Темный лес - Лю Цысинь

В глазах Чжан Бэйхая вспыхнули два маленьких солнца. Он ответил:

— Командующий, боюсь, это невозможно.

— Не в наших традициях отказываться, получив приказ.

От слов «в наших традициях» у Чжан Бэйхая потеплело на душе. Солдатский дух, знакомый ему по давно прошедшей эпохе, по-прежнему держится в космических войсках современности.

— Командующий, мы ведь из давнего прошлого! Мы же будем как офицеры Бэйянского флота^[37], назначенные командовать эсминцем XXI века!

— Вы полагаете, что цинские адмиралы Дин Жучан и Ли Хунчжан не справились бы с управлением эсминцем? Они были неплохо образованы, прилично говорили по-английски. Они бы разобрались. В наше время для управления боевым космическим кораблем не нужно знать технические подробности. Капитан командует кораблем как единым целым, а не как набором механизмов. Кроме того, на время инспекции корабли пристыкуют к орбитальной станции; они никуда не полетят. В ваши обязанности войдет только получать команды от капитана, анализировать их и передавать компьютеру. На рабочем месте и научитесь.

— В наших руках сосредоточится огромная власть. Что, если оставить капитану долю этой власти, а мы только будем следить за его приказами?

— Если вы хорошенько подумаете, то поймете, почему такой подход неприемлем. Если «проштампованные» и в самом деле занимают ключевые позиции в штате корабля, они пойдут на что угодно, чтобы обойти ваш контроль, — могут даже уничтожить тех, кто их контролирует. Кораблю с центральной системой управления требуются всего лишь три команды, чтобы прийти в движение и покинуть станцию, — а потом будет слишком поздно. Вот почему компьютер должен получать команды только от комиссара.

* * *

Когда транспорт для перевозки личного состава пролетал над юпитерианской базой Азиатского флота, Чжан Бэйхаю показалось, что он летит над горами — но каждая из этих гор была пристыкованным военным кораблем. База только что вошла в тень планеты; лишь рассеянное свечение Юпитера и лучи висящей над головой Европы освещали стальные громады. Чуть позже где-то сбоку вспыхнуло небольшое белое солнце, на миг ярко осветив ряды кораблей. Тени кораблей побежали по бурлящей атмосфере далеко внизу. Чжан Бэйхаю это напомнило восход солнца в горах. Потом с другой стороны загорелось второе солнце, и он понял, что это не солнца, а два корабля, маневрирующие для захода в док: чтобы затормозить, они развернули свои термоядерные двигатели навстречу базе.

Начальник штаба флота, лично везущий Чжан Бэйхая к месту службы, сообщил, что к базе пришвартовано более четырехсот кораблей — две трети всего Азиатского флота. Вскоре ожидаются и остальные корабли, в настоящее время курсирующие по Солнечной системе и за ее пределами.

Чжан Бэйхай с трудом оторвал взор от великолепной картины за бортом:

— Сэр, не расценят ли «проштампованные» отзыв всех кораблей как сигнал к немедленным действиям?

— Хм… Нет, приказ отозвать корабли был отдан по другой причине — вполне естественной, не надуманной, хотя и выглядит она несколько смешно. Вы не следили за новостями в последнее время, как я понимаю?

— Нет. Я изучал документацию по «Естественному отбору».

— Не беспокойтесь. Судя по отчетам заключительного цикла общей подготовки, вы владеете достаточными знаниями. Сейчас ваша задача такова: как только вы попадете на борт, обозначьте свои полномочия перед корабельными системами, чтобы все шло положенным чередом. Это не так сложно, как вам кажется… Соперничество между тремя флотами за право перехвата трисолярианского зонда разгорелось не на шутку, но вчера ККФ достиг предварительной договоренности: все корабли возвращаются на базы. За исполнением проследит специальная комиссия. Ни один корабль не выйдет на перехват без одобрения командования.

— Но какой в этом смысл? Научно-технические и разведывательные данные, полученные в результате перехвата, станут общим достоянием.

— Все так, но это дело чести. Флоту, который первым встретит противника, достанется значительный политический капитал. Почему я назвал всю эту возню смехотворной? Да потому что перехват зонда — простейшее и абсолютно безопасное задание. Худшее, что может случиться, — это самоликвидация зонда в процессе захвата. Поэтому все рвутся поучаствовать. Если бы перед нами развернулись основные силы Трисоляриса, тогда все флоты проявляли бы осторожность. Сегодняшняя политика не так уж отличается от ваших дней… Смотрите, вот «Естественный отбор».

Когда с приближающегося транспорта стала видна огромная металлическая громада, Чжан Бэйхай вспомнил о «Тане». «Естественный отбор» состоял из дискообразного корпуса и располагавшегося отдельно цилиндра двигателя. Корабль был совершенно не похож на авианосцы прошлого. Когда окончилось существование «Тана», душа Чжан Бэйхая потеряла свой дом, пусть даже ей не довелось там жить. Сейчас у Чжан Бэйхая появилось чувство, что возвышающийся перед ним космический корабль станет его новым домом. Душа солдата после двухсот лет блужданий нашла приют под прочной обшивкой; она чувствовала себя там так же уверенно, как маленький ребенок в крепких объятиях отца.

«Естественный отбор» был флагманом третьей эскадры Азиатского флота, и по тоннажу и летным качествам ему не было равных. На полной тяге новейшего электромагнитного двигателя он разгонялся до 15 % от скорости света. Идеально сконструированная биосфера корабля годилась для далеких путешествий. Собственно, ее прототип выстроили на Луне 75 лет назад, и он безупречно работал до сих пор. «Естественный отбор» также обладал самым смертоносным во всем флоте вооружением. В его состав входили гамма-лазеры, кинетические разгонные блоки, ускорители частиц и звездно-водородные торпеды. Корабль был способен превратить планету наподобие Земли в безжизненную пустыню.

Транспортный челнок подошел настолько близко, что корабль заполнил собой все поле зрения. Чжан Бэйхай заметил, что поверхность корпуса гладкая, как зеркало; в ней отражались вихри юпитерианской атмосферы и приближающийся челнок.

В обшивке протаяло овальное отверстие. Челнок влетел внутрь и застыл на месте. Начальник штаба открыл люк и вышел первым. Чжан Бэйхая тревожило, что они не проходили через шлюзовую камеру; но он почувствовал приток свежего воздуха из отсека. Он до сих пор не встречался с технологией, способной удерживать воздух в корабле без помощи системы переборок и шлюзов.

Чжан Бэйхай и начальник штаба находились внутри огромного шара размером с футбольное поле. Отсеки большинства космических кораблей имели сферическую форму, поскольку при разгоне, торможении и повороте любой участок мог стать полом или потолком. В состоянии невесомости экипаж работал в центре сферы. В прошедшую эпоху каюты кораблей строили наподобие комнат в зданиях; к новой сферической структуре Чжан Бэйхай подготовлен не был. Начальник штаба пояснил, что они находятся в ангаре истребителей; но сейчас ангар пустовал, а в центре отсека выстроился весь двухтысячный экипаж «Естественного отбора».