Оборотень по особым поручениям - Анна Орлова

– Я ж говорю! – обрадовался Маккинби. – Есть еще моя подружка, Лили, но она до сих пор дрыхнет. Ну а это, дамы и господа, моя сестра Хелен. Как видите, сама доброта и очарование. Жених прилагается, Джон Огден, прошу любить и жаловать!

– Шалопай! – Хелен недовольно поджала красиво очерченные губы. – Доброго вечера всем.

Присутствующие вразнобой поздоровались.

– Миссис Донован! – позвала Хелен. – Думаю, пора подавать на стол.

– Слушаю, мисс Маккинби, – экономка склонила голову. – Рада вас видеть.

– Взаимно. Комнаты готовы?

– Разумеется, мисс Маккинби, – кивнула экономка, – но, боюсь, вашему спутнику придется делить комнату с кем-то из молодых людей, во всяком случае, сегодня. Мы не рассчитывали на такое количество гостей.

– Ничего страшного, – хладнокровно ответила та.

– Верно, я могу и со слугами переночевать, – вставил Джон.

– Это непристойно, – перебила его Хелен, отдала пальто, шляпку и перчатки миссис Донован и села к столу. – Джон?

Тот покорно последовал ее примеру.

– Мы голодны и хотели бы отдохнуть с дороги, – сказала девушка. Майе понравились ее манеры: так в Хиндустане вели себя жены старших офицеров. Они никогда не опускались до того, чтобы ударить прислугу или оскорбить кого-то ниже по положению. Для того чтобы больно уязвить, им хватало слова или одного лишь взгляда. – Полагаю, молитва уже вознесена, раз здесь присутствует мистер Бейнс?.. Прекрасно. Пора приступать к горячему.

Миссис Донован молча кивнула и удалилась, а через пару минут (мистер Бейнс не успел еще достаточно налиться ядом для очередной проповеди) горничная подала на стол.

– Изволите поделить мясо? – с улыбкой спросила Хелен мистера Бейнса. – Или доверите это миссис Донован?

– Давайте я порежу, – с милой непосредственностью встряла Барбара. – Дел-то на две минуты… Тоби, где мой нож? Почему ты его постоянно прячешь? В этом доме ножи точили, похоже, еще во времена короля Артура!

Тоби со вздохом протянул ей внушительный складной армейский нож. Орудовала им Барбара на редкость ловко.

– Прошу, дамы и господа, – весело сказала она, вытирая нож салфеткой и пряча в карман, – разделывать я умею, а вот как раскладывать – тут уж настоящим леди карты в руки!

Сочный окорок вмиг разлетелся по тарелкам будто сам собою, печеный картофель и прочее последовали за ним. Майя решила поесть впрок: с утра все уедут в церковь, а весь день провести на чашке чая с парой гренков – это уж слишком! Дома ей подавали на стол по первому требованию, а еще можно было забежать на кухню и схватить что захочется, служанки бы только посмеялись и насыпали полные горсти фиников и орехов на сладкое, но здесь нравы другие. Вряд ли миссис Донован порадуется, если гостья сунет нос в кладовую!

Разговор за столом не клеился, это было очевидно. Майя не без любопытства поглядывала на Дэниела Бейнса, который выглядел, мягко говоря, неважно, а ел, как птичка.

– Завтра можно будет приступать к поискам, дорогие наследники, – попытался оживить беседу Дэйв. После выпитого ему явно стало жарко, и он расстегнул не только пиджак, но и пару пуговиц на рубашке, обнажив шею. На приличия ему было наплевать, и он даже бравировал этим.

– А вы, я смотрю, уже приступили, – процедил Бейнс-старший, прищурившись.

– Это вы о чем, папаша? – приподнял бровь Маккинби.

– О вашей безделушке. Ну что ж, стоило ожидать, что проныры вроде вас не станут дожидаться оглашения условий!

– Вы о моем талисмане? – удивился тот, выпростав из-под воротника рубашки необычную подвеску на прочной цепочке. Это была крупная жемчужина золотисто-зеленого цвета и неправильной формы, напоминающая чем-то лист о четырех долях, держащийся на серебряном черешке. – Ну, я надеюсь, эта штучка принесет мне удачу.

– Интересно, где вы ее отыскали? – продолжал источать яд Бейнс. – Уже обшарили ларцы и шкатулки?

– Это моя вещь, – неожиданно жестко отчеканил Дэйв. Роль разгильдяя слетела с него мгновенно. – И попрошу обойтись без инсинуаций.

– Может быть, у вас и в карманах завалялось что-нибудь? – не слушал его пожилой мужчина. – Старинные часы, какая-нибудь брошь, пара бриллиантов?

– Прекратите, сэр! – ледяным тоном произнесла Хелен Маккинби. – Это уже переходит всякие границы. Я могу засвидетельствовать, что эта подвеска – собственность нашей покойной матери. Ее драгоценности перешли ко мне. Дэйв пожелал взять что-нибудь на память и выбрал эту жемчужину. Вполне в его духе.

– Маме она нравилась, – пожал плечами Дэйв, успокаиваясь. – Она говорила, ей брат подарил на удачу, вот я и взял. Завидно стало, а?

– Господи, когда ты повзрослеешь?.. – вздохнула Хелен.

– У Господа и спрашивай, – не остался в долгу ее брат, – я-то при чем?

– Что за богохульство?! – ожил мистер Бейнс.

Майя только усмехнулась: как же, как же, непутевый брат при строгой сестрице… Да только брат, во-первых, старше, во-вторых, далеко не так прост, как может показаться с первого взгляда. Скорее, ему эта роль была удобна.

Ссора, впрочем, угасла, толком не разгоревшись.

– А не сыграть ли нам партию в бридж? – преувеличенно бодрым тоном спросил мистер Бейнс, покончив с обедом.

Желающих не нашлось. Дэйв, Тоби и примкнувшая к ним Барбара вышли на веранду покурить, остальные потянулись по спальням. Семейный вечер явно не задался.

Улегшись в постель, Майя почти сразу задремала, но проснулась, заслышав скрип половиц. Кто-то крался мимо ее двери, кто-то довольно увесистый.

«Скрип… скрип… скрип…» – раздавалось в ночной тиши. В щели под дверью виднелся слабый свет, как если бы ночной бродяга нес в руке свечу и прикрывал ладонью огонек.

Мало ли, кому куда понадобилось, подумала Майя и снова задремала, и тут же раздалось бодрое: «Скрип-скрип-скрип… грох! Твою мать, понаставили… Скрип-скрип-скрип…» Света на этот раз не было.

«Скрип… скрип… Дзынь! Ой-й-й…» – это был уже женский голос, и доносился он откуда-то издалека.

Родственники решили подготовиться, поняла Майя и невольно усмехнулась. Правда, к трем пополуночи она уже готова была поубивать всех законных и незаконных наследников Генри Уоррена, которых начала различать по шагам и характеру производимого ими шума. Уснуть, когда мимо твоей двери (а Майю добрая миссис Донован поселила в ближайшую к лестнице комнату) снуют туда и сюда люди, нещадно скрипя половицами, спотыкаясь о ступеньки и роняя вазы и старинные доспехи, было невозможно!

Майя мимоходом пожалела об отсутствии в комнате сторожевых кобр (приблудный Джинто сладко похрапывал возле кровати), положила на голову свернутый халат (подушку класть было страшно, слишком уж тяжелая) и, кое-как приглушив звуки, все-таки уснула.

И до чего ж я не люблю ранние подъемы! Но деваться некуда, сегодня мне нужно было присутствовать в церкви: во-первых, полюбоваться на папашу Бейнса в естественной среде обитания, во-вторых, присмотреться к местной общине, в-третьих, мне назначили встречу – некто вчера передал записку с констеблем, мол, желает приватного разговора. Мне не трудно, у меня револьвер при себе…