Бьюти на всю голову. Все, что нужно знать о современном уходе, инновациях в косметике и уловках индустрии красоты - Дмитрий Стофорандов

CHRONOCYCLIN

Chronocyclin – еще один пептид, который восстанавливает нормальный цикл день – ночь в клетках кожи. Но действует он несколько иначе. Напомним, главным регулятором циркадных ритмов является солнечная активность и синтезирование кожей витамина D под влиянием солнца. При недостатке солнца клетки могут потеряться во времени. Chronocyclin воспроизводит в коже те механизмы, которые в естественных условиях запускаются в присутствии УФ. Активируется особый фермент, участвующий в трансформации провитамина D в активную форму витамина D в темной среде без воздействия солнца. Так происходит имитация солнечной активности.

Вы обратили внимание на то, что как избыток, так и недостаток солнца способен нарушить циркадные ритмы кожи? Эти тонкие настройки, с одной стороны, находятся во власти природы, с другой – под контролем инновационных косметических разработок. И это действительно настоящий прорыв в косметологии, в том числе в концепции антивозрастного ухода. Но не забывайте, что первичными всегда остаются образ жизни и осознанное отношение к себе и своей коже.

ГЛАВНАЯ КИСЛОТА В КОСМЕТИКЕ

Речь пойдет о, пожалуй, самом популярном ингредиенте последнего десятилетия – гиалуроновой кислоте. Пройдя путь от сомнительных технологий ее получения из петушиных гребешков до современного биосинтеза с помощью микроорганизмов с высокой степенью очистки от примесей, этот ингредиент покорил бьюти-мир. Гиалуроновая кислота представляет собой полисахарид, состоящий из множества одинаковых фрагментов – углеводов (простых сахаров).

Почему все буквально сходят по ней с ума? В организме человека эта кислота является основой межклеточного матрикса, то есть заполняет пространство между клетками. А значит, она является родственной для кожи, что всегда плюс. При соединении с водой она образует гель, в котором взаимодействуют клетки наших органов. Изначально гиалуроновая кислота состоит из молекул довольно большого размера, из-за чего не способна преодолевать эпидермальный барьер и может работать только на поверхности кожи. Но ее научились модифицировать – расщеплять на мелкие фракции, – чтобы получать среднемолекулярную и низкомолекулярную гиалуроновую кислоту. Высокомолекулярная имеет вес более 1800 кДа (атомных единиц массы). Среднемолекулярная – в пределах 1800–1000 кДа, а низкомолекулярная – значительно меньше 1000 кДа.

Высокомолекулярная гиалуроновая кислота увлажняет кожу на поверхности, защищая ее невидимой пленкой. Среднемолекулярная и низкомолекулярная проникают глубже в кожу, не только улучшая баланс влаги, но и выполняя транспортную миссию, то есть доставляя в пункт назначения активные ингредиенты. Еще она стимулирует выработку специфичных противовоспалительных молекул и таким образом успокаивает кожу.

Понять, какой именно вид молекул используется в том или ином косметическом средстве, можно, только доверившись описаниям производителя. Но если про молекулярный вес ничего не сказано, скорее всего, используется обычная макромолекула, которая глубинного эффекта не даст, хоть и неплохо сработает в качестве поверхностного средства.

Самый известный факт про гиалуроновую кислоту – она способна удерживать в 1000 раз больше воды, чем весит сама. Сегодня у нее есть менее популярные, но весьма достойные конкуренты: полиглутаминовая кислота (PGA), а также различные экзополисахариды, которые усиливают клеточную активность и стимулируют синтез в коже собственной гиалуроновой кислоты.

И все же именно гиалуроновая кислота прочно вошла в топ косметических ингредиентов, и это заслуженно. Она вбирает в свою структуру молекулы воды и любых растворенных в ней активных ингредиентов, образуя гель. Вязкость гиалуронового геля зависит от концентрации: чем она больше, тем гуще гель. Но слишком густым он быть не должен, иначе просто не сможет проникнуть в кожу, к тому же утяжелит текстуру.

Косметика с гиалуроновой кислотой подходит как для поддержания текущего уровня увлажненности, так и для восстановления сильно обезвоженной кожи. Она компенсирует дефицит собственной гиалуроновой кислоты в межклеточном матриксе и дает эффект филлера без уколов (если мы говорим о низкомолекулярной фракции). Полагаем, что даже при активном внедрении в косметические продукты более продвинутых альтернатив век гиалуроновой кислоты продлится еще долго.

Косметология будущего

Анастасия: Мир наконец начинает отрицать моду на красоту, но на практике без внешних ориентиров человек жить пока не готов. Бьюти-тренды захватили нас и постоянно заставляют потребителя метаться: то подавай им матовую кожу, то глянцевую, то брови отрасти, то выщипай, то качай мышцы, то спокойно медитируй. В уходе за кожей то же самое: филлеры, пуш-апы для губ и т. п. То есть при всей абсурдности, казалось бы, самого факта существования моды на некие эталоны красоты они неизбежно существовали раньше и существуют до сих пор.

Как думаешь, мы когда-нибудь избавимся от этих паттернов внутри нас, от этой коллективной зависимости от стандартов внешности?

Дмитрий: Глобально такое проявление моды не очень здорово. Важны два аспекта. Есть реально некрасивые люди, кто бы что ни говорил про внутреннюю красоту и свет в глазах. Тут играют роль пропорции лица, это обычная математическая модель. Она дает нам возможность воспринимать человека как своего, как представителя своего вида. И он нам либо нравится, либо индифферентен. Те лица, которые имеют диспропорции, всегда воспринимаются нами как некрасивые, нехорошие, недостойные доверия и т. п. Это происходит на архетипическом уровне, и с этим ничего не поделаешь на уровне восприятия. Этот поведенческий паттерн глубоко в подсознании. Только очень осознанные люди понимают, что это не так, но будем говорить честно: их капля в море.

Анастасия: Вот эти эстетические принципы, которые навязываются обществом, – они ведь делают нас управляемыми. Получается, что стереотипно красивые, пропорциональные люди более свободны, им доступно больше возможностей. «Некрасивыми» же проще управлять, потому что, понимая свое несоответствие, они зачастую поддаются этой ведомости.

Дмитрий: Так и есть. К примеру, тициановские женщины с точки зрения современного человека – это некрасиво. Но в то время это был стандарт, эталон красоты. Социум поддерживает установку – если ты не в тренде, то у тебя нет права голоса. Конечно, это все – социальная диверсия, и, если каждый предпримет хоть небольшое усилие для того, чтобы изменить положение вещей, мы немного вытащим себя из этого болота. К тому же вот это нынешнее потребительское отношение к телу, допущение того, что его можно перекраивать как угодно, имеет обратную сторону – надо думать еще и о безопасности, и о том, что это все временно и может в конечном итоге нанести вред здоровью.

Анастасия: При помощи моды создаются особо мощные потоки потребления, индустрия качает такие деньги, что это, очевидно, будет продолжаться. Причем, подозреваю, чем дальше – тем больше под соусом «стремления к индивидуальности» и даже с манипуляциями на тему осознанного потребления. Какая она, по-твоему, косметология будущего?