Охотник на вундерваффе - Владислав Морозов

Но что при этом порадовало меня больше всего – легкие следы на снегу за этой мадам все-таки оставались. А значит, это, слава богу, была не голограмма, как в прошлый раз.

– Ну и что это за шуточки? – мрачно поинтересовался я вместо приветствия. Теперь в обычном, голосовом режиме, а уже не мысленно, и тут же добавил:

– И, кстати, где это я?

– А сам не понимаешь? – спросила моя собеседница. Кажется, теперь она тоже говорила нормально, по крайней мере ее губы двигались вполне синхронно произносимым словам, хотя ее лицо в тот момент выглядело не особо живым, может быть, из-за голубоватого лунного света. Это слегка успокаивало, поскольку отдающие сумасшествием мысленно-телепатические переговоры меня, откровенно говоря, пугали.

– Положим, когда провалился в 1941-й, понимал. А сейчас уже как-то не очень. Подозреваю все что угодно, вплоть до воспаления мозгов…

– Что тебе на это сказать? – услышал я в ответ. – То, куда ты изначально попал, это наша основная, так сказать, базовая реальность. И как ты сам уже должен понимать, реальностей, по идее, может быть много, явно больше одной. Хотя, конечно, множиться, как кролики, до бесконечности реальности сами по себе не могут, в противном случае каждый человек просто жил бы в свой собственной реальности. Но тем не менее при совпадении ряда условий и факторов и при определенной степени комплексного воздействия могут получаться кое-какие альтернативные варианты реальности вроде того, где мы с тобой сейчас мирно беседуем…

– То есть перемещения во времени – реальность и где-то даже рутина? – уточнил я, вешая ремень уже остывшего автомата на правое плечо и надвинув ушанку на брови поглубже. Похоже, разговор обещал быть долгим.

– Да, – последовал короткий, но емкий ответ.

– Тогда как же это я, черт возьми…

– Если в двух словах – есть такие люди, которые могут перемещаться во времени сами по себе, без использования каких-либо технических устройств…

– Стоп! Я что – какой-нибудь инопланетянин?

– Нет, во всех смыслах ты самый обычный человек…

– Ага. Тогда это, наверное, воплощение мечты наших протухших псевдоинтеллигентов, которые уже давно перестали быть «потрясателями основ и властителями дум», но все еще думают, что мир делится на «гигантов мысли-люденов-прогрессоров» (то есть их) и вонючее быдло (то есть 99 % остального населения)? Ведь это именно они считают, что «пуп земли» (сверхчеловек в их понимании, то есть тупая совковая образованщина) должен обладать чем-нибудь «этаким», отличающим их от прочей «алкашни и ваты». Они что – в чем-то правы?

– А ты что, причисляешь себя к этим самым «пупам земли»?

– Отнюдь. Боже упаси. Обижаете, гражданочка начальница. У меня профессия есть, и кидание говном в собственную страну я как-то не практикую…

– Ну вот видишь. Это свойство никак не связано с полом, национальностью, социальным статусом и прочими подобными факторами. Оно врожденное, но по наследству, что характерно, не передается. Не вдаваясь в длинные дискуссии, скажу, что точная природа этого феномена даже в наше время не ясна. В абсолютных цифрах таких людей рождается несколько сотен на миллион. На сленге их называют «Бродягами», по немецки «Стромер», по-английски – «Мейверик»…

– А чего тогда не «Трамп»?

– В смысле?

– Ну на американской мове один из вариантов перевода слова «Бродяга», по-моему, звучит как раз как «Трамп»…

– Ах, в этом смысле? Все шутишь? Напрасно. Так вот, ты как раз из таких. Конечно, отправить на машине времени в прошлое можно и обычного человека. Но это всегда требует массы энергии и, что самое сложное, сначала «точку заброски» надо четко локализовать, а значит, надо отправлять в прошлое маяки и прочие автоматические устройства, которые отказывают через раз. А для успешного возвращения в «исходную точку» в «точке заброски» нужно заранее оборудовать и обозначать «обратный выход». В целом получаются очень муторная работа и просто чудовищные затраты. А «Бродяги» могут и попадать в другие времена, и возвращаться обратно сами. Механизм этого процесса в достаточной мере пока не изучен. Самое главное тут в том, что «Бродяга» всегда сам возвращается обратно именно в ту исходную точку, и временную, и географическую, откуда он выполнил «прыжок», даже если он пробыл в другом времени несколько десятилетий. С отклонением в максимум на километр.

– Что, неужели были и те, кто проваливался в прошлое на целые десятилетия?!

– Насчет десятилетий точно не знаю, но известны многочисленные случаи, когда «Бродяги» после своих «прыжков» застревали в другом времени лет на шесть-восемь. Бывали, знаешь ли, прецеденты. Причем далеко не про все подобные эпизоды мы знаем. А главный минус «Бродяг» в том, что они при перемещении привязаны к своему местонахождению и обычно перемещаются во времени спонтанно, совершенно неожиданно для самих себя и на очень короткое время. Это зависит о ряда важных факторов, включая состояние здоровья и рассудка самого «Бродяги», состояния магнитного поле планеты и еще много чего. Сразу скажу, что полный список этих факторов неизвестен, но он постоянно пополняется. При этом в ваше время еще не было никаких внятных методик, позволявших «Бродягам» отрабатывать свои навыки и контролировать процесс. Ты, надеюсь, помнишь, как это было у тебя самого?

– Помню, – сказал я на это. – Думаю, лет с семи-восьми…

Ну что тут можно вспомнить?

В первый раз я всерьез «провалился» в раннем детстве, во время семейного отдыха на югах, когда мне было лет восемь или девять. В Крыму это было, кажется, в Кипарисном, возле Алушты или еще где-то в тех краях.

Там, из дома, где мои родители, как и положено отдыхающим-дикарям, снимали койки, между заросших зеленью гор довольно близко было видно море и дорогу с троллейбусами. Причем троллейбусы там были какие-то импортные, кажется, чешские, какие у нас на Урале не встречались.

Так вот, как-то июльским вечером стою я во дворе этой самой хозяйской хаты, рядом с летней кухней, и вдруг неожиданно для самого себя вижу на море, не то чтобы у самого берега, но и не у горизонта интересный корабль (в детстве у всех нас глаза острые и видят очень далеко, иногда даже лишнего), серый, явно военный, только какой-то старый. Весь какой-то угловатый, с прямым форштевнем и тремя широкими трубами, на носу и на корме длинные, похожие на палки пушки без щитов, а из труб идет довольно густой дым. Ну и дорога в поле моей видимости в этот момент тоже вдруг изменилась. Она разом утратила асфальтовое покрытие, стала заметно уже, исчезли с обочины фонарные столбы и провода троллейбусной электросети. И ездили по дороге редко-редко странные старинные машины, похожие на рисунки из «Автомузея» в журнале «Техника – молодежи» (я тогда был юноша продвинутый и в те времена обожал подобное чтение), то ли «ГАЗ-А», то ли еще что подобное. Потом проехала арба, запряженная осликом, а потом пару раз по дороге проскакивали очень странные автобусы, почему-то с открытым верхом, на шасси то ли «АМО-Ф-15», то ли «ГАЗ-АА». И в их кузовах на деревянных лавках сидела публика в белых панамах, одетая почти как в виденных мной тогда экранизациях Ильфа и Петрова или Зощенко.