Улей - Камило Хосе Села

Образ матери исчез из головы Мартина, будто ластиком его стерли.

— Еще, полагаю, очень неплохо в Национальном институте планирования, только туда, я думаю, труднее поступить. В таких учреждениях лучше работать, чем в банке. В банках служащих эксплуатируют — один раз опоздаешь, тебе при выплате жалованья делают вычет. В частных конторах тоже можно хорошо успеть, я бы, пожалуй, охотнее всего взялся за организацию рекламы в прессе. Вы страдаете бессонницей? Это глупо? Вы сами виноваты в своем несчастье! Таблетки «икс» — ну, например, «Марко» — сделают вас счастливым человеком, не причиняя ни малейшего вреда вашему сердцу!

Мартин увлечен своей идеей. У выхода с кладбища он спрашивает привратника:

— Нет ли у вас газеты? Если вы ее уже прочитали, я заплачу, мне надо посмотреть кое-что меня интересующее…

— Пожалуйста, возьмите так, я уже прочитал.

— Очень вам благодарен.

Мартин пулей выскочил из ворот и, поспешно присев в соседнем с кладбищем садике, развернул газету.

— Иногда в газетах попадаются объявления, очень ценные для людей, ищущих работу вроде меня.

Тут Мартину приходит в голову, что он что-то слишком торопится, надо немного умерить прыть.

— Почитаю сперва новости. Будь что будет! Оттого что раньше встанешь, солнце раньше не взойдет — так ведь говорят.

Мартин очень доволен собой.

— Откуда-то сегодня бодрость появилась, и голова хорошо работает! Должно быть, подействовал чистый воздух.

Мартин свертывает сигарету и начинает читать.

— Да, война — это величайшее безобразие. Все в проигрыше, и никто не помогает культуре продвинуться вперед хотя бы на шаг.

Он улыбается, на душе у него все веселей и веселей.

То и дело он, глядя в небо, размышляет над прочитанным.

— Ну, продолжим!

Мартин читает все подряд, все его интересует — международная хроника, редакционная статья, отрывки из чьих-то речей, театральный раздел, обзор новых фильмов, Лига…

Мартин обнаруживает, что, когда выедешь за город подышать чистым воздухом, жизнь обогащается более тонкими, более радостными оттенками, которых не замечаешь, пока живешь погруженный в городскую суету.

Сложив газету, Мартин прячет ее в карман куртки и пускается в путь. Сегодня он, как никогда, полон всевозможных сведений, сегодня он мог бы поддержать любой разговор о событиях дня. Газету он прочитал от доски до доски, только отдел объявлений оставил, чтобы просмотреть его спокойно в каком-нибудь кафе — может, придется записать адрес или телефон насчет работы. Раздел объявлений, постановлений и сообщение о снабжении жителей пригородного пояса — только это Мартин не прочитал.

Вблизи арены для боя быков он видит группу девочек, которые глядят на него.

— Привет, красавицы!

— Привет, турист!

Сердце так и прыгает в груди Мартина. Он счастлив. Он идет по улице Алькала танцующим шагом, насвистывая песенку про Мадлен.

— Сегодня все мои друзья увидят, что я стал другим человеком.

Именно об этом и думали сейчас его друзья! Пройдя порядочный кусок, Мартин останавливается у витрины ювелирного магазина.

— Когда я буду работать и получать деньги, я куплю серьги Фило, и Пурите тоже. Нащупав в кармане газету, он улыбается.

— Возможно, она-то и укажет мне путь к удаче! Смутное предчувствие говорит Мартину, что не

стоит торопиться… В кармане у него лежит газета, в которой он еще не прочитал раздел объявлений и постановлений. И о снабжении жителей пригородного пояса.

— Ха-ха! Жители пояса! Вот смешно! Жители пояса!

Мадрид, 1945 — 1950