Красная земля, Черная земля. Древний Египет: легенды и факты - Барбара Мертц

Если считать «Заявление о невиновности» сводом этических норм, то следует признать такой свод весьма внушительным. В нем немало грехов, которые мы считаем незначительными. Число запретов превышает любой моральный кодекс, который я знаю. Однако впечатление портит тот факт, что посвященная моральным качествам глава представляет собой часть книги, почти целиком состоящую из разного рода заклинаний. Это наводит на мысль, что отрицание грехов – это тоже заклинание, призванное оградить душу от опасностей загробного мира. Отрицание грехов сводит грех на нет, а богов можно подчинить своей власти, называя их имена.

Однако главный судья, Осирис, без сомнения, выносит свой приговор по свидетельству сердца. Можно ли пересмотреть решение «Главнейшего из жителей Запада» при помощи папируса с заклинаниями?

Можно; но есть еще более простой выход из этого затруднительного положения. Глава 30 содержит текст, который писали на нижней стороне амулета с вездесущим скарабеем. Этот текст лишает нас всех иллюзий. Целью скарабея, как откровенно на нем написано, было заткнуть рот главному свидетелю: «Мое сердце, данное мне матерью! Мое сердце, данное мне матерью! Не выступай против меня! Не создавай противодействия мне среди судей! Не будь тяжелым, свидетельствуя против меня в присутствии хранителя весов!»

Здесь нет этического содержания. Говорят, что на небесах больше радуются раскаявшиеся грешники, чем многие из праведников. Египтянам даже не требовалось раскаиваться; вполне достаточно было иметь деньги на покупку свитка, в котором сказано о раскаянии.

Тем не менее неправильно было бы видеть в подобном подкупе правосудия переход от первобытной этики к утонченному цинизму. Литература более позднего периода позволяет сделать вывод, что в Египте не только стремились к моральным ценностям, но и чувствовали благочестивый страх по отношению к богам, а также понимали греховность человеческой природы. «Заявления о невиновности» сопровождались подкупом судей, но содержимое этих документов не следует полностью игнорировать. Матерому греховоднику – а таких в Египте, видимо, было немало – магия написанных на папирусе слов была достаточной гарантией пропуска в рай. Тем же, кто относился к богам почтительно, набор этих утверждений мог стать руководством, которому они честно старались следовать.

В Египте ошибаться могли даже боги, и, хорошо зная земные суды, человек, готовивший себя к суду, приговор которого не мог быть пересмотрен, по всей видимости, считал, что письменное свидетельство о его достойном поведении поможет ему. Вполне вероятно, что скромные погребения сами по себе служат свидетельством твердой веры в правильность приговора богов. Если человек мог надеяться на возрождение без помощи магических свитков и скарабеев, то, по всей видимости, он был уверен в своем праве с честью пройти суд Осириса и других богов.

На суд богов невозможно было подать апелляцию; признанных виновными немедленно уничтожали – это была «смерть во второй раз», которой египтяне боялись больше всего. Маленькие картины с изображением зала суда всегда включают фигуру чудовища под именем «Пожиратель душ». Само это имя говорит, какую роль выполняет монстр; иногда ему так не терпится сделать свое дело, что он, пуская слюни, встает на задние лапы. Мне это чудовище даже немного симпатично, и я не думаю, что египтяне принимали его всерьез. Даже на тех картинках, где оно сидит спокойно, следя голодными глазами за своим потенциальным обедом, человек улыбается и кланяется, полностью убежденный в том, что суд вынесет решение в его пользу.

Египетские монстры вообще не выглядят пугающими – тщательность рисунка и условность изображения сводят их к абстракции. Но видимо, египтяне относились к чудовищам не слишком благодушно. Некоторых богов трудно было отличить от чудовищ, поскольку они являли собой странную смесь людей и животных – и они могли быть весьма враждебными по отношению к душе, которую никто не защищает. Самыми распространенными демонами были змеи; величайшим врагом Ра, нападающим каждую ночь на его корабль в подземном море, был змей по имени Апофис. Однако в египетской теологии настоящих демонов не существует. Сет, убийца Осириса, был единственным злодеем, но и то в определенных условиях. В других своих деяниях он мог выглядеть весьма привлекательным и приятным. Именно он держал лестницу, чтобы умершие цари имели возможность подняться на небеса. Он помогал Ра отразить нападение угрожавшего тому змея. Во времена Девятнадцатой династии Сет был одним из покровителей царского дома.

Боялись египтяне своих богов или нет, но смерти они определенно страшились – и первой физической смерти, и второй, воскресения от которой уже не было. Довольно значительную часть жизни они уделяли тому, чтобы избежать полного исчезновения, и ради этого разработали самый сложный из погребальных ритуалов, известных на земле. Мы немало выгадали на этом, поскольку благодаря погребальному культу в наших музеях есть обширные коллекции, а в школьных учебниках достаточно материала; возможно, мы не станем считать изукрашенные футляры с мумиями и причудливые амулеты странными, если почувствуем за их экстравагантностью обычный человеческий страх и обычную надежду.