МИФЫ. МИФОподставы - Роберт Линн Асприн

Церемония Торта в Октару прошла без сучка без задоринки. Гермалайя получила в свое распоряжение все кухни замка и приготовила торт, который превзошел все предыдущие кулинарные шедевры. Королевская пурпурная глазурь, казалось, бросала вызов силе тяжести. Бобби Джо и вожди кланов были в восторге от ритуалов, а также от угощения. В знак любезности, оказанной Гермалайей, я также удостоился приглашения и принял участие в мероприятии. В той части церемонии, что носила название «Приколи дракону хвост», я оказался успешнее местных жителей, но в «Музыкальных стульях» аборигены превзошли меня по части ловкости и быстроты. Стулья пришлось расположить на расстоянии нескольких ярдов друг от друга, чтобы октарублы, в ожидании, когда стихнет музыка, не могли занять сразу несколько, и я просто не успевал занять стул. Не то чтобы я возражал. Я уже начал привыкать к паучьим повадкам моих хозяев, однако не хотел путаться у них под ногами. Пытаясь победить, они, когда наследница не смотрела на них, швыряли друг в дружку мотки паутины или вытягивали длинные ноги так, чтобы их соперники спотыкались. Гермалайя, как всегда, держалась с исключительным величавым достоинством.

Никто из нас не знал наверняка, добавит ли Бобби Джо хотя бы одну монетку в опустевшую казну Фокс-Свомпбурга, но мы надеялись на лучшее. По моему предложению Хайрам принес маленькую, перевязанную лентами коробочку, чтобы по завершении церемонии подарить ее Гермалайе. В ней будет несколько золотых монет – или не будет вовсе, – которые Бобби Джо решит пожертвовать Гермалайе. Я понимал: успех моего состязания с Аазом зависит от щедрости пожертвований знати, но не мог заставить себя испортить момент упоминанием денег. Но я не сомневался: это не остановит Ааза. Впрочем, победить должен был я. Иное дело, что ради победы я не стал бы делать то, что без зазрения совести сделал бы он.

Когда участники ритуала, сжимая крошечные коробочки, наполненные волшебной блестящей пылью, вышли из церемониального зала, все пребывали в восторженном настроении и наперебой трещали о своем личном уникальном опыте. Когда же Гермалайя, завершив последние, приватные элементы церемонии, вышла в главный зал, ее встретил гул голосов – местный эквивалент аплодисментов.

– Что ж, спасибо всем, – сказала Гермалайя, сияя им всем улыбкой. Она выглядела усталой, но довольной.

– Я считаю, что даже сам Хомдом из Беноса оценил бы это по достоинству! – воскликнул один из вождей. – Чудесно!

– Бьюсь об заклад, он был бы в полном восторге, – сказала Бобби Джо. – Минуточку, я дам вам рекомендательное письмо к нему. – И она отправила пажа в поисках бумаги и чернил.

– Позволю себе сделать одно предложение, – сказал Хайрам, поднимая пушистый палец. К его щеке прилипла тоненькая полоска пурпурной глазури. Один только вкус слоеного торта Гермалайи превратил его в верного союзника всего Рейнардианского. – Себеллум Оутис может быть заинтересован в таком опыте.

– Кто это? – спросила Маша.

– Не монарх и не мировой лидер, хотя мы несколько раз принимали его здесь, – пояснила Бобби Джо. – Он сказочно богат. Занимается сельским хозяйством. Выращивает шоколадные орехи.

– Этот Оутис? – уточнил я. Я ел шоколадные орехи – одно из самых популярных кондитерских изделий в большинстве цивилизованных измерений. – Не знал, что их выращивают. Мне казалось, их производят на фабриках.