Смертельно опасный выбор. Чем борьба с прививками грозит нам всем - Пол Оффит

Барафф объяснил, что эти побочные эффекты – результат устаревшей технологии изготовления вакцины. “По-моему, в наши дни такие вакцины уже нельзя производить, – сказал он. – Будь эта вакцина произведена в восьмидесятых, а не в тридцатых-сороковых годах, была бы доступна иная технология и вакцина была бы чище”^[114]. Барафф был совершенно прав. К середине девяностых прогресс в химии белков и методах их очистки позволил лицензировать более безопасные вакцины от коклюша, в которых содержится всего от двух до пяти коклюшных белков, а не 3000.

Хотя преходящие осложнения после прививки от коклюша наблюдались довольно часто, проблема была не в них. Главный вопрос фильма “Прививочная рулетка” – может ли вакцина вызывать необратимые поражения мозга, в том числе эпилепсию и умственную отсталость. Ответить на него не так просто, как кажется. Ведь ежегодно в США, в Англии и по всему миру дети заболевают эпилепсией и отстают в умственном развитии, и так было сотни лет, задолго до изобретения вакцины от коклюша. Кроме того, первые симптомы эпилепсии и умственной отсталости часто проявляются именно на первом году жизни, в течение которого детей трижды прививают этой вакциной. Если учесть, как широко применяется вакцина от коклюша, получается, что большинство детей, обреченных на умственную отсталость и судорожные припадки, скорее всего, будут привиты, причем некоторые – именно за сутки-двое до проявления первых симптомов недуга. Так что единственный способ понять, действительно ли эти расстройства вызваны вакциной, – изучить тысячи детей, привитых и непривитых. Если все дело в вакцине, риск эпилепсии и умственной отсталости в группе привитых будет выше. Во времена “Прививочной рулетки” было завершено только одно крупномасштабное исследование детей – работа Дэвида Миллера. Следующие 15 лет, в течение которых на этот вопрос пытались ответить другие ученые, выдались для исследования Миллера неблагоприятными.

Первый недостаток предположения, будто вакцина против коклюша вызывает поражение мозга, состоит в том, что это бессмысленно с точки зрения биологии. Все, кто когда-нибудь работал в больнице, знают, что коклюш может вызвать поражение мозга из-за недостатка кислорода в крови, вызванного неукротимым кашлем. Но вакцина против коклюша, сделанная из убитых бактерий, которые не размножаются ни в легких, ни в дыхательных путях, кашля не вызывает.

Что же тогда повреждает мозг? Одна распространенная теория гласит, что вакцина против коклюша содержит небольшое количество эндотоксина – компонента клеточной стенки многих бактерий (в том числе и коклюшной) и очень сильного яда. В 1978 году ученый Марк Гайер опубликовал статью, где утверждалось, что в промышленных препаратах вакцины от коклюша содержатся небольшие количества эндотоксина^[115]. Поскольку эндотоксин вызывает серьезнейшие поражения даже в очень малых дозах, Гайер заключил, что именно этот яд, вероятно, вызывает тяжелые побочные эффекты после прививки от коклюша. Однако проблема в том, что эндотоксин вызывает поражения мозга, запуская целый каскад событий – жар, учащенное сердцебиение, озноб, низкое артериальное давление, шок и кислородное голодание мозга. А единственный симптом, проявлявшийся у всех, кому искусственно вводили эндотоксин, – это жар^[116]. Между тем у многих детей, у которых после прививки от коклюша возникали судороги и умственная отсталость, температура не поднималась. Кроме того, вакцина от коклюша не вызывала понижения артериального давления или шока – других распространенных симптомов отравления эндотоксином.

Данные Миллера не подтверждаются и эпидемиологическими исследованиями.

В 1956 году Совет по медицинским исследованиям Великобритании изучал более 30 000 детей в течение двух лет. Он не смог выявить ни одного случая, когда у ребенка в результате прививки от коклюша был бы поражен мозг^[117].

В 1962 году Бо Хельстрём из Каролинского института в Стокгольме провел исследование, в котором участвовали 84 здоровых младенца, привитых АКДС, у которых затем наблюдались высокая температура или снижение реактивности организма. Хельстрём снял у этих детей электроэнцефалограмму через 6 часов и 24 часа после вакцинации, рассудив, что если вакцина влияет на мозг, то ЭЭГ, способная выявить даже мельчайшие отклонения в волновой активности мозга, покажет отклонения. Однако этого не случилось. ЭЭГ у всех детей была совершенно нормальной^[118].

В 1983 году, через два года после публикации исследования Миллера, ученые из Лаборатории общественного здоровья и Лондонского департамента медицинского обслуживания Т. М. Поллак и Джин Моррис обнародовали собственное исследование. Они изучили 134 700 детей из региона Северо-Западной Темзы в Англии, трижды получивших дозу АКДС, и сравнили их со 133 500 детьми, получившими только АДС. Исследование позволило ученым выявить эффект коклюшного компонента вакцины. Они тоже не смогли подтвердить данные Дэвида Миллера^[119].

Кроме того, в том же 1983 году три британских невропатолога изучили мозг двадцати девяти детей, в чьей смерти обвиняли вакцину против коклюша. Одни умерли в течение недели после прививки, у других были эпилепсия, умственная отсталость или физические нарушения. Исследователи искали что-то, что связывало бы эти случаи, какой-то признак того, что все дело в вакцине. Однако никаких патологических изменений, общих для всех случаев, обнаружено не было^[120].