется этим шлемом, чтобы причинить страдания людям. Мы за этим следим.

Нова пошевелила пальцами в воздухе, как будто настоящий шлем был здесь, дожидаясь ее.

– Так… людям можно на него посмотреть?

– На шлем Аса Анархии?

Она кивнула.

– Отступникам, я хотела сказать. Конечно, не публике со стороны, но… если кто-то из нас захочет, нам можно?

Укротитель Ужаса подавил смешок.

– Если только сумеет подкупить ребят из отдела оружия и артефактов. Я слыхал, что Вспышка очень падка до кислых жевательных мармеладок. Их, правда, трудновато раздобыть, но уж если достанете, она разрешит вам глянуть одним глазком.

Нова наморщила лоб, пытаясь понять, шутит он или говорит серьезно.

Впрочем, это было и неважно. Она не хотела глядеть одним глазком, к тому же, Саймон уже и так сообщил ей больше, чем она рассчитывала.

Шлем не разрушен. Шлем Аса целехонек, и он здесь, в этом самом здании, где-то прямо у нее под ногами.

Ее коммуникатор снова запищал. Она машинально глянула на экранчик, где светилось новое сообщение от Адриана.

Серьезно – ты случаем не отключилась и не валяешься в канаве?

Нова мотнула головой. Если это юмор, то она его не уловила, пытаясь собрать разбегающиеся мысли.

– Все в порядке? – поинтересовался Саймон.

– А? Да, – Нова неопределенно помахала рукой. Сейчас, когда на глазах рушилось все то, что она много лет считала правдой, ей никак не удавалось сосредоточиться. – Это просто… целители… спрашивают, куда я ушла. Я должна быть там, в медицинском крыле, но… невозможно столько времени сидеть без дела.

Он кивнул, как будто для него это прозвучало вполне логично, и повернулся к выходу. Поняв, что это было приглашением и для нее, Нова оглянулась на шлем в последний раз и пошла рядом с Саймоном, стараясь попадать в ногу.

– Адриан рассказал нам, как вы прибежали на помощь Максу. Это был отважный поступок. Мне жаль, что вы пострадали.

– Пострадал Макс. Я просто вырубилась на минутку.

Саймон покосился на нее.

– Кроме того, я же не знала, чем мне это грозит. Так что не уверена, что это можно назвать отвагой.

Его губы тронула улыбка.

– Вы бы предпочли, чтобы я назвал это безрассудством и ненужным риском?

Нова не поняла, шутит он, издевается над ней… или все это своего рода похвала. Наконец, она ответила.

– Это входит в служебные обязанности, разве не так?