Рожден быть опасным - Дмитрий Самохин

Имя мое — Скан Джун Таш. То имя, которое дали мне родители при моем рождении. Ларс Русс, так назвался я, когда пришел в мир людей, которые никогда не видели нас. Я не человек. Люди не застали нашу цивилизацию, погибшую за много тысячелетий до выхода человека в космос. Но погибли не все.

Люди именуют нас Предтечами. Мы же звали себя — джантшун.

Джантшун была могущественной цивилизацией, раскинувшейся на несколько галактик. Мы повелевали пространствами, подчинив себе десятки тысяч планет и тысячи звездных систем, входящих в империю Джантшун.

Я увидел наши корабли, мчащиеся сквозь пространство.

Я увидел миллионы сородичей, трудящихся на благо Империи.

Наша Империя процветала. В то время как люди осваивали для себя новые орудия труда, отличные от привычных палок-копалок и палок-сбивалок, в то время как люди боролись за огонь и отвоевывали у диких животных территорию, мы подчиняли себе звезды.

Мы были могущественной цивилизацией, но, как и всякая великая империя, мы имели и свои изъяны. Изъян Джантшун, изъян, который привел Империю к гибели, заключался в расслоении по расам. Единая гуманоидная структура различалась цветом крови. Мы не были в этом оригиналами. Люди, как уже успела заметить моя часть, именуемая Ларс Русс, также подвержены ксенофобии.

Трения между различными нациями и народностями Джантшун были на протяжении всей истории развития нашей цивилизации, но пик безумия наступил тогда, когда Империя возвысилась в галактиках, подчинив себе десятки разумных цивилизаций, в основном негуманоидных.

И началась война. Долгая столетняя война, расколовшая некогда единую Империю на сотни маленьких республик с амбициозными правителями, жаждущими власти, большей власти, чем у них была.

Нас было шесть человек. Вернее, шесть друзей-отцов, которые разработали план возрождения цивилизации. Они предчувствовали, что за расколом вскоре последуют упадок и полное вырождение, которые могут повлечь за собой исчезновение джантшун, как разума. Наши отцы оборудовали сооружение на малой, затерянной планетке, чьи координаты старательно стерли из всех компьютеров и баз данных. Сооружение, представлявшее нечто среднее между мавзолеем и медицинским госпиталем, оборудованным по последнему слову науки и технологий джантшун, было предназначено для поддержки автономного существования шести камер вечного сна, куда каждый из отцов поместил по сыну. Шесть сыновей заснули на долгие годы в шестилетнем возрасте.

Мы должны были проснуться в двух ситуациях. Первая ситуация возникала, если прогнозы наших отцов остались бы неподтвержденными. В таком случае через два поколения нас должны были вернуть к жизни. Вторая ситуация была более призрачной, хотя и более правдоподобной. Наши отцы предполагали, что настанет момент, когда недоразвитые цивилизации, которые только вступили на путь эволюции, смогут достигнуть звезд, наткнутся среди них на планетку-мавзолей, найдут там шесть саркофагов индивидуального вечного сна и пробудят нас к жизни.

Отцы предупредили нас и заложили нам в память знание о расположении генобазы, которая, в случае пробуждения в чужом мире, где забыли о существовании Империи Джантшун, позволит нам воскресить к жизни миллионы индивидуумов джантшун. Безусловно, в месте, которое нам указали отцы, не могли располагаться миллионы спящих гуманоидов; там были лишь генокоды, которые при благоприятной ситуации и соответствующей технологии можно было развить в клоносапиенсов. Армию клонов, способных к самовоспроизведению и дублированию. И планета, где в толще недр содержалась генобиблиотека, называлась Джантраш; у людей эту планету именовали Амбер.

Теперь я понимал, почему Себастьян Гоевин — Лкан Джун Стош — искал союза с электронным президентом Шутовым. Ответ был прост. Чтобы иметь возможность извлечь генобиблиотеку и перенести ее в безопасное место.

Наши отцы надеялись на возрождение Джантшун. Не только одной расы, а всех шести. Поэтому были избраны по одному ребенку от расы.

Нас нашли. Но история развивалась по второму варианту. Цивилизации Джантшун более не существовало. Галактики заселили негуманы, которые поделили между собой все освоенное пространство. Только лишь человечество пыталось отвоевать у негуманов территорию для своего развития.

Планету-мавзолей обнаружила земная дальэкспедиция профессора Бен-Андреева. Чем занималась эта экспедиция и рассчитывала ли она набрести на артефакт инопланетной цивилизации, в котором, к тому же, находились шесть живых представителей, я не знаю. Мне так и не суждено было это узнать.

Назад на Землю экспедиция не вернулась. Вернее, она возвратилась, но не с тем экипажем, с каким отправлялась.

Я помнил все. Мы убили всех членов экспедиции, после того как они разбудили нас и привели на корабль. У нас не было другого выхода. Лишь один — отвоевать себе пространство для развития. Мы могли бы прикинуться безобидными детьми, но нам бы все равно не поверили. Отвезли бы на Землю, поместили бы в закрытый институт и стали бы изучать. Мы же ничем не отличались от людей.

Ни внешним видом, ни скелетной основой, только возможностями, которые намного превосходили возможности землян.

Мы прибыли на Землю инкогнито. Опустили корабль на марсианской базе, вдалеке от поселений, добрались до людей и попросились в общество, сославшись на то, что путешествовали вместе с религиозной общиной, к которой принадлежали. Но потерпели катастрофу. Ничего больше сообщить мы не смогли. Точнее, не захотели. Конечно же, нам поверили. Сложно не поверить шестилетним истощенным детям, которые дрожат от страха и холода. Корабль нашли. Мы умело разрушили его, так что одна часть плана была подтверждена практически. А искать сектантов-переселенцев никто не стал. Легенду мы проработали в совершенстве. На корабле имелась огромная база данных, которую мы изучили, прежде чем сочинить правдоподобную легенду.

С Марса нас перевезли на Землю. На Земле нас поместили в детский дом, где воспитывали до совершеннолетия. Здесь, на маленьком тропическом острове, мы прошли все ступени школы. Отсюда разъехались по институтам.

Мы всегда держали связь друг с другом, продвигаясь по ступенькам карьерной лестницы. Мы были успешными, чрезвычайно удачливыми людьми. И мы знали, что в один день, достигнув вершины властной пирамиды, сможем дотянуться до далекой планеты Джантраш — Амбер и оживить программу Возрождения Предтеч. Мы достигли вершины, мы дотянулись до Амбера, но Амбер пытался отделиться; тогда Себастьян Гоевин — имя земное — предложил гениальный долгоиграющий план.

И началась игра. Сперва подготовка. Образование секты «первоземельцев», во главе которой встал Джамаль Иль Басси, один из нас, из Предтеч. На очередных выборах на пост Президента Земли был выбран Схай Сурендранатх, второй из нашей шестерки. Я возглавил службу контрразведки под именем Ларс Русс. Себастьян Гоевин — влиятельный бизнесмен, глава самой крупной виртуальной компании Земли, глава Совета Директоров Торговой Палаты и вице-спикер Парламента. Остальные до вершины добраться не сумели. Один погиб еще в детском доме, другой умер позже. До финиша программы дошли только мы.