Зеленый мозг. Долина Сантарога. Термитник Хеллстрома - Фрэнк Герберт

– Чтобы снять угрозу. Разве это не очевидно? Я – угроза для существования долины.

– Да перестаньте!

– Перестать? А если я действительно заберу с собой Дженни, а на долину напущу собак?

– Дженни не покинет своих. О каких собаках вы говорите? Что вы имеете в виду?

– Кто из нас заставляет ангелов плакать? – насмешливо спросил Десейн. – Вы утверждаете, будто любите Дженни и не хотите сделать ей больно. Но вы пытались сделать ее орудием моего убийства. Что может быть для нее ужаснее и больнее?

Пиаже побледнел и судорожно вздохнул.

– Она… – начал он и осекся. – Там, должно быть… Так что вы имеете в виду под собаками?

– Скажите, а инспектора министерства труда никогда не интересовались вашими школами и не спрашивали, почему вы используете детский труд? А как насчет министерства здравоохранения? В ваших отчетах написано о нулевой заболеваемости психическими расстройствами в долине Сантарога. А что происходит на деле?

– Гилберт! Вы не понимаете того, о чем говорите.

– А вспомните антиправительственную пропаганду в местных газетах!

– Мы не выступаем против правительства, Гилберт! Мы…

– Что? Я никогда не видел ничего более антиправительственного, чем ваши газеты.

– Позвольте мне закончить, – сказал доктор. – Прошу вас. Мы – не против правительства. Мы – против внешнего мира как такового. А это – совсем другое.

Безумие, подумал Десейн. Чистое безумие. Он уставился на потолок. Пот градом тек по его лицу – настолько он устал, говоря с Пиаже.

– Почему вы приставили ко мне Бурдо? – спросил Десейн.

Доктор пожал плечами:

– Чтобы снять любую возможность того, что вы окажетесь в своей…

– И вы выбрали Бурдо.

Повернувшись к Пиаже, Десейн внимательно посмотрел на него. Тот, похоже, вел сам с собою жестокую битву – его кулаки то сжимались, то разжимались.

– Причины вполне очевидны, – произнес доктор.

– Скажите, я могу покинуть долину? – поинтересовался Десейн. – Или вы мне не позволите?

– Ваше физическое состояние таково, что…

– А оно когда-нибудь будет иным?

– Как я могу доказать вам, что мы действительно…

– Есть ли в долине место, где я мог бы защитить себя от несчастных случаев? – спросил Десейн.

– Защитить себя?

Пиаже покачал головой.

– Вы же хотите доказать, что ваши намерения – самые благородные, – заметил Десейн.

Пиаже поджал губы, после чего произнес:

– На крыше есть изолированный бокс, в пентхаусе. Своя кухня, все удобства. Если вы…

– Сможет ли Бурдо проводить меня, не убив?

Пиаже вздохнул.

– Я провожу вас сам, как только…

– Нет. Лучше Бурдо.

– Как угодно, – кивнул доктор. – Он отвезет вас на кресле-каталке.

– Я пойду пешком.

– У вас недостаточно сил…

– Ничего. Я соберусь с силами, а Бурдо мне поможет.

– Хорошо. Что касается еды, то мы…

– Я буду есть консервированную еду из банок, взятых методом произвольного выбора с полок местного супермаркета. Бурдо будет ходить туда, пока я…

– Но послушайте!

– Все будет именно так, доктор. Бурдо будет приносить мне много всяких банок, а я наугад стану из них выбирать, что мне есть.

– Это совершенно не обязательно.

– Давайте попробуем, и увидим, сколько при подобном раскладе произойдет несчастных случаев.

Несколько мгновений Пиаже смотрел на Десейна, после чего кивнул:

– Как пожелаете.

– А что Дженни? – спросил Десейн. – Когда я могу ее увидеть?

– Она получила тяжелый удар по всем системам. Несколько дней ей не следует ни с кем общаться, если только…

– Я не оставлю бокс, пока не докажу вам, что прав, – заявил Десейн. – Когда она сможет прийти ко мне?

– Надо подождать, – ответил Пиаже и, внимательно посмотрев на Десейна, добавил: – Послушайте, Гилберт! Вы не сможете увезти Дженни из долины. Она никогда не согласится.

– Пусть Дженни решает сама.

– Отлично, – кивнул доктор. – Вы увидите.

Он подошел к двери и, открыв ее, позвал:

– Уин!

В комнату вошел Бурдо.

– Он все еще безумствует, доктор Пиаже? – спросил он.

– Мы проведем эксперимент, Уин. Во имя здоровья доктора Десейна и счастья Дженни переведем его в изолированный бокс. – Пиаже кивнул в сторону потолка. – Он хочет, чтобы туда его доставили именно вы.

– Я привезу кресло-каталку, – произнес Бурдо.

– Доктор Десейн желает отправиться туда на своих двоих.

– А сумеет? – усомнился Бурдо.

– Он полагается на ваши силы, Уин. Справитесь?

– Я бы мог донести его на руках, но это будет похоже…

– Обращайтесь с ним так, как обращались бы с беспомощным младенцем.

– Да, доктор.

Бурдо шагнул к кровати и помог Десейну сесть на край. Это усилие вызвало у того приступ головокружения. Стены комнаты вращались и ходили ходуном, но Десейн смог увидеть, как Пиаже, подойдя к двери и открыв ее, стоял и смотрел на Бурдо.

– Вы не будете возражать, Гилберт, если я время от времени стану навещать вас, исключительно по медицинским делам? – спросил Пиаже. – А те темные силы, которые ношу в себе, буду оставлять в своем офисе?

– Нет, пока я не пойму окончательно, что вы со мной делаете, – возразил Десейн.

– Но ведь вам нужно менять повязки!

– Пусть это делает Уин.

– Ваша вера в Бурдо поистине трогательна, – усмехнулся Пиаже. – Уверен, это произведет на него сильное впечатление.

– Так он может?

– Естественно! Я его проинструктирую.

– Отлично, – кивнул Десейн.

С помощью Бурдо он поднялся и стоял, хватая ртом воздух и опираясь на официанта. Пиаже вышел из комнаты, оставив дверь открытой.

– Вы сможете дойти, сэр? – спросил Бурдо.

Десейн попытался сделать шаг. Его колени казались ему сделанными из гибкой резины. Если бы не поддержка Бурдо, он наверняка упал бы.

– Едем в лифте? – спросил Десейн.

– Да, сэр. Лифт – в коридоре.

– Ну что ж, тогда вперед!

– Да, сэр. Простите, сэр.

Бурдо наклонился, поднял Десейна на руки и, повернувшись, вышел в коридор. Десейн увидел удивленное лицо медсестры, попавшейся им навстречу, и почувствовал себя глупо. Он был и совершенно беспомощен, и упрям, как осел. Медсестра нахмурилась и, щелкая каблучками, двинулась по коридору, а Бурдо шагнул к лифту и локтем нажал кнопку. Двери лифта с легким шипением раскрылись. Бурдо вошел в кабинку с Десейном на руках и опять локтем нажал кнопку с буквой «П».