Весна и осень чехословацкого социализма. Чехословакия в 1938–1968 гг. Часть 1. Весна чехословацкого социализма. 1938–1948 гг. - Николай Платошкин

Интересно, что перед войной в Брно были очень сильны национальные социалисты. В 1945 году их насчитывалось в городе примерно 20 тысяч. Но многие из членов партии являлялись «мертвыми душами» и не участвовали в повседневной агитационно-пропагандистской деятельности, в отличие от коммунистов. Поэтому вскоре компартия обошла национальных социалистов по численности.

Компартия Словакии (КПС) организационно была самостоятельной с мая 1939 года – после распада единого чехословацкого государства. В 1939-1941 гг. она выступала за присоединение Словакии к СССР, затем за восстановление Чехословакии по принципу отношений с чехами «равный с равным». Однако в политическом и идеологическом отношении КПС фактически была составной частью КПЧ. Интересно, что КПС, в отличие от КПЧ, не была секцией Коминтерна^[454]. 17 сентября 1944 года во время Словацкого национального восстания словацкие социал-демократы объединились с КПС. К осени 1945 года 69 % членов КПС были рабочими, 12,4 % – крестьянами, 6,7 % принадлежали к интеллигенции.

На совместном заседании руководящих органов КПЧ и КПС 17-18 июля 1945 года КПС обязалась во всех политических вопросах придерживаться линии КПЧ. Новый председатель КПС Широкий был твердым сторонником Готвальда и единого чехословацкого государства. Руководители КПС времен восстания 1944 года (Гусак, Шмидке, Новоместский), считавшиеся в КПЧ «словацкими националистами», были отодвинуты на второй план. Новая «чехословацкая линия» коммунистов сильно вредила их популярности в Словакии, но была неизбежной данью центрального руководства КПЧ Бенешу.

В конце 1945 года в КПС было 197227 членов. Росту рядов КПС в 1945-м мешала более строгая, чем в КПЧ, система приема новых членов, предусматривавшая наличие кандидатского стажа, но по рекомендации из Праги она к концу года была отменена.

Готвальд поставил перед КПС задачу бороться с коллаборационистами и сепаратистами, особенно в рядах демпартии. Словацкие коммунисты должны были терпеливо разъяснять людям, что угроза словацкой самобытности исходит не от чехов, а от их же, словаков, собственной реакции. Все это вело к ухудшению отношений между главными словацкими партиями. Коммунисты и демократы стали обвинять друг друга во всех кризисных явлениях словацкой экономики, где бы они ни возникали.

Словацким коммунистам, в отличие от их чешских коллег, мешало добиться доминирующего положения и то, что рабочих в отсталой Словакии было очень мало. Крестьянство же было настроено консервативно, так как сотни лет находилось под идейным влиянием католической церкви. КПС активно добивалась скорейшего проведения аграрной реформы, чтобы усилить свои позиции среди крестьян. Но этого демократы как раз не желали, поэтому всячески реформу тормозили. Самую большую поддержку на селе (41 %) словацкие коммунисты имели в Прешовской области.

Однако, в отличие от Чехии, в Словакии крестьяне поначалу не были объединены в единую организацию (которая в Чехии была членом Национального фронта). Напротив, существовала Крестьянская корпорация, где верховодили демократы. Требование КПС об ее упразднении демократы успешно трактовали как очередной удар «агентов Праги» против истинно словацких организаций.

КПС поначалу была против популярного требования о снижении цен и повышении зарплат, считая его финансово безответственным. Коммунисты предлагали вместо этого ускоренную индустриализацию Словакии, которая привела бы к росту производства и создала бы предпосылки для неинфляционного снижения цен. Напротив, демократы популистски требовали немедленного снижения цен, а индустриализацию считали попыткой Праги лишить Словакию ее сельской самобытности.

В начале 1946 года в Словакии возникла Партия труда, основанная социал-демократами, не согласившимися с объединительным съездом словацких коммунистов и социал-демократов в сентябре 1944-го. Коммунисты были раздосадованы тем, что создание новой партии финансово поддержали чешские социал-демократы. Правда, компартии все же удалось не допустить воссоздания партии под названием «социал-демократическая». 13 марта 1946 года Партию труда приняли в Национальный фронт, но рабочей партией она так и не стала: ее стронниками были в основном ремесленники, кустари и интеллигенция. В отличие от коммунистов, «трудовики» выступали за сохранение частной собственности и внешнеполитическую ориентацию одновременно на Восток и на Запад.

Если образование Партии труда потенциально вредило коммунистам, так как она нацеливалась на рабочий электорат, то создание 1 марта 1946 года Партии свободы^[455], в свою очередь, подрывало электорат демпартии. В Партии свободы объединились католики-демократы, не желавшие состоять в рядах «евангелической» ДП. Ее лидером стал довольно популярный в Словакии политик Вавро Шробар.

Однако демократы смогли удержать католический электорат заключением упоминавшегося выше соглашения с католиками весной 1946 года. Демпартия прямо обвинила КПС в создании Партии свободы как искусственного формирования. Но на самом деле Шробар действовал по поручению Бенеша, которого всегда очень сильно заботил словацкий католический сепаратизм, все более внедрявшийся в ряды демпартии.

Чехословацкие коммунисты с 1945 года безусловно доминировали в рабочем движении, в котором до войны преобладали социал-демократы. Компартия имела более 3 тысяч заводских организаций, в то время как у ее партнеров по Национальному фронту таковых было крайне мало.

Уже в конце 1945 года компартия учредила первичные организации в 90 % населенных пунктов страны.

Следует отметить, что для послевоенной Чехословакии (особенно Чехии) был характерен небывало высокий уровень политической активности, что находило свое выражение в росте рядов всех политических партий Национального фронта. Например, в столице Моравии Брно было 100 тысяч членов разных политических партий, то есть каждый второй взрослый житель города имел в кармане партийный билет.

В июне 1945 года КПЧ, ЧСДП и ЧНСП как социалистические партии подписали соглашение о единстве действий. Внутри Национального фронта 8 июня был создан Национальный блок трудящихся города и деревни (или Социалистический блок, как его неофциально называли). Соглашение об образовании блока подписали Готвальд, Зенкл и Фирлингер.

В Соглашении об образовании блока говорилось: «Партии Национального блока согласны в том, что в освобожденной республике все профсоюзные, кооперативные, культурные, спортивные и иные непартийные организации, такие как организации молодежи, должны с самого начала строиться как единые национальные организации, независимые от политических партий, с добровольным членством и демократически избираемым руководством. Партии Национального блока обязуются полностью поддерживать образование таких организаций и решительно выступают против любых попыток их раскола. Упомянутые единые организации имеют право на критику правительства и органов государственного управления»^[456].