Военно-морской флот Третьего рейха. 1939-1945 - Фридрих Руге

Слабая авиаразведка привела к тому, что американские корабли, направившись на запад, получили точные данные о местонахождении противника лишь после полудня 20 июня. Японцы потеряли целое утро на перевод командующего эскадрой со штабом на «Зуикаку» и, также не имея информации о противнике, переоценили его потери. Именно в это время, то есть со значительным запозданием, Одзава наконец обнаружил, что у него осталось только 100 самолетов, пригодных для боевых действий. С Марианских островов ему не сумели сообщить о том, что их авиация фактически уничтожена. Одзава все еще рассчитывал повторить атаку на следующий день. К концу дня американцы с расстояния в 300 миль предприняли массированный удар, подняв в воздух 216 самолетов, которым Одзава мог противопоставить не более 75. Японский вспомогательный авианосец «Хийо» был потоплен двумя торпедами, а в «Зуикаку» попало несколько бомб, вызвавших такой сильный пожар, что даже был отдан приказ покинуть судно, но в последний момент с пожаром удалось справиться. Были повреждены и другие корабли, но не так серьезно. Американцы потеряли 20, а японцы – 65 самолетов. Одзава принял решение выйти из боя и уйти в свои базы.

При возвращении на свои авианосцы 80 американским самолетам пришлось садиться на воду, поскольку из-за большой дальности им не хватило топлива, а часть самолетов разбилась во время ночных посадок на авианосцы, поскольку летчики не имели опыта действий в таких условиях. Но спасательная служба американцев действовала настолько эффективно, что погибли только 49 человек из 209 членов экипажей 100 потерянных самолетов. Американцы не уничтожили флот противника, но нанесли такой тяжелый урон японским авианосным силам, что те оказались небоеспособными в течение по крайней мере шести месяцев.

Чуть позже американцы высадились на островах Тиниан и Гуам, которые они заняли после упорных боев. Гуам был сразу же превращен в крупную военную базу и сыграл решающую роль в заключительных операциях на Тихом океане.

ВТОРЖЕНИЕ В НОРМАНДИЮ

Как раз в то время, когда американские авианосцы и транспорты с войсками приближались к Марианским островам, могучая десантная армада, правда иного типа, отчаливала из портов южного побережья Англии, чтобы пересечь Ла-Манш и высадить войска в Нормандии. Для сил, обеспечивающих высадку, основная цель была такой же, как и в ходе десантных операций в Тихом океане, – с максимальной быстротой и с минимальными людскими потерями осуществить десантирование войск на берег, захватить плацдарм и начать продвижение в глубь страны.

В тихоокеанских операциях глубина продвижения по суше была небольшой, так как все десанты осуществлялись на небольших островах или в местах с непроходимыми джунглями, как в Новой Гвинее. Почти в каждом случае имелась возможность перерезать морские коммуникации противника и, по крайней мере, не допустить подвоза в нужном количестве подкреплений и военных грузов противнику, как это случилось на Гуадалканале.

В Европе же за предполагаемым плацдармом простиралась бескрайняя территория, занятая противником. В таком случае успешная высадка оказывалась только исходной точкой для дальнейших более масштабных операций, а потому объемы перевозки подкреплений и снабженческих грузов должны были быть намного больше.

Окончательные планы союзников предусматривали, что первую волну десанта в Нормандии составят пять дивизий, а еще три аэромобильных будут высажены на флангах. В первый день предполагалось доставить на берег 100 тыс. человек, 14 тыс. т различных грузов и 14 тыс. машин, включая бронетехнику, после чего в течение нескольких недель планировалось ежедневно подвозить 12 тыс. т грузов и 2,5 тыс. груженых машин.

Место высадки, выбранное союзниками, находилось в западной части залива Сены, где скалистое побережье перемежается ровными песчаниками, защищенными от западных ветров и волн полуостровом Котантен и весьма удобными для высадки. Однако в этом случае, чтобы обеспечить доставку грузов и людей при любой погоде, требовалось захватить крупный порт. Учитывая горький опыт Дьеппа, атаковать Шербур в лоб посчитали слишком опасным, а чтобы захватить его с тыла, требовалось затратить определенное время. Поэтому решили строить временные причалы, так называемые «малбериз», из заполненных цементом понтонов и старых судов в качестве волнорезов.

Силы вторжения, сконцентрированные в Англии, включали 38 дивизий, более 4,2 тыс. десантных кораблей и судов всех типов, примерно 850 боевых кораблей, в том числе 6 линкоров, 2 монитора и 22 крейсера, множество тральщиков, охотников за подводными лодками, а также 11 тыс. самолетов. Все эти силы объединялись командованием, которое возглавлял американский генерал Дуайт Д. Эйзенхауэр.

Хотя сосредоточение такой массы сил не прошло мимо внимания немцев, их предположения относительно времени и места высадки десанта союзников отнюдь не отличались однообразием вплоть до самого последнего момента. Даже Норвегию рассматривали в качестве одного из возможных пунктов высадки. Кроме того, немцы снова не сумели создать единой системы командования для борьбы с предполагаемым вторжением.

Поздней осенью 1943 г. «лису пустыни» фельдмаршалу Роммелю было приказано изучить состояние обороны в Северо-Западной Европе на случай вторжения союзников. Вскоре он разработал ряд разумных предложений, которые были приняты в высших инстанциях. Но поскольку он был только советником, то на первых порах не имел необходимых полномочий для реализации своих идей. Только в конце января 1944 г. по его собственной просьбе Роммель был назначен командующим войсками на участке побережья от Ден-Хелдера до Луары и мог отдавать свои распоряжения войсками в этой районе. Но верховное командование, как, впрочем, и всегда, не передало в его подчинение военно-морские и военно-воздушные силы, находившиеся и действовавшие в этой зоне. Ему даже не подчинили бронетанковые дивизии и резервы, расположенные в Северной Франции, что имело гибельные последствия. Кроме того, высшие штабы всех видов вооруженных сил весьма различно реагировали на его инициативы. Наибольшее нежелание их принимать проявило командование сухопутных сил, а ведь именно на армию вскоре легла основная тяжесть борьбы.

Штаб Роммеля, в который входили представители всех видов вооруженных сил, был первой в вермахте структурой, занимавшейся полностью и исключительно вопросами организации обороны против вторжения союзников с моря. Роммель лучше всего подходил для решения этой задачи, поскольку он имел самый свежий и наиболее богатый в вермахте опыт борьбы с англичанами и американцами; кроме того, он обладал живым и свободным от догм умом и был исключительно компетентен в технических вопросах.

Когда в начале 1944 г. он прибыл во Францию, план защиты от вторжения предусматривал в первую очередь укрепление портов, чтобы не допустить их захвата со стороны моря. Затем, после высадки противника на неподготовленном берегу, немцы должны были нанести ему удар подвижными резервами и сбросить в море.

Мастер маневренной войны, Роммель сразу понял, что почти полное отсутствие авиации обрекало этот план на неуспех, хотя танковые войска имели огромный опыт. Он очень хорошо знал, что без сильной тактической авиации проведение быстрых и своевременных операций будет невозможно. Кроме того, лишь несколько из 49 немецких пехотных дивизий, находившихся на Западе, могли перемещаться быстрее, чем пешим порядком, а Роммель хорошо знал, как трудно прорвать оборону плацдарма англичан, если дать им закрепиться. Он был твердо убежден, что кампания, да и фактически вся война будут проиграны, если силы вторжения не будут сброшены в море в течение первых трех дней после высадки. Об этом он недвусмысленно докладывал Гитлеру и ОКВ.