Мифы о микробах и вирусах. Как живет наш внутренний мир - Андрей Сазонов

Бактериофаги – самовосполняющееся лекарство. Поражая свои «мишени», бактериофаги размножаются в них. Уничтожение бактерий сопровождается возрастанием количества бактериофагов. Это очень удобное свойство. Одного-единственного введения бактериофага в организм больного человека может быть достаточно для излечения.

Сделав свое дело – уничтожив бактерии-мишени, бактериофаги переходят в неактивную форму существования. Все вирусы активны только внутри клеток, вне клеток это всего лишь нуклеиновая кислота в белковой оболочке. Наши иммунные клетки постепенно «съедают» не занятые делом бактериофаги, навечно в организме эти «гости» не остаются.

А еще бактериофаги без проблем сочетаются с антибиотиками…

В наше время возможности изучения бактериофагов и производства на их основе лекарственных препаратов совсем не те, что были сто лет назад, когда начиналось использование бактериофагов для лечения инфекционных заболеваний. Тогда ученые даже не понимали до конца, с чем они имеют дело. Некоторые светила науки считали бактериофаги ферментами, было такое дело. Производить чистый лекарственный препарат тоже не представляет особой сложности, но, несмотря на это, бактериофаги признаются и используются в качестве лечебного средства далеко не во всех странах. А там, где признаются и используются, например в России и Грузии, существует мало лекарственных препаратов, содержащих бактериофаги.

Почему такие полезные помощники в борьбе с бактериями признаются и используются не повсеместно?

Потому что в разных странах интерес к «лечебным» бактериофагам возобновился в разное время. А для того чтобы иметь возможность использовать препарат для лечения, необходимы длительные клинические испытания. По каждому препарату в отдельности! Где-то исследования по ряду препаратов уже завершены, а где-то еще ни один не исследован до конца. Но перспективы у «лечебных» бактериофагов есть, причем хорошие перспективы.

Однако недостатки у бактериофагов тоже есть, причем весьма существенные.

Поскольку бактериофаги узкоспецифичны, прежде чем начать лечение больного человека бактериофагом, нужно выделить из его организма возбудителя, сделать посев, дождаться появления колонии бактерий и определить действующий на них бактериофаг. На это уходит определенное время, которое не всегда есть у врачей. С антибиотиками проще – у них гораздо более широкая специализация. Работы по созданию и внедрению ускоренных методов исследования ведутся, но пока еще нельзя получить ответ, скажем, за час.

Если бактерия паразитирует внутри клетки организма, то она становится недоступной для бактериофага. Внутрь клетки бактериофаг проникает лишь в том случае, если находит на ее мембране соответствующий рецептор, превращающий клетку в мишень. На мембране клетки, в которой обитает бактерия, нет и не может быть бактериальных рецепторов, поэтому бактериофаги проходят мимо сидящих в клетках бактерий. Поэтому такие инфекционные заболевания, как, например, хламидиоз или трахома, нет смысла пытаться лечить при помощи бактериофагов (вспомните, что хламидии, вызывающие эти заболевания, относятся к внутриклеточным паразитам).

Почему на сегодняшний день существует мало лекарственных препаратов, содержащих бактериофаги? Например, в России их производится около дюжины. Всего-то!

Потому что дело это новое и непростое. Зачастую не так-то легко получить подходящий штамм^[26] природных бактериофагов, поражающих данную конкретную бактерию. Генетическая модификация бактериофагов, то есть создание нужного штамма на основе исходного посредством генной инженерии, тоже очень непростое дело. Можно сказать, что проще синтезировать химическое вещество, отвечающее заданным требованиям, нежели получить нужный штамм вирусов. Опять же для внедрения в практику каждого препарата нужны исследования, а в случае с бактериофагами они получаются очень длительными, такая уж специфика.

Ученые активно работают над изучением бактериофагов и созданием новых «живых» лекарственных препаратов. Мифотворцы тоже не сидят сложа руки – придумывают новые мифы. Мифы о бактериофагах.

Миф первый – о мировом заговоре.

Широкому использованию бактериофагов мешает мировой заговор. Производители антибиотиков, понимая, что бактериофаги лишат их огромных прибылей, объединились и всячески препятствуют как исследованию действия бактериофагов, так и внедрению их в лечебную практику. Денег у фармацевтических компаний, как вы сами понимаете, много, следовательно много и возможностей. Отдельные энтузиасты-ученые и гуманисты-врачи не могут противостоять мировому заговору капиталистов…

Мировой заговор – очень удобная штука. Списать на него можно все, что угодно, начиная с «живых» лекарств и заканчивая собственной ленью. На самом деле ведущие фармацевтические компании вкладывают в исследования бактериофагов значительные средства, потому что у «лечебных» бактериофагов хорошие перспективы и потому что в нашем жестоком и высококонкурентном мире выживает тот, кто опережает остальных. Новые препараты – это новые прибыли, а не новые убытки. Тот, кто мыслит иначе, никогда не добьется успеха. Разве что в мифотворчестве. У мифотворчества свои законы, чем нелогичнее и абсурднее миф, тем он популярнее.

Сам по себе несуществующий мировой заговор нам с вами ничем не грозит, разве что легкой печалью – вот же, сволочи этакие, портят хорошее дело! Но печаль, как известно, мимолетна… Но косвенным образом этот миф может ударить по кошельку, а то и по здоровью заодно. Препараты, «запрещенные» или «отвергнутые» в результате мирового заговора, производятся непонятно кем и непонятно кем же продаются. Не в аптечной сети, а через распространителей. В лучшем случае вы приобретете у этих распространителей бесполезную «пустышку», которая ничто не лечит и вообще ни на что не действует. В худшем «лекарственный препарат» окажется вредным для здоровья.

А как вам нравится термин «препарат на основе бактериофагов»? «На основе», обратите внимание! Способны ли вы понять, что это такое? Если не способны, то не спешите записывать себя в невежды и тугодумы. Этого не знают даже ведущие вирусологи планеты. И производители, кстати говоря, тоже не знают. Им нужно впарить доверчивым покупателям «нечто» под видом бактериофага, но писать на этикетке «бактериофаг» страшно – можно нарваться на судебное разбирательство по поводу обмана потребителей. Вот и придумали производители это расплывчатое «на основе бактериофагов». И обмана формально нет, и модное слово «бактериофаг» на этикетке присутствует.

Миф второй, который много опаснее первого, – о бесполезности антибиотиков.

Логика проста – препараты, содержащие бактериофаги, появились, потому что антибиотиками ничего не вылечить. Они абсолютно бесполезны. Врачи назначают антибиотики по привычке и еще потому, что они подкуплены производителями (тот же «мировой заговор», только наизнанку). Тот, кто хочет вылечить инфекционное заболевание, должен уповать только на бактериофаги!

Что происходит в результате? Отказ от приема антибиотиков. Врачи их назначают, а пациенты от них отказываются. У пациентов, к слову будь сказано, есть право отказываться от любого исследования и любого лечения, кроме принудительного лечения, проводимого в психиатрических стационарах по решению суда. Не хочу – и не буду! И все тут. Наверное, не надо объяснять, что подобное безрассудство может и до могилы довести… Да, бактериофаги имеют ряд преимуществ перед антибиотиками, но не в каждом случае они показаны. Ассортимент бактериофагов нельзя сравнить с ассортиментом антибиотиков, то есть далеко не всякую инфекцию можно одолеть с помощью бактериофагов. В тяжелых случаях, когда с проведением лечения нельзя медлить, врачи выбирают антибиотики. И так далее… Короче говоря, прежде чем использовать право отказа от назначенного лечения, нужно «включить мозги» (простите за резкость) и постараться понять, с какой целью это лечение было назначено. Если что-то непонятно, то не отмахивайтесь от этого, а попросите врача объяснить непонятное на доступном для вас уровне.