Невольник. Том 2 - Алексей Губарев

— Две тысячи сорок седьмой. — на миг задумавшись, ответила девушка. И осеклась, остановившись на месте. — Стоп! Ты что, тоже с Земли?

— Ага. Более того, я, похоже, был заморожен в том же году, что и ты. Только не помню этого, потому что подорвался на гранате, и в крио-сон попал в бессознательном состоянии.

— Но зачем скрывал, что землянин?

— Потому что не верю корпорации. Перестраховался, на всякий случай. Очень много странностей с нашим попаданием в аномалию, и мне это не нравится. — наш разговор пошёл куда-то не туда, и я немного сменил тему: — Слушай, а много нас таких, замороженных, на Земле было?

— Я была десятой, если не ошибаюсь. Вроде какие-то ученые до меня замораживались, военные. Ещё какой-то политик известный, имени не помню. — ответила Галина. В этот момент мы перешли из синей в фиолетовую зону, и девушка отвлеклась на листву деревьев. — Ой, Кэп, они цвет сменили.

— Ага. — ответил я, и на ходу выстрелил в бросившегося на Галину с дерева сиреневого мутанта, которого разорвало прямо в воздухе. Чёрт, вот для таких случаев нужно иметь при себе игломёт первого класса. Слишком дорого стрелять по мутам низших рангов дорогостоящими боеприпасами.

— Господи! Эта тварь нацелилась мне прямо на лицо! — девушка сорвала с бедра свое оружие. — Почему здесь все такие агрессивные?

— Условия у них плохие, для проживания. — проворчал я. — Голова постоянно болит от чёрной звезды, опять же людишки то и дело норовят убить. Как тут не стать агрессивным?

— Слушай, ты чего такой токсичный? — с вызовом спросила Галина, укрывшись за моей спиной. — Ворчишь постоянно, как мой дедушка.

— Поживёшь здесь с недельку, такой же станешь. — усмехнулся я. — Если выживешь. Возьми себе за правило ожидать нападения мутантов в любую секунду, в любом месте. Если бы я не прикончил этого сиреневого недомута, мелкий грызун вцепился бы в тебя своими зубками, и всё окончилось бы изуродованным лицом, а возможно и смертью.

— Жесть! Какой-то дикий мир для выживания. — теперь пришло время ворчать моей спутнице. Но не долго, что-то обдумав, она спросила: — А шлем, как у тебя, дорого стоит?

— Он идёт в комплекте с бронёй, начиная со второго класса. У тебя защита первого, и это плохо — сейчас для тебя все зоны смертельно опасны. До форпоста корпорации ты сама точно не доберёшься, слишком… Стой! — я поднял левую руку вверх. Что-то насторожило, сам не понял что. Прислушавшись, различил мужской голос, что-то негромко бормочущий. И бормочущий, судя по всему, где-то в районе моего лагеря. Чёрт, там же Дракот!

— Кэп? Что-то случилось? — прошептала Галина, подобравшись вплотную к спине. Будь я чуть более впечатлительным, точно бы вздрогнул. Вот что за человек?

— Тихо. Следуй за мной, метрах в трёх позади. Оружие применяй только в том случае, если угроза будет непосредственно тебе. Я сам справлюсь. Всё поняла?

— Да, Кэп. — с лёгкой растерянностью в голосе ответила девушка.

— Повтори. — потребовал я.

— Стрелять только в тех, кто нападает на меня, тебе не мешать, под ногами не путаться. Я не глупая, Кэп.

— Вот и молодец. — я улыбнулся. — Соблюдай дистанцию, и не отставай. Бандерлоги.

Быстро продвигаясь вперёд, ругал себя последними словами. Совершенно забыл, что не только искин вырубается во время ночи, но и мутанты чувствуют себя не важно. А что, если Дракот ещё не успел восстановиться после трансформации, и ему стало плохо? А в это время на мою палатку выскочил какой-нибудь заключенный…

На небольшой поляне, где я поставил палатку, действительно было людно. Два зека, оба в бронекомбезах первого класса, самозабвенно пытались прикончить друг друга, катаясь по земле, а Дракот, шипя на обоих, можно сказать встал грудью на защиту моего добра. Чуть в стороне валялся ещё один заключенный, у которого на всю грудь красовалась огромная рана с обугленными краями.

— Трах тебе в док! — прошипел питомец, и тут же добавил по мыслеречи: — Аудрэй, я долго не смогу удержать их под контролем. Убей хотя бы одного, скорее!

Зачем убивать? Подбежав к парочке горе-бойцов, я от души врезал одному из них ногой. Попал туда, куда надо — в пятую точку. Бил от души, не жалея. Удар, помноженный на усиление экзоскелета, отбросил зека на добрые пару метров. Куда только девалось его боевитость — ухватившись за отбитый бок, сиделец заскулил тонким голосом:

— А-а! Больно-о! У-у, сука-а!

— Лежать! — рявкнул я, придавив второго заключенного ногой к земле. — Не рыпаться, черти, иначе прикончу обоих!

— Да пошёл ты нахрен! Я свои права знаю! Ты не имеешь права меня… А-а-а! Ты что творишь, сук… — хватило двух ударов, чтобы орущий на всю зону идиот заткнулся. Чёрт, а ведь это мои соотечественники, оба матерились на чистом русском. А лицо вот этого пухляша, тяжело дышащего у моих ног, я даже знаю. Похоже это о нём говорила Галина, когда упоминала о замороженном политике. Одного взгляда на лицо этого человека было достаточно, чтобы понять — от таких нужно держаться подальше.

— Слушай. Меня. Внимательно. — негромко, но прониковенно сказал я пухлому, чеканя каждое слово. — Или ты заткнёшься, или я тебя прикончу прямо сейчас. Ты всё понял?

— Я вынужден подчиниться обстоятельствам! — прохрипел новоприбывший.

— Лежи, и не отсвечивай. — вновь приказал я, и, убрав ногу с груди заключённого, двинулся ко второму. Тому было не до пререканий, похоже я ему сломал рёбра. Ну, тут уж извините, Дракот вообще предлагал прикончить обоих. Я бы так и сделал, если бы не услышал русскую речь.

— Ой, какой он миленький! — раздалось позади, и я мысленно посочувствовал питомцу. — Кэп, это же детёныш, да? Иди сюда, мой хороший, я тебя пожалею. Нехорошие люди напали на маленького. Ничего, сейчас их накажут!

— Друг, что надо этой сумасшедшей самке?! — раздался паникующий голос Дракота у меня в голове. — Она лезет ко мне своими лапами! Аудрэй, она сейчас задушит меня! Аудрэй, помоги-и!!!

* * *

Галина, вдоволь затискав "симпатичного дракончика", мирно спала в своей мини-палатке — пришлось применить ещё действующее ментальное воздействие, чтобы девушка проигнорировала присутствие пленных и легла отдыхать. Драк, обласканный женским вниманием, глухо порыкивал, расположившись на нижней ветви большого дерева. Мне же предстояла грязная работёнка.

— И так. Вы оба утверждаете, что не помните ничего, что было с вами после погружения в крио-сон. — я стоял перед пленными, пристально вглядываясь в их угрюмые лица. Неподалёку сидел Драк, и его янтарные глаза со змеиным зрачком неотрывно следили за землянами.

— Друг, этот чужак, который выглядит очень аппетитно, собирается соврать. — прозвучало у меня в голове. Питомец легко читал мысли заключенных, не обладающих высокоранговыми мутациями.

— Напоминаю, кто пожелает обмануть меня, получит иглу в колено.

— Я помню. — произнёс пухлый.