Русская зима - Алексей Изверин

Прихрамывал, и чуть пошатывался. Но все же удалялся довольно резво.

«Ты в порядке» — Сообщения от Лешки и Ленки слились в одно.

«Да»

Комбинезон чуть ли не пропорот, но не пробит до конца, придется беречься этим боком. Нити разошлись немного, но поступления внутрь себя холодного воздуха пока что не ощущаю.

Как же он ко мне подобрался?

Согласился на автоматический режим.

Уничтожить тихо, не привлекая внимания.

Система быстро составила план действий, выдала его мне и приступила к выполнению.

Быстрым прыжком я сократил расстояние до убегающего, толкнул его в плечо, чтобы он развернулся ко мне, и сделал мах ногой вверх-вниз, на низу попав жопику в череп. Каковы бы не были пределы регенерации, но я не слышал про тварь, что живет с такими вот дырками в черепушках. Мозги и кость смешались в грязное кровавое месиво. А вот позвоночник не треснул даже, как будто по палке ударил.

Ну ничего, это тоже поправимо.

Быстро склонился, воткнул нож в середину груди, туда, где было теплее всего. Кстати, вот и отгадка, почему его система моя прозевала недавно. Его же почти не видно в тепловом диапазоне, еле-еле. Температура тела градусов пятнадцать, не больше.

Вот тебе и раз, а как же оружие? Почему система моя не использовала АСВ? Не знаю, но оружие все равно подобрать надо.

Вернулся. Приклад АСВ торчал из сугроба, потянул за него, вытащил оружие.

Опасность!

Показалось или нет, но раненный вроде как-то шевелился.

Плюнув на брезгливость, я с силой воткнул носок ботинка в его висок. А потом пошел ко второму. А вдруг он не подох. И опять встанет?

На всякий случай я проломил голову и ему. Если уж дохнуть, так сразу и до конца. Раз — и ты в вашем мутантском раю… Если даже руки-ноги регенерируют, то головы-то нету точно. Куда ходить не видно будет.

Потом несколько раз воткнул ботинок в снег, чтобы счистить кровь и ошметки плоти.

Солдаты догнали меня через минуту.

— Все в порядке?

— Да. — Я куском свалявшегося снега тщательно протирал клинок. Вырвал, воткнул нож в снег пару раз, чтобы очистить от крови жопиков, и сунул в ножны. — Внизу тропинка… Вот тут. Можно идти дальше по ней. Дальше, до самых постов, озерец не будет.

— Тут везде надо смотреть в оба… — Философски хмыкнул один солдат. Второй в это время косился на трупы мутантов.

— Что за уроды? Никогда не видел…

— Мы тут много чего никогда не видели. — Сказал второй. — Пошли обратно, нечего от колонны отрываться.

На дороге, как раз там, где она расширялась, три «Варана» разворачивались в линию, оставляя проезд между собой. На правом хищно шевелилась труба миномета.

Тамара с пистолетом быстро крепила под полуоткрытым шлемом микрофон и наушники.

— Готовы? — Она мазнула взглядом по Ленке. — Сейчас начинаем.

Рядом с ней отирался высокий и худой тип, в обычном военном комбезе, но вот только без половины снаряжения. Вместо АСВ у него висела пара НТС, лучевых пистолетов с усиленным аккумулятором. В магазине такие просто так не купить, редкий товар.

Шлем и маска человека так же, как и у меня, пристегнуты к поясу. Лицо гладкое, загорелое, карие глаза и острый нос. На голове большая грива совершенно седых волос и седые же кустистые брови.

«Скитальский» — Назвал его Лешка. — «Который книжку написал»

«Ясно»

Скитальский ни во что не вмешивался, но жадно ловил все слова, хватал глазами все пейзажи вокруг нас.

На меня он тоже воззрился с ожиданием, но я промолчал.

Про Скитальского раньше слышать мне не доводилось, но, судя по книгам о мутантах, в этих краях он провел не так уж и мало времени. И в мутантах разбирался, кому попало бы не разрешили на своих изданиях ставить «рекомендовано».

Тамара обернулась к нам.

— Ты и ты… — Ткнула в меня и в Ленку. — Обойти деревню, выйдете на дорогу. Потом левее, там, где долина — ляжете в засаде. Мутанты постараются обойти нас с тыла и напасть. Ждите оборотня.

— Какого еще оборотня? — Удивился я.

— … а то и двух. — Тамара посмотрела на пистолет в своей руке, решительно убрала его в кобуру, защелкнула магнитный замок.

— Те шатры. — Вдруг влез Скитальский. Голос у него оказался под стать внешности, точно такой, как я и ожидал. Хриплый, но громкий, четкий, хорошо поставленный. Профессор, точно профессор. Лекции в институте читал, вот и научился голос держать.

— Те шатры — это стоянка оборотней. Они в них живут, когда с место на место переезжают. Это как бы знак их…

— Теорию потом. — Оборвала его Тамара. — Как только в деревне начнется, оборотни или выбегут на нас, где мы их постреляем с вездеходов, либо рванут в обход и в атаку. Либо сваливать… Дорогу блокируем, выход у них останется через долину. Там и сидите. Кто пойдет — прикончить без разговоров, сразу открывать огонь на поражение. Народ вам дать?

Я быстро подумал.

Стоит ли? С одной стороны, десять стволов — это не два ствола, а с другой-то стороны…

Чем люди простые смогут нам помочь или помешать? Помочь практически ничем, скорость их реакции в разы ниже, да и как-то координировать их придется. Что тоже оторвет мое внимание. А так, вдвоем с Ленкой, справимся.

— А Алексей?

— Алексей будет в вездеходе. Давайте, пошли, даю вам семнадцать минут, уже шестнадцать! От постов можете не скрываться, жить им осталось те же!

Я кивнул, мы с Ленкой снова отстегнули лыжи.

Быстрый бег, вот тут уже видны наши следы.

На этот раз даже маскировочный режим комбинезонов включать не стали, ту долину я помнил. Доберемся быстро.

Через шесть с половиной минут пришла картинка от Лешки.

Самый правый «Варан» из цепи вытянул дуло миномета вверх, поерзал башней, и пальнул серию двух мин. Потом быстро сместил прицел, и еще серия. И так еще два раза, по числу постов.

Остальные вездеходы фыркнули моторами, втягиваясь в дорогу по одному, мимо замершей троицы. Штабной «Варан» тоже остался стоять.

Нарастающий свист мы с Ленкой услышали уже сами.

— Шииииииии… Ах-Ах!

Быстрый двойной взрыв, и с вершины холма разлетелись куски поста, вспухло облако красного огня, удивительно яркое на фоне белого снега. Еще три раза по два взрыва, и посты вокруг деревни перестали существовать.

Вновь картинка от Лешки, «Варан» рвется вперед, прорывается на дорогу и гонит вперед. Лешка на броне, рядом с ним есть какие-то разговоры, на них не акцентируются.

Поворот, на нас наползает деревня.