Уплыть за закат. Жизнь и любови Морин Джонсон. Мемуары одной беспутной леди - Роберт Хайнлайн

Только с открытием бегущей дороги Кливленд – Цинциннати до Джорджа Стронга дошло, что мои пророчества – дело верное. Я всегда тщательно скрывала источник своего ясновидения, чувствуя, что правду Джорджу вынести будет труднее, чем мое умолчание. И я отшучивалась: смотрю, мол, в свой надтреснутый хрустальный шар; держу небольшую машину времени в подвале рядом с доской уиджи^[158]; меня посещает дух вождя Раздвоенный Язык; гадаю на заварке, только чай должен быть непременно сорта «Черный дракон», у «Липтонского апельсинового» не та вибрация. Джордж, добрая душа, улыбался моему вранью и в конце концов перестал спрашивать, как я это делаю, а просто рассматривал содержимое каждого конверта как надежный прогноз – такими мои прогнозы и были.

Но открытие дороги Кливленд – Цинциннати он никак не мог переварить. Мы с ним вместе присутствовали при этом событии, сидели на главной трибуне и видели, как губернатор Огайо перерезал ленточку. На наших местах можно было свободно говорить о чем угодно; речи из громкоговорителей все заглушали.

– Джордж, сколько недвижимости по обеим сторонам дороги принадлежит «Гарриману и Стронгу»?

– Да порядочно. Хотя какой-то спекулянт обскакал нас и отхватил себе лучшие с коммерческой точки зрения участки. Однако «Гарриман индастриз» вложила солидный капитал в экраны Дугласа – Мартин, да ты и сама знаешь: ты была на том заседании и сама за это голосовала.

– Да, хотя мое предложение вложить капитал в три раза больше забаллотировали.

– Уж слишком рискованно, Морин, – покачал головой Джордж. – Деньги делают, рискуя деньгами… но не наобум. Мне и так стоит больших трудов удерживать Делоса от авантюр, не подавай ему дурного примера.

– Но ведь я была права, Джордж. Хочешь знать, сколько бы мы заработали, если бы приняли мое предложение?

– Морин, что толку считать неполученные барыши. Бывает, что и правильно угадаешь. Но это не значит, что метод догадок верен – ведь угадываешь далеко не всегда.

– Но я-то не угадываю, Джордж, – я знаю. Ты вскрыл уже несколько конвертов. Ошиблась ли я хоть раз?

– Это противоречит здравому смыслу, – вздохнул Джордж.

– Джордж, твое неверие в меня стоит «Гарриману и Стронгу» и «Гарриман индастриз» денег, и больших денег. Ну да ладно. Говоришь, какой-то спекулянт увел у вас лучшие земли?

– Да. Должно быть, ему удалось заполучить планы до того, как их обнародовали.

– Это не спекулянт, Джордж, а провидец – то есть я. Видя, что вы недостаточно быстро раскачиваетесь, я заключила как можно больше опционов, вложив в них все свои свободные деньги и все наличные, которые сумела получить под залог прочих капиталов. – Джордж огорчился, и я поспешно добавила: – Передаю все права тебе, Джордж. Но не даром – ты сам решишь, сколько мне выделить, когда наша собственность начнет окупаться.

– Нет, Морин, так нечестно. Ты верила в дело и была первой – все доходы твои.

– Ты не слушаешь меня, Джордж. Мне не на что купить эти земли – я все до последнего цента вложила в опционы, а будь у меня еще миллион, я бы заключила еще больше сделок, и на более длительные сроки. Я только надеюсь, что в следующий раз ты меня послушаешь. Уж очень обидно, когда я говорю тебе, что с неба скоро польется суп, а ты приходишь с чайной ложкой вместо ведра. Говорить тебе о следующем случае, который нам представится? Или пойти к мистеру Гарриману и попытаться убедить его, что я настоящая провидица?

– Скажи лучше мне, – вздохнул он. – Если захочешь.