История военной контрразведки. СМЕРШ Империй - Андрей Шаваев

Через несколько дней, 23 сентября 1920 г., на IX Всероссийской конференции РКП(б) Сталин снова пытался возложить всю ответственность за неудачу под Варшавой на главкома Каменева и комфронта Тухачевского. Однако В.И. Ленин, не согласившись с этим, в заключительном слове на конференции упрекнул Сталина в пристрастном отношении к командованию Западного фронта. Сталин и после этого не признал своего неправильного отношения к Тухачевскому и другим руководителям Западного фронта. Он выступил на конференции с заявлением «по личному вопросу» и, пытаясь отвести от себя упреки, высказанные Лениным, утверждал: «… заявление тов. Ленина, что я пристрастен к командованию Западного фронта… не соответствует действительности».

Таким образом, лекции Тухачевского «Поход на Вислу» (1923 год) положили начало послевоенной дискуссии о советско-польской кампании.

В последующие годы обсуждение вопросов, связанных с советско-польской войной, продолжалось.

В 1925 г. была издана книга профессоров Военной академии Какурина и Меликова «Война с белополяками 1920 г.». Авторы, анализируя боевые действия этой кампании, также отметили ответственность командования Юго-Западного фронта за поражение наших войск под Варшавой.

В 1929 г. вышла книга бывшего командующего Юго-Западным фронтом Егорова «Львов — Варшава», в которой он оправдывает действия этого фронта и вину за поражение наших войск под Варшавой перекладывает на Главкома Каменева и командующего Западным фронтом Тухачевского. Правда, в процессе работы над этой книгой Егоров, стремясь придать объективность своим рассуждениям, пытался осветить события, связанные с отказом Сталина выполнить постановление Пленума ЦК РКП(б) и директиву главкома о передаче 12-й и 1-й Конной армии Западному фронту. Но эта попытка Егорова встретила возражение со стороны Сталина. В письме к Егорову от 3 декабря 1928 г. Сталин вновь расценивал правильными свои действия в ходе советско-польской кампании. Впоследствии же он предложил вообще этот вопрос не затрагивать в исторических работах.

Книга Егорова «Львов — Варшава», в которой он оправдывал действия Юго-Западного фронта и пытался снять с себя и Сталина ответственность за поражение наших войск под Варшавой, вызвала недовольство со стороны многих военных деятелей и историков. Об этом Егорову стало известно, и он 20 декабря 1929 г. написал Сталину письмо, в котором информировал его о создавшемся положении.

«Обстоятельства, связанные с критикой моей книги ”Львов — Варшава”, — писал Егоров, — вынуждают меня беспокоить Вас и просить личного свидания для установления особо важных моментов, без чего я абсолютно не могу и просто не имею права дать необходимый ответ в печати, так как задетые вопросы носят глубоко принципиальный характер и имеют непосредственное отношение к работе и ответственности РВС Юго-Западного фронта как такового».

В архивных материалах нет данных, показывающих реакцию Сталина на это письмо Егорова. Однако уже в то время изложенные в книге «Львов — Варшава» положения о якобы правильной позиции командования Юго-Западным фронтом в советско-польской войне стали как бы официально признанными, что давало возможность возвеличить заслуги Сталина и в этот период гражданской войны. Кроме того, используя свое руководящее положение в партии, Сталин и сам уже не стеснялся возвеличивать свою роль в гражданской войне. Так, выступая 8 сентября 1927 г. на объединенном заседании Политбюро ЦК и Президиума ЦКК, Сталин заявил:

«Имеется ряд документов, и это известно всей партии, что Сталина перебрасывал ЦК с фронта на фронт в продолжение трех лет на юг и восток, на север и запад, когда на фронтах становилось туго».

Отмечавшееся 21 декабря 1929 года 50-летие со дня рождения Сталина было широко использовано для непомерного возвеличивания его заслуг перед партией и государством. Опубликованная в это время в газете «Правда» статья наркома Ворошилова «Сталин и Красная Армия» способствовала этому возвеличиванию Сталина и в военных вопросах. Основная цель этой статьи, как ее формулировал сам автор, состояла в том, чтобы восполнить «пробел» в исследовании военной деятельности Сталина «как одного из самых выдающихся организаторов побед гражданской войны». В этой статье Ворошилов утверждал, что все основные победы, одержанные в гражданской войне (под Царицыном, под Пермью, над Деникиным, Врангелем, Юденичем и т. д.), были достигнуты ввиду исключительной роли Сталина.

Еще в рукописи Сталин был ознакомлен со статьей и сделал некоторые замечания. По утверждению Хмельницкого, бывшего адъютанта Ворошилова, в этой рукописи, которую он читал в архиве Ворошилова, написано, что в период гражданской войны «имелись успехи и недочеты, у И.В. Сталина ошибок было меньше, чем у других». Эта фраза, как сообщает Хмельницкий, зачеркнута красным карандашом, и рукою Сталина написано: «Клим! Ошибок не было, надо выбросить этот абзац. Ст.».

К началу 30-х годов в связи с разгромом партией троцкистов, зиновьевцев и правых оппортунистов, а также с успехами в развитии экономики страны авторитет Сталина как Генерального секретаря ЦК партии и руководителя государства значительно возрос. Сталин воспринял оказанное ему доверие неправильно, стал злоупотреблять властью, создавая культ своей личности.

Непомерно возвеличивая свои заслуги в гражданской войне, Сталин вместе с тем принижал руководящую деятельность ЦК РКП(б) в организации обороны социалистического государства и роль В.И. Ленина как руководителя этой обороны, создателя Красной Армии и основоположника советской военной науки. Чуждое марксизму-ленинизму возвеличивание роли Сталина в Гражданской войне и извращение военной истории вызывали недовольство со стороны многих партийных и военных деятелей и вели их к столкновению со Сталиным.

В 1920 г. вышел в свет третий том «Гражданской войны» под редакцией Бубнова, Каменева С.С., Тухачевского и Эйдемана. Составителями этого тома являлись профессор Военной академии Какурин и бывший главком Вацетис. В период подготовки тома к печати Ворошилов и Егоров пытались оказать воздействие на редколлегию с целью вынудить ее внести коррективы в рукопись тома, подчеркивающие особую роль Сталина в гражданской войне. Сделав некоторые уступки в этом отношении, редколлегия не изменила своей оценки советско-польской войны, отметив ошибки командования Юго-Западного фронта (Егоров, Сталин). Следует сказать, что впоследствии весь состав редколлегии и авторы третьего тома были объявлены врагами народа и репрессированы.

После гражданской войны Тухачевский нередко подвергался нападкам со стороны Сталина, Ворошилова, Буденного и Егорова. Находясь на посту начальника штаба РККА, Тухачевский постоянно проявлял инициативу в улучшении организации работы штаба и вносил предложения по этим вопросам на имя Ворошилова. Однако эти предложения не получали поддержки. Ворошилов занял неправильную позицию по отношению к Тухачевскому, дискредитировал его, что сказывалось на работе всего штаба. Об их взаимоотношениях можно судить, например, по письму Тухачевского к Ворошилову от 5 апреля 1928 г.:

«В дополнение к тем соображениям, которые я высказывал Вам после заседания РВС, — писал Тухачевский, — считаю необходимым доложить два основных момента, делающих работу штаба РККА совершенно ненормальной… Прежде всего и в текущей и в плановой работе создается такое положение, что зачастую может казаться, будто Вы, как нарком, работаете сами по себе, а штаб РККА сам по себе, что совершенно противоестественно, так как, по существу, штаб должен быть рабочим аппаратом в Ваших руках по объединению всех сторон и работ по подготовке войны. Если он таким аппаратом не является, то, значит, дело не в порядке».