Поздний развод - Авраам Бен Иегошуа

– Их нужно разделить друг с другом… Вывести каждого поодиночке из их совместного ада.

– А до каких пор ей придется там оставаться?

– Она сама предпочитает оставаться там. Может быть, этим она хочет себя наказать. А может быть, она боится снова совершить подобную попытку. Тогда она была по-настоящему больна. И когда он убрался за границу, никто не знал, сколько он там пробудет. Врачи скептически отнеслись к тому, что я хочу заботиться о ней в ее собственной квартире. А с Яэлью она не могла жить, потому что в то время Кедми решительно отказывался от каких-либо отношений с ней. И она сама в итоге предпочла этот вариант… в этом удобном месте, возле моря. Возможно, ты знаешь, где это. А она обрела там множество друзей – более того, она взяла на себя заботу о некоторых тяжелых пациентах. А мы отдали ей собаку. Сначала предполагалось, что это временное решение, но оно оказалось весьма удобным для всех сторон… и так оно и осталось. Ты полагаешь, мы поступили неправильно? Ну, вероятно, мы не приложили достаточно усилий для ее освобождения. Не исключаю, что тем самым и мы хотели ее наказать. В прошлый раз я спросил ее, не кажется ли ей, что пришло время отправиться домой…

– Ты в самом деле недавно был у нее?

– Да. Во вторник.

– Ты ничего мне не сказал.

– А ты ни о чем не спрашивал.

– Был ли для этого какой-то особый повод?

– Нет. А почему он должен был быть? И сейчас, и раньше я просто приходил навестить ее… раз в несколько месяцев. В этот раз я смог остаться с ней подольше. Это всегда зависело от ее состояния… ну и от погоды тоже. Я предварительно созвонился с ней, взял выходной и приехал туда чуть после полудня. Она ожидала меня возле ворот, и мы вышли в город – иногда мы добираемся до рыбацкого причала в Акко, а иногда, двигаясь в противоположном направлении, к Рош-а-Никра, заходим в одно весьма приличное кафе в Нагарии. Я сводил ее в кино, потом мы поужинали в мясном ресторане и поздно вечером я доставил ее обратно.

– Все это хорошо… но почему она ждала тебя у ворот? Не проще ли было тебе пройти внутрь и уже оттуда забрать ее?

– Я предпочел именно такой вариант. Я не люблю больниц. Как подумаю о них, по всему телу пробегает дрожь. Однажды, несколько лет тому назад, я прошел внутрь и сразу оказался окруженным толпой больных. Мне тяжело даже подумать о том, что можно внезапно очутиться в подобном месте… Да, знаю, это звучит смехотворно… И все-таки я не в силах отделаться от мысли… А что, если однажды, попав туда, я не смогу оттуда выйти…

– Что за бред… что значит «не смогу».

– Потому что они меня не выпустят оттуда. Как могу я быть уверен, что подобная идея не стукнет кому-нибудь в голову? Есть такая книга… написал ее Томас Манн, а называется она «Волшебная гора». Так в ней один молодой человек отправился проведать своего кузена в туберкулезный санаторий… и вынужден был остаться там, поскольку оказалось, что у него тоже туберкулез. Зачем тогда рисковать? Всегда в таком месте может найтись кто-то, кто решит, что и я тоже…

– В этот вторник ты снова сводил ее в кино?

– Нет. Мы просто сидели и разговаривали. На поход в кино не было времени. Я привел с собой Кальдерона, чтобы он познакомился с текстом соглашения, которое Кедми и папаша сварганили вместе взамен прежнего. Я хотел узнать его мнение – у него трезвая, чисто финансовая голова банкира. А я рассказал ей немного об отце, о его новом стиле и о глубинных изменениях, произошедших в его жизни. Все для того, чтобы как можно лучше подготовить ее ко встрече с ним. Я сказал, что, по-моему, она не должна спешить с избавлением от принадлежащей ей собственности, ибо после развода она должна в решениях полагаться только на себя, больше ни на кого. Кроме того, мы говорили и о судьбе общей квартиры… о том, насколько это умно (а может быть, глупо) оставлять себе половину, в то время как совладелец ее будет находиться в Америке… и не лучше ли подумать о том, чтобы инвестировать ее в оборот тем способом, который принесет наибольшую прибыль. Она не так уж и стара и, в конце концов… кто знает, что эта жизнь еще приготовила ей. А еще она оказалась ужасно наивной… ей и в голову не приходило, что подобным образом можно что-то заработать… это в наши-то дни… словом, она оказалась до трогательности старомодным существом, живущим по понятиям, которых уже давным-давно нет.

– И что же она сказала в итоге?

– Она меня выслушала. А мой друг Кальдерон обрисовал новые возможности для нее. Основное, что я хотел внушить ей, было то, что ее позиция в этом случае решающая… Надо было, кроме всего прочего, удержать ее от чувства вины перед ним, которое она внезапно могла ощутить… дать ей существенную уверенность в себе перед разлукой на века…

– С кем?

– Не понял?

– Ее разлукой навеки… с кем?

– С кем?

– С ее расставанием навсегда.

– С кем?

– Я тебя не пойму.

– Ты только что произнес: «хочу помочь обрести ей уверенность в себе перед вечной разлукой»… ты имел в виду своего отца?

– Что?

– Ты думаешь о чем-то другом… В чем дело?

– Что? О чем ты толкуешь?

– Я сказал, что ум твой в эту минуту занят чем-то другим…

– Случилась страннейшая штука… внезапно я вспомнил… понимаешь… этот преподаватель английского… этот мистер Фокси, который появился в моем сне… послушай, это невероятно… это просто фантастика, на самом деле… как я мог это забыть… он ведь и в самом деле умер… его имя… как же я мог это забыть… только сейчас я это понял… просто удивительно…

– Когда он умер?

– Как раз недавно, несколько недель назад. Как я об этом узнал… я наткнулся на извещение о смерти, на некролог, в какой-то газете, который поместила там школа. Он скончался совсем недавно, а я все забыл. Не вспомнил ни на миг… так вот почему он мне приснился… я воскресил его из мертвых, не подозревая, что он… я абсолютно потрясен…

– Я предлагаю на этом остановиться.

– Не понял?

– На этом месте мы остановимся и с него же продолжим в следующий раз.

– Ах да… понимаю. Наше время истекло. Целый час… ну ладно. Тогда на следующей неделе…

– Мы не встречаемся на будущей неделе. Мы снова встретимся через две недели. На следующей неделе я буду в отпуске.

– Ты не сможешь встретиться со мной через неделю? Я тебя правильно понял?

– Правильно. Через две недели в это же время.

– Да… но откуда эта идея – уйти в отпуск? Я имею в виду…

– На следующей неделе – пасхальные каникулы.

– Ты хочешь сказать, что на Пасху ты не работаешь? Только не говори мне, что ты – религиозный…

– Нет. Я просто отправляюсь отдыхать.

– Но ты, надеюсь, будешь в Тель-Авиве?

– Еще не знаю.