Правильный жир. Для чего он нужен организму и почему надо перестать его ненавидеть - Сильвиа Тара

Чтобы подтвердить результаты, он провел повторный эксперимент, используя уже сотню птиц. И опять только у куриц со SMAM-1 в крови образовались излишки жира. Дурандар был заинтригован. Вирусы, судя по всему, могли приводить к ожирению. В таком случае ожиренье можно назвать заразным? Никхил придумал, как можно проверить. Он рассадил три группы куриц по отдельным клеткам: в первой — не зараженные, во второй — больные, а в третьей — как больные, так и здоровые птицы. Через три недели здоровые птицы, делившие клетки с больными, заразились, и жира у них стало значительно больше по сравнению с изолированными курицами без вируса. Дурандар говорит: «Мы не инфицировали этих птиц. Это была естественная передача вируса внутри вида, и они набрали вдвое больше жира, но холестерин и триглицериды у них упали». Очевидно, что ожирение на самом деле могло быть заразным.

Дурандар — человек науки, он рационален и спокоен. Но даже он был вынужден признать, что идея заразности жира выглядит пугающей. Значит ли это, что, чихнув на кого-то, можно передать ему ожирение? Если это выглядит вероятным у животных, но что насчет людей? Заражать их вирусом было бы неэтично, но Дурандар мог проверить пациентов, чтобы понять — не подцепил ли кто-нибудь из них такую заразу в прошлом.

Он говорит: «В то время у меня была клиника, и мы брали анализы крови у пациентов, чтобы лечить их от ожирения. Я думал, что могу брать дополнительный образец и тестировать на антитела к SMAM-1. Здравый смысл говорит, что куриный аденовирус^[48] не поражает людей, но я решил все равно проверить. Вышло так, что у 20 процентов проверенных нами людей оказалась положительная реакция на антитела к SMAM-1. И эти 20 процентов были тяжелее, имели больший индекс массы тела и более низкий уровень холестерина и триглицеридов, чем пациенты с отрицательными результатами анализа на антитела; все обстояло в точности, как у птиц». По наблюдениям Дурандара люди, инфицированные SMAM-1, были в среднем на тридцать три фунта^[49] тяжелее тех, кто не заражен.

Число три проявилось и в других местах. Находки Дурандара нарушали три общепринятых научных постулата: 1) вирусы не могут приводить к набору веса; 2) более высокое содержание жира в организме вызывает повышение уровня холестерина и триглицеридов в крови; и 3) куриный аденовирус не может заражать людей. Он говорит: «К текущему моменты мы опровергли общепринятые представления столько раз, что я перестал уважать эти представления хоть в какой-то степени».

Фунты продолжают прибывать

В то время как Никхил Дурандар в Индии удовлетворял свое любопытство относительно ожирения, Рэнди пытался сам найти решение. Недолго поработав учителем, он вернулся на семейную землю в 1977 году, поскольку ему нравилось заниматься фермерством. К тридцати он превысил отметку в 280 фунтов^[50]. «После переезда на ферму я работал физически больше, чем когда-либо, и в это время мой вес колебался между 270 и 300 фунтами^[51], — говорит он. — Если мне ненадолго удавалось сбросить до 250^[52], то я мог выглядеть стройным, но 280 ждали уже через несколько недель. Мне же хотелось, чтобы я мог позволить себе чайную ложку десерта и не разрушить этим свою жизнь. Но факт состоял в том, что ничего подобного мне не светило. Малейшее послабление приводило к немедленному набору фунтов».

В те годы Рэнди женился и завел четверых детей. На семейных обедах и праздничных собраниях он сидел вместе со всеми, но старался есть меньше, чем другие. Однако вес его продолжал расти и к четвертому десятку превысил 300 фунтов. Рэнди вспоминает, что был голодным постоянно, и даже воздержание от пищи не помогало худеть. «Я мог несколько хороших недель держаться на диете, съедать намного меньше остальных, но едва я нарушал диету даже ради единственного ужина, как — бабах! — и вес возвращался».

У Рэнди очевидно была биологическая предрасположенность к накоплению жира, но он ощущал, что и окружающие вносят свой вклад. «Люди просто хотят, чтобы ты был таким же, как они, — говорил он. — Они хотят, чтобы ты ел, как они, вел себя, как они. Естественно, я пытался участвовать, но я знал, что мое тело набирает жир легче, чем у других. Когда ты не хочешь есть с ними, люди думают, что они тебе просто не нравятся. Помимо этого, я большую часть времени ощущал себя более голодным, чем кто-либо. Находиться рядом с пищей и есть столько же, сколько другие, было для меня настоящей мукой. Я не мог съедать столько же и оставаться стройным. Мое тело просто другое». Усилия по контролю над диетой, даже когда те приносили успех, вызывали у Рэнди отчаяние: «Я не могу сказать тебе, что такое быть голодным постоянно. Это непрекращающийся стресс. Попробуй. Большинство людей, дающих советы, просто не знают, на что это похоже».

Прибытие в Америку

Дурандар был уверен в своих выводах, что вирус SMAM-1 может создавать жир у людей, и написал статью для научной публикации. Многие журналы отклоняли ее просто потому, что редакторы не поверили: вирус, вызывающий ожирение, выглядел слишком неправдоподобным. Кроме того, Дурандар не знал точный механизм, с помощью которого вирус вызывал ожирение, — он выявил только корреляцию. Закостенелая вера в то, что вирусы не могут быть связаны с жиром, заставляло многих просто отбрасывать сырые данные. Некоторые работы Никхила годами отвергались, пока какой-нибудь журнал не соглашался их напечатать.

Он получил степень в университете Бомбея в 1992 году и вернулся к лечению пациентов в Индии. Но ход его мышления к тому времени радикально переменился. Лечение ожирения теперь мало интересовало его, ему хотелось исследовать связь между вирусами и ожирением. Он слышал об онлайновой базе данных Medline, позволяющей ученым знакомиться с публикациями коллег (Medline, ныне PubMed, важнейший ресурс онлайн-публикаций, который использует каждый ученый). Но в начале 1990-х Интернет не был особенно распространен в Индии, так что Дурандар написал письмо в Национальную медицинскую библиотеку США с просьбой провести поиск релевантных статей. Сегодня такая задача выполняется за несколько минут, тогда на нее уходили недели.

Дурандар обнаружил, что другие тоже работали в интересующей его области. Одна статья о вирусе собачьего бешенства, вызывающем ожирение у мышей, появилась в Science в 1982 году. Вторая посвящалась Раус-ассоциированному вирусу, который также вызывал ожирение у куриц. Дурандар испытал одновременно облегчение и беспокойство. Неужели кто-то опередил его? «Это были и хорошие новости и плохие, — говорит он. — Плохие, так как кто-то уже обнаружил, что вирус может вызываться ожирением, а хорошие — я не один такой идиот. Зато я был единственным, кто работал с аденовирусами, и это привело меня в экстаз».

Еще лучше было то, что никто пока не изучал, могут ли вирусы вызывать ожирение у людей. Вопрос захватил его, и Дурандар не мог выкинуть тот из головы. Любопытство одолевало его в каждый свободный момент. В конечном итоге он решил оставить успешную медицинскую практику, чтобы посвятить себя проблеме. Никхил понимал, что, если он хочет провести серьезное исследование, ему придется оставить Индию ради США.