Игра в прятки - Константин Муравьев

– Я всё равно должна увидеть её. – И она откинула полог телеги.

– Ой! – раздался испуганный детский голосок.

Первой, кого она увидела, была куколка.

– А ты кто? – удивилась Рения.

На голосок к повозке подлетает Дея.

– Ты кто? – также спрашивает она и вглядывается внутрь. – Ой, вас тут много! – И предлагает: – Так вы выбирайтесь.

Но Рения там не за этим. Я смотрю, как она забирается под полог.

– И почему опять эльфийка, даже две?! – раздается оттуда её возмущённый возглас. Похоже, она рассмотрела Маашарию.

И это всё, что её заботило всё это время? Нет, я точно ничего не понимаю в жизни, вернее, в женщинах и девушках, а также в их отношении к ней.

– Вообще-то нет, – говорю я ей, когда подхожу вслед за девушкой к повозке, – но давайте обо всём этом я расскажу потом, чуть позже, когда мы будем одни, – и киваю на уже давно собравшуюся вокруг нас толпу людей.

Многие тыкают в меня пальцем, как в вернувшегося с того света. Хотя для них это так и есть. Я вернулся откуда-то из-за грани, откуда обычно не возвращаются.

– Хорошо, – согласилась Рения, – но мне ты расскажешь всё. И она взглянула мне прямо в глаза. – Всё, – тихо и веско повторила она. А потом, поглядев на стоящую рядом Некаю, потянулась и под её возмущённые взгляды поцеловала меня. – Он и мой муж, – не дав открыть той рта, сказала она.

Оказывается, не только во мне есть собственнические чувства.

Девушка же обратилась ко всем остальным:

– Идёмте в нашу крепость, я так понимаю, всем нам есть что обсудить.

Хотя детей это уже не касалось. Дея, как самая старшая, взяла над ними шефство. Правда, Гешу этого особо и не требовалось, но он пошёл с девчонками за компанию.

Я забрался на повозку и указал Рении на сиденье рядом с собой.

– Поехали.

И мы двинулись в здание заставы.

Чувствую, мне сейчас устроят допрос не то что с пристрастием, а с пытками, с заламыванием рук, вырыванием ногтей и прочими ухищрениями, чтобы услышать всю правду.

Но всю я не расскажу никому. Даже им. Пока сам не разберусь во всём и со всем.

С пожилым троллем, которого звали Ревун и который выполнял функции капитана этой заставы, я должен был ещё раз поговорить, но чуть позже. После того, как допрошу своего пленника, мага, захваченного в пещерах.

Пока он всё так же парализованный лежал в подвале. Каземат тут был не особо большим, вернее, его в принципе не было, но уж для одного заключённого место нашлось.

Я, перед тем как оставить пленного мага на попечение охранников, обновил плетение, чтобы он не смог снять его самостоятельно и освободиться.

Кстати, как оказалось, на меня подобное плетение не подействует. Как и на многих других рунных магов или повелителей сил. В общем на всех тех, кто работает с магической энергией напрямую или мысленно – а в обоих случаях это мой вариант, – а не через вербальную или любую иную форму управления магией. И возможно, это из-за того, что существо под действием этого плетения находится в сознании и может без особых проблем мысленно воспроизвести исцеляющее и деактивирующее плетение, разрушив сдерживающие его оковы.

Именно поэтому я внёс в своё плетение ещё и несколько небольших дополнений, которые превращали его уже не просто в парализующее, а приводящее жертву в полностью бессознательное состояние. А если его ещё и усилить на несколько порядков, то в результате можно вогнать любое существо, даже очень сильного демона, например, такого, как Элая или Некая, в неконтролируемую кому или полностью отключить его мозг, превратив в живое растение.

И похоже, именно это с девушкой и проделали. Но как спасти её, я пока ещё не сообразил. Но теперь мне стало хотя бы понятно, что же с ней на самом деле произошло.

Всё это на меня накатило как-то разом, когда я накладывал на мага повторное плетение и подумал, а вдруг и сам когда-нибудь окажусь в подобном положении? Вот это и стало результатом моих размышлений и действий.

Мы сидим в нашей комнате. Здесь присутствовали все. Гром, Рения, Селея, Лейла, с которой я поделился своей энергией, практически мгновенно подняв её на ноги, чем многих очень удивил. Нея, Маша и Некая, которые не отходили от Элаи, Ира и Роная. Ну и конечно дети: Дея, Тения, Геш и Тенара. Я представил тех, кто прибыл со мной.

– А ты изменился, – задумчиво глядя на меня, тихо сказала Рения.

– И ты не представляешь насколько! – честно признался я.

– Нет, – покачала она головой, – но я хочу, чтобы ты всё нам рассказал.

– Постараюсь, – ответил я.

Не знаю, видимо, люди здесь более простые, чем в моём мире или даже в моём понимании. И если ты полностью берёшь о ком-то заботу на себя, то они автоматически становятся твоей роднёй. Племянники, сёстры, жёны, дети.

Так было с Деей. Но она сама назвалась моей младшей сестрёнкой.

Так произошло и сейчас. Куколка и Геш, даже без особых моих комментариев, превратились в мою родню, никто не уточнял какую, но все и так поняли, кто теперь они для меня. Хотя сам я этого, конечно, не подразумевал в том виде, что мне озвучили. Но это правило чужого монастыря и своих законов. Так что я не возражал.

Да и остальные восприняли эту новость вполне спокойно и адекватно, тем более после того, как я объяснил причину появления детей в этом мире и почему я забрал их вместе с собой.

Кстати, как, посмеиваясь, сказал Гром, будь даже это мои родные дети, мне никто слова поперёк не сказал бы.

Тут и правда мир рода, и чем он больше, тем сильнее. А род происходит от его родоначальника. И внебрачных детей, принятых в семью, воспитывают вместе с родными. Но это так, к слову. Ведь у меня уже есть две девушки, которые носят моих детей. И если с одной я сознательно порвал все связи, то Дара… Она была другой. И так же, как и Элая или Рения, заняла достаточно значимое место в моей душе.

Так что я был рад, что хоть оправдываться перед остальными мне не пришлось.

После общего знакомства Роная попросила детей, чтобы нам не мешать, поиграть во дворе. Сейчас это было вполне безопасно, город и окрестности очистили от последних инфернальных монстров. И те послушно удалились, хотя изначально хотели присутствовать при разговоре, особенно Дея.

А Геш хоть и вышел вслед за остальными, но не успела дверь за ним закрыться, как я заметил, что его аура проникла обратно в комнату.

– Что вы думаете о них? – спросил я девушек и тролля о детях.

Я опять на время пропаду, надолго или нет, не знаю, а поэтому придётся заботу о детях переложить на всех остальных. В связи с этим я хотел рассказать им кое-что о своих планах и о том, что они должны знать.

– С парнем не всё понятно, – ответил тролль. – Вроде он на вид совершенно обычный, ничем не примечательный. Но… – Гром задумчиво взглянул в мою сторону. – А ведь и верно, он чем-то похож на тебя, – закончил мой друг.