Касты. Истоки неравенства в XXI веке - Изабель Уилкерсон

Это была давящая на психику провокация первой величины. Люди, все еще не оправившиеся от травмы публичных порок и насильственного разрыва с семьей, а также потомки этих людей были теперь вынуждены жить среди памятников мужчинам, которые воевали за то, чтобы продолжать держать их в статусе домашнего скота. Чтобы войти в здание суда, чтобы предстать перед судом по делу, которое они почти наверняка проиграют, выжившие в рабстве должны были пройти мимо статуй солдат Конфедерации, смотрящих на них с пьедесталов буквально сверху вниз. Им приходилось ездить по дорогам, названным в честь генералов – своих мучителей, и проходить мимо школ, названных в честь членов Клана.

В XX веке наследники Конфедерации возвели памятник Ли, Стоунуоллу Джексону и Джефферсону Дэвису, высеченный в граните, размером больше горы Рашмор в Стоун-Маунтин, штат Джорджия. Если Конфедерация и проиграла войну, это никоим образом не отразилось на культуре Юга и быте низшей касты. Фактически возвращение к власти бывших конфедератов означало возмездие и наступление еще более тяжелых времен.

К моменту митинга в Шарлотсвилле в Соединенных Штатах было установлено около 230 памятников Роберту Э. Ли, включая отель Роберта Ли в Лексингтоне, штат Виргиния, парк Роберта Э. Ли в Майами, Флорида и Роберту Э. Ли-Крик в Национальном лесу Бойсе в Айдахо, в двух тысячах миль от старой Конфедерации. По всей стране есть множество мемориальных досок, бюстов, школ и дорог – улица Роберта Ли в Мобиле, штат Алабама, улица Роберта Ли в Тьюпело, штат Миссисипи, бульвар Роберта Ли в Чарльстоне, Южная Каролина, Дорога генерала Роберта Ли в Брансуике, штат Джорджия, и улица Роберта Ли Лейна в Хила-Бенд, штат Аризона.

Учащиеся проходят занятия в средней школе Роберта Э. Ли в Джексонвилле, Флорида, и в Тайлере, Техас, среди прочих, и в средней школе Ли в Монро, Луизиана. В восьми штатах Союза есть округ, названный в честь Роберта Ли: Алабама, Арканзас, Флорида, Кентукки, Миссисипи, Северная Каролина, Южная Каролина и Техас. Третий понедельник января – День Роберта Ли в Миссисипи и Алабаме.

Роберт Ли был прирожденным выпускником Академии Вест-Пойнт, прагматичным и хитрым военным стратегом, умеренным политиком для своего времени и своего региона, а также рабовладельцем Виргинии, который видел в рабстве неизбежное зло, которое обременяло владельцев больше, чем людей, которых они поработили. «Черным здесь неизмеримо лучше, чем в Африке, морально, социально и физически, – написал он однажды. – Болезненная дисциплина, которой они подвергаются, необходима для обучения людей их расы, и я надеюсь, что она подготовит их и приведет их к лучшему. Как долго продлится их неволя, известно и установлено мудрым и милосердным Провидением»^[431].

Как и другие рабовладельцы, он в полной мере использовал «болезненную дисциплину», о которой говорил. В 1859 году трое его невольников с плантации в Виргинии, – человек по имени Уэсли Норрис, его сестра и двоюродный брат – бежали на север и были схвачены недалеко от границы с Пенсильванией. Их заставили вернуться на плантацию Ли. По прибытии Ли сказал им, что «преподает нам урок, который мы никогда не забудем»^[432], – рассказывал позже Уэсли Норрис. Ли приказал своему надзирателю раздеть их до пояса, привязать к столбам и нанести мужчинам пятьдесят, а женщине – двадцать ударов плетью по голым спинам. Когда надсмотрщик оказал сопротивление, Ли вызвал окружного констебля и сказал ему «положить его на колодец», что констебль и сделал. «Не удовлетворившись простым истязанием нашей обнаженной плоти, – вспоминал Норрис, – генерал Ли приказал надсмотрщику тщательно вымыть наши спины рассолом, что и было сделано».

Это была обычная практика и стандартная процедура на протяжении большей части 246-летней истории рабства. Если бы эти и даже более ужасные злодеяния произошли в другой стране, в другое время по отношению к другой группе людей, отличной от низшей касты, они были бы сочтены преступлениями против человечности в нарушение международных конвенций. Но рабовладельцы, надсмотрщики и другие представители доминирующей касты, которые на протяжении веков зверствовали над миллионами афроамериканцев, не только не наказывались, но и получали почести и признание как столпы общества.

Ли никогда не призывали к ответу – ни за то, что он сделал с Норрисами, ни за то, что разделял семьи, будучи поработителем, ни за детей, оторванных от родителей, ни за мужей, разлученных с женами. Даже после того, как он возглавил войну за отделение южных штатов, которая закончилась с большим количеством жертв, чем любая другая война на этой земле, Ли обложили немногочисленными штрафами как изменника родины. Президент Эндрю Джонсон, демократ из Теннесси и бывший рабовладелец, преемник Авраама Линкольна после убийства последнего, объявил амнистию большинству конфедератов в попытке уйти от межгрупповой напряженности и положить конец этому конфликту. Ли не сидел в тюрьме и не подвергался осуждению, хотя ему больше не разрешали голосовать, и он был вынужден отказаться от своей плантации, которую правительство конфисковало и преобразовало в Арлингтонское национальное кладбище^[433].

Оказалось, что после войны многие белые северяне почувствовали большее родство с бывшими конфедератами, предавшими Союз, чем с людьми, чей свободный труд создал богатство страны и за свободу которых велась Гражданская война. Примирительные объятия, которыми встретил Север бывших конфедератов, вынудили Фредерика Дугласа напомнить американцам, что «в последней войне была правая и неправая стороны, о чем никакие чувства не должны заставить нас забыть», добавив, что «в наши обязанности не входит смешивать правильное с неправильным или лояльность с изменой»^[434].

Следующим значимым событием в жизни Роберта Э. Ли стало назначение его президентом колледжа, который позже добавит его имя к своему собственному, Университету Вашингтона и Ли в Виргинии. Это дало ему социальное положение и почитаемое наследие, а также позволило ему авторитетно выдавать свои суждения на злободневные темы, имейся на то его желание.

Его репутация выросла только после его смерти в 1870 году. После объединения страны как Север, так и Юг охватила сегрегация, с красной чертой и ограничительными соглашениями, удерживающими чернокожих подальше от белых кварталов и расы. Он стал не просто героем Юга, но и национальным героем. Он похоронен в часовне, названной в его честь, в кампусе Вашингтона и Ли, где до недавнего времени по бокам от мемориала покоящемуся генералу развевались флаги Конфедерации. Многие памятники в его честь появились далеко за пределами Юга – к ним можно отнести мемориальные доски и бюсты с его изображением в Бронксе и в Бруклине, начальные школы, названные в его честь в Лонг-Бич и Сан-Диего, и пять различных марок Роберта Э. Ли, выпущенных Почтовой службой США. Обычно памятники и памятные места ставят себе победители войны. В данном случае сторонний наблюдатель не сразу сможет понять, какая же из сторон одержала победу.