Путешествие еды - Мэри Роуч

Фармацевтические концерны делают деньги на лечении болезней, но не на излечивании больных.

Александр работал и над возможностью использования фекальной трансплантации для лечения язвенных колитов^[232]. Воспалительные заболевания кишечника: синдром раздраженного кишечника, язвенные колиты, болезнь Крона – все эти недуги, как считается, порождает неадекватный ответ иммунной системы на типичные для микрофлоры человека бактерии, в результате чего толстый кишечник оказывается под двойным огнем. Пока что наблюдательный совет отказывается утвердить программу испытаний, ожидая ее утверждения Управлением по контролю над продуктами и лекарствами (FDA). А ведь речь только о программе исследований. Окончательное одобрение, полученное от Управления и позволяющее сделать ту или иную медицинскую процедуру доступной каждому, – на это может уйти едва ли не десятилетие, да и сам процесс требует немалых финансовых вложений.

В случае фекальной трансплантации не используются ни лекарственные препараты, ни особое оборудование. Поэтому нет ни фармацевтической компании, ни производителя специальных устройств с карманами, настолько глубокими, что из них можно черпать деньги на многоэтапные клинические испытания. Если уж на то пошло, фирмы, выпускающие лекарства, будут заинтересованы, скорее, в противодействии официальному утверждению данной методики. Фармацевтические концерны делают деньги на лечении болезней, но не на излечивании больных. «Ставки высоки, – признает Коруц, – и составляют миллиарды долларов. Я уже говорил Катерине: если все получится, ищите меня на дне реки и не слишком удивляйтесь».

Мы сидим в кабинете Александра – как раз между колоноскопами. Над нашими головами, на полке, покоится мертвенно-бледный пластмассовый муляж прямой кишки человека, пораженной всеми мыслимыми и немыслимыми недугами – включая геморрой, свищи, язвенный колит, фекалит… Это что, символ американской системы здравоохранения?

«Рекламный реквизит», – улыбается Коруц. Фармацевтическая фирма раздавала их во время Недели изучения болезней пищеварения – ежегодный съезд гастроэнтерологов и производителей лекарственных средств. Случайного человека нарядили соответствующим образом, и он изображал Желудок и разносил образцы.

Пока бюрократия черепашьими шажками ползет вперед, фекальная трансплантация, направленная на борьбу с C. diffcile, без лишнего шума производится в больницах 30 штатов. Однако есть еще 20 штатов, где пациенты лишены возможности лечиться с помощью этого метода. Некоторые больные решаются на то, что один исследователь в научной работе на страницах Clinical Gastroenterology and Hepatology назвал «самостоятельно организуемой фекальной трансплантацией». И, хотя семеро из семи человек, страдающих расстройством, вызванным C. diffcile, поправили здоровье собственными силами или благодаря «семейно организованной» фекальной трансплантации при помощи купленных в аптеке клизм, дело не всегда завершалось так хорошо, как хотелось бы. Сравнительно недавно одна женщина прислала Коруцу по электронной почте письмо, в котором просила о совете. Однако от полученных инструкций отступила, налив в блендер водопроводную воду – и хлор убил бактерии. В другом случае пересадка микрофлоры, проведенная в домашних условиях, обернулась заменой одного источника диареи другим – потому что фекальные паразиты передались от донора реципиенту. Вместо того чтобы защищать интересы пациентов, наблюдательный совет – со всеми своими проволочками и раздутой бумажной волокитой – фактически толкает больных людей на ошибочный путь, вредящий здоровью.

Практика фекальной бактериотерапии должна быть модернизирована, и желательно побыстрее. Более тщательная фильтрация обеспечит отделение одноклеточных от любой «грязи». Дозировать бактериальный материал необходимо с добавлением криопротекторов – для защиты клеток от повреждения кристалликами льда. Но при этом следует замораживать донорский материал и доставлять его туда и тогда, где и когда он будет нужен. Операции, проводимые Коруцем, уже развиваются именно в этом направлении.

Святым Граалем может стать простая таблетка, используемая совместно с суппозиториями на основе лактобактерий – и этот метод послужит основой для лечения рецидивирующей инфекции, связанной с осеменением дрожжевыми грибками. К сожалению, аэробные микроорганизмы, которые легко культивировать и сохранять в присутствии кислорода в лабораторных условиях, вряд ли будут больным особенно полезны. Хотя сегодня исследователи точно и не знают, какие именно бактерии максимально важны в процессе лечения, известно, что эти виды должны быть анаэробными и приспособленными к существованию внутри толстого кишечника. Всем нам необходима микрофлора, наиболее жизнестойкая в здоровом организме человека и эволюционно готовая соответствовать именно индивидуальным запросам нашей природы. Иными словами, та, которая сможет играть роль партнера в борьбе за общее здоровье хозяина и дружественных ему бактерий.

Я спросила Александра, что из пробиотиков^[233] присутствует в продаже? «Маркетинг», – ответил он. Микробиолог Грегор Рид, директор Канадского центра исследований и развития пробиотиков, разделяет это ощущение. За исключением одного случая, бактерии (даже существующие), содержащиеся в составе пробиотиков, имеют аэробную природу – выращивание, применение и транспортировка микроорганизмов в условиях, исключающих оксигенацию, было и остается делом сложным и дорогостоящим. 95 % «пробиотиков», по мнению Рида, «никогда не проверялись на человеке, и не могут даже называться таковыми».