Тайны Древнего Лика - Алексей Корепанов

Кто знает, как реагировали бы оба астронавта на такое невероятное явление, если бы их не предупредили о возможности чего-то подобного. Правда, возможность эта представлялась — не только им, но и остальным посвященным — совершенно иллюзорной, из области фантастики. Но иллюзия обернулась реальностью, фантастическая книжка на деле оказалась телефонным справочником, содержащим подлинные номера.

Не сговариваясь, инженер-пилот и нанотехнолог побросали инструменты и чуть ли не бегом устремились навстречу тому, кто каким-то невероятным образом умудрился целый земной год провести на Марсе, не умерев от голода и жажды. Утверждение о том, что течение времени в Сфинксе существенно замедляется по сравнению с привычным, уже не казалось голословным. Эта гора была действительно не просто горой. Не мертвой горой…

Они шагали молча, слабый ветерок овевал их лица, но не мог осушить лоснящийся от пота лоб Бастиана и нарушить пробор Людаса. Расстояние между ними и неопознанным пока человеком сокращалось. Тот не делал никаких попыток ускориться, продолжая неторопливо переставлять ноги размеренными, чуть неуклюжими движениями робота.

— Батлер, — присмотревшись, сказал Нарбутис. — Это Алекс Батлер…

— Точно, Батлер, — чуть помешкав, подтвердил нанстехнолог. — Вроде как в отключке. На автопилоте.

— Сейчас увидим…

Когда расстояние между экипажем «шмеля» и «аргонавтом» сократилось до нескольких десятков шагов, Нарбутису и Миллзу стало окончательно ясно: с ареологом предыдущей экспедиции действительно не все в порядке. Комбинезон его был распахнут чуть ли не пояса. На боку, как безделушка, болталась расстегнутая, явно пустая кобура. Лицо с короткой темной щетиной казалось окаменевшим, а застывшие глаза стеклянно смотрели перед собой, подобно автомобильным фарам, и, похоже, ничего не видели. Батлер и в самом деле больше напоминал механизм, какой-нибудь заводной манекен, чем живого человека, — вот-вот до слуха Нарбутиса и Миллза могли донестись шорох и скрип деталей, из которых был собран этот манекен.

Пилот и нанотехнолог, переглянувшись, остановились на пути человекомеханизма. Хотя у Миллза вдруг возникло острое желание отойти в сторону — мало ли что… Нарбутис, комплекцией своей превосходивший и напарника, и Батлера, через две-три секунды сделал еще один шаг вперед, выставил перед собой руки и произнес довольно нелепо прозвучавшую фразу:

— Эй, мы здесь, мистер Батлер. — Словно тот был слепым.

Под шорох ветра ареолог, не меняя выражения лица, приблизился к ним почти вплотную. И в следующее мгновение Нарбутис и Миллз стали свидетелями метаморфозы наподобие той, которую описал Андерсен в сказке «Снежная королева»: горячие слезы Герды упали Каю на грудь, проникли в сердце, растопили его ледяную корку и расплавили осколок зеркала злого тролля — и Кай узнал Герду… И тогда же пилот и нанотехнолог окончательно прочувствовали, что именно глядящие осмысленно глаза делают таким живым и неповторимым каждое человеческое лицо…

Манекен, робот, зомби стал человеком. И остановился.

— Джейн… — надтреснутым голосом произнес Алекс Батлер. — Джейн…

— Что? — Нарбутис опустил руки.

Женщину, участвовавшую в Первой марсианской, звали Флоренс. Не Джейн.

Батлер отступил назад и некоторое время переводил взгляд с Нарбутиса на Миллза и обратно. Причем смотрел он так, будто внезапно обнаружил перед собой зеленых, с десятком щупалец, марсиан. Пилот и нанотехнолог молча наблюдали за ним.

«Хорошо, что кобура у него пустая…» — подумал Бастиан Миллз.

Внезапно лицо Батлера покраснело, он шумно и прерывисто задышал и, пробормотав: «Кажется, вырубаюсь…» — тяжело осел на песок цвета запекшейся крови.

— Быстро, тащи его к нам! — почти мгновенно принял решение Нарбутис. — Любой транквилизатор, инъекцию витаминов, даже две, и снотворное — на всякий случай. А я гляну, откуда он пришел, пока следы не занесло. Может, там и другие…

— А как же запрет? — заикнулся было нанотехнолог.

Но пилот так взглянул на него, что Миллз, больше не делая попыток возражать, подскочил к лежащему на боку Алексу. Присел и приложил палец к его горлу, проверяя пульс. Потом поднял голову, обернулся и сообщил:

— Живой…

— Это реакция, — сказал Нарбутис. — Давай, неси его. Только не вздумай выходить на связь с командиром. А я с тобой сам свяжусь.

Миллз молча кивнул.

С помощью Нарбутиса он взвалил бесчувственного ареолога себе на спину и пустился в недалекий, что было утешительно, путь к модулю. А пилот, вглядываясь в слабые следы, оставленные ботинками Батлера, двинулся в сторону Сфинкса.

По пути он несколько раз оборачивался, дабы убедиться в том, что Миллз справляется с задачей. Нанотехнолог справлялся. В конце концов он доволок Батлера до трапа, втащил наверх, к люку, и вместе со своей ношей скрылся в модуле. Предварительно помахав рукой Нарбутису: мол, все в порядке.

И Нарбутис, уже не оглядываясь, продолжил путь по следам ареолога Первой марсианской, давным-давно заочно похороненного теми, кто был осведомлен о судьбе проекта «Арго».

А хоронить-то, оказывается, было рано, — как и говорил таинственный незнакомец Стивену Лоу. Этот капитан Немо утверждал также, что живы и другие «аргонавты». С Маклайном, к величайшему прискорбию, все уже было предельно ясно, а вот насчет остальных… Может быть, у Батлера оказалось побольше сил, чем у Флоренс Рок, Торнссона и Каталински. Ареолог смог подняться на ноги и пойти к месту посадки «шмеля», а другие не смогли. И кем же он, Людас Нарбутис, потомок гордых латгалов, стал бы себя считать, если бы, неукоснительно следуя приказу, не сделал и шага в сторону Марсианского Сфинкса, где, возможно, находились участники миссии «Арго»? Руководители проекта «Дубль» были далеко, на уютной Земле, и командир экспедиции тоже был вне пределов Марса. А он, Нарбутис, был здесь, в Кидонии, и принимал решения самостоятельно, исходя из обстановки.

«И точка, — сказал себе инженер-пилот. — Пусть потом думают, что хотят».

Он предпочитал не размышлять о том, почему Батлер объявился только спустя три с лишним часа после посадки «шмеля». Увидел модуль в небе? Услышал шум двигателей? Откуда? Можно было надеяться, что ареолог очнется и сам все расскажет. А пока единственная его, Нарбутиса, задача — не терять из виду отпечатки подошв Батлера.

Впрочем, он уже почти со стопроцентной уверенностью мог сказать, откуда именно появился ареолог. В отдалении, под углом к курсу, которым следовал пилот, тянулся ряд темных, правильной формы столбиков, напоминающих старое дорожное ограждение. Людас был ознакомлен с радиоотчетами Маклайна ЦУПу и знал, что это на самом деле не ряд, а два ряда, и не столбиков, а верхушек занесенных песком древних колонн.

Следы ареолога вели именно оттуда. Нарбутис ускорил шаг и оказался перед проемом, в который свисал трос. Нижний конец троса лежал на ржавой насыпи с явно свежими углублениями-следами. Не оставалось никаких сомнений в том, что Батлер выбрался именно отсюда. Из глубины — к свету. К жизни…