Ее темное желание. Царство теней. Книга 1 - Дженнифер Бенкау

– Что ты против него имеешь? – растерянно спросила я.

Он горько рассмеялся.

– Ничего. Ни одной дурной мысли, никаких споров. Абсолютно ничего. Я не знаю его, и я видел его лишь единожды. Мне нужно лишь быть уверенным, что он останется здесь. Позаботься об этом, а потом сломай вот эту вещь. – Сунув руку под мовлэ, он достал тонкую палочку. Она походила на высохшую ветку, побелевшую и выцветшую от времени, и с неровными изломами по краям. Аларик нежно сжал мои пальцы вокруг нее, поднес мою руку к своим губам и поцеловал костяшки пальцев.

– Ты держишь в руке мою жизнь – десятикратно. И все пропадет впустую, если ты не сделаешь то, о чем я тебя попрошу. Если ты вернешься в Немию, а Кадиз останется здесь, сломай ее ради меня.

– Что это? – спросила я. Мне было страшно, потому что я ни на мгновение не сомневалась в том, как невероятно важна эта вещь для Аларика. – Но почему? И почему, Аларик, ты не сделаешь этого сам?

– Деревяшка, – ответил он. – Кладбищенское дерево. Растет в Лиаскай и Кеппохе. Никогда не видел его в Немии.

– И зачем мне…

В этот момент по тоннелю разнесся голос. Он долетел издалека и все же достиг нас, словно говорящий стоял прямо за углом.

«Я, КАДИЗ ХЕЛЛЬНА, ЛЮБЛЮ ДЕСМОНДА ЭС-ЙАФАННА!»

Всего несколько слов. Но они потрясли до основания весь мой мир.

– Кадиз уже у первых ворот! – крикнул Йеро. – Поспешим. Паладины не станут медлить!

И Йеро понимал, что драки допускать нельзя. Не сейчас! Потому что, хотя в моих глазах Кадиз до этого момента был просто человеком, которого верховный министр отправил на поиски славы и чести, чтобы он спас Десмонда, на самом деле все обстояло совершенно иначе.

Он любил его. Кадиз любил Десмонда.

А Десмонд… У меня едва не подкосились ноги. Десмонд тоже любил Кадиза. Наверное, он всегда носил мысли об этом в себе, не решаясь мне рассказать. Это из-за Кадиза он сомневался.

– Я не понимаю, – сказала Вика, впервые снова посмотрев прямо на меня. – Кадиз и Десмонд? Отец Десмонда никогда бы этого не допустил! Двое мужчин, связавших свои судьбы, – это могут принять в Лиаскай, но не в Немии…

Она была права, и это объясняло все.

– Они хотели сохранить это в тайне! Я должна была стать женой, которая обеспечит ему алиби. Поэтому Десмонд так странно вел себя со мной. Он думал, что я его люблю, и боялся сказать мне, что эта любовь никогда не будет взаимной.

Во взгляде Вики появилось что-то вроде сочувствия – по крайней мере, его отблеск.

Во мне росло лишь ощущение безысходности. Если мы освободим Десмонда, он навсегда потеряет Кадиза. Могу ли я так с ним обойтись?

– Лэйра, я знаю, о чем ты думаешь, – произнес Йеро, взяв меня за плечи и посмотрев мне прямо в глаза. – Но Кадиз знал, на что он идет, и только потому он задержал нас в деревне людей. Он не испытывает к нам ни малейшего сочувствия. И ты должна думать о себе. О себе и о Вике. Десмонд будет свободен и останется жив. Он поймет.

На меня навалилась невероятная усталость.

– Лэйра, они без колебаний убьют нас, если нагонят. Сеймур, предводитель паладинов Кадиза, хочет победить любой ценой.

– Лэйра? – от ворот донесся голос Аларика. Он посмотрел на меня, будто хотел получше запомнить, как я выгляжу, будто перед долгой разлукой.

– Пожалуйста, не забывай! Моя жизнь – десятикратно.

Затем он наклонился к замку.

«ТРИ ГОДА НАЗАД Я ПОЛУЧИЛ ЗАДАНИЕ УНИЧТОЖИТЬ НАСЛЕДНИЦУ РОДА ЭС-РЕТНЕЙЯ, – разнесся по коридору его мелодичный голос. – И Я ЭТО СДЕЛАЛ».

Мы уставились на него. Если бы он здесь и сейчас признал, что он – Повелитель дэмов во плоти, я бы и то испугалась бы меньше.

Я была… наследницей рода эс-Ретнея? Я была дочерью своего отца. Но…

– Не открывается, – произнесла Вика.

Аларик выдохнул сквозь зубы и вцепился в решетку обеими руками.

– Ты, ненасытное, жадное чудище! – обругал он ворота и яростно закашлялся, прежде чем снова склониться к замку. – И СЕЙЧАС Я ТОЖЕ НАХОЖУСЬ ЗДЕСЬ ПО ЗАДАНИЮ СВОЕГО ХОЗЯИНА.

Казалось, будто он произнес эти слова, выдохнув весь воздух, что был у него в легких. И на этот раз замок открылся.

– Сделано, – с облегчением вскрикнула Вика.

Но Аларик так и стоял на коленях у ворот, держась за решетку и не поднимая головы.

– Все не так плохо, – горячо обратилась я к нему. – Мы во всем разберемся. Правда, Аларик, я ожидала худшего. Моя тайна была хуже.

Ну хорошо, я, по крайней мере, не хотела никого убить – или уничтожить. Но, однако же, была еще жива и довольно далека от того, чтобы быть уничтоженной.

– Вставай, нужно идти дальше.

Аларик словно не слышал меня. Он скорчился у ворот, его спина вздрагивала.

– Проклятье, – произнес Йеро, подходя к нему.

– Что с ним? – с дрожью в голосе спросила я.

Йеро вздохнул.

– У парня есть долговая печать. И ему запрещено об этом рассказывать.

Я понятия не имела, что это значит. Было только ясно, что я как раз держу эту печать в руках.

Аларик что-то прошептал, Йеро наклонился, поднеся ухо к его рту.

– Десять? – потрясенно спросил он. – У него их было десять, Лэйра. Это последняя.

– Калейя, – прохрипел Аларик. – Ее… свобода.

– Не говори ничего, – произнес Йеро, перебросил руку Аларика через плечо, поднял его и взвалил на себя. То, как он посмотрел при этом на меня, заставило меня встревожиться еще сильнее. – Калейя – это твоя сестра? Она в плену? Если ты отдашь долг и последняя печать будет разбита, ее отпустят?

Аларик раз за разом коротко кивал, будто этот простой жест требовал от него огромных усилий. Я подошла к нему и, взяв его лицо в ладони, повернула к себе. Аларик смотрел сквозь меня. Каждый вдох отдавался хрипом в его груди. Ему не хватало воздуха, и каждый вдох требовал огромных усилий.

Вика воздела руки к небу.

– Долговые печати! Это же легенда!

– Похоже, они существуют, – проворчал Йеро.

– Ты можешь ему помочь? – спросила я. – Мы должны что-то сделать.

– Нет.

– Кто-нибудь может ему помочь?

– Не знаю. Но нам нужно идти дальше. Предполагаю, ты не согласишься его оставить, пока он еще дышит.

– Нет, – быстро ответила я. – Мы его не бросим. Слышишь меня, Аларик? Мы тебя не бросим.

Я вспомнила про мазь из магического горшочка. Она помогала маме, когда ей становилось трудно дышать из-за ее болезни увядания. Йеро неохотно подождал, пока я втерла немного мази в грудь Аларика, а потом помазала ему под носом.