Власть - монополия на насилие - Олег Кашин

18 октября 2011. Должен признаться, что до вчерашнего вечера я вообще не знал, что на свете есть такой вице-спикер Совета Федерации Ильяс Умаханов, а он мало того, что существует, так еще и генерирует, судя по реакции президента, судьбоносные идеи. «Добровольный мораторий» на использование межнациональной тематики в предвыборной кампании, предложенный Умахановым, Дмитрий Медведев поддержал, пообещав давать носителям этой тематики, цитирую, «соответствующую правовую оценку без скидок на демократию и свободу слова». В последнее время почти ни одна речь президента или премьера не обходится без упоминания о вреде национализма, а теперь и участвующие в выборах партии ставят перед фактом: национальный вопрос — запретная тема.

Во что этот «добровольный мораторий» может вылиться на практике — да ни во что. В российской политике и так не первый уже год действует «добровольный мораторий» на любые политические шаги, предвыборные и не предвыборные, без согласования с Кремлем. Вы думаете, что, Жириновский, когда развешивал свои билборды с надписью «Мы за русских!», не спрашивал на это разрешения? Теперь, наверное, ему придется эти билборды убирать, причем интересно — это ведь просто президент в устной беседе поддержал предложение сенатора, не будет никакого закона, никакого даже президентского указа, а мораторий будет.

Система этих «добровольных мораториев» отлажена до автоматизма. Недавно я видел по телевизору лидера партии «Яблоко» Сергея Митрохина, который хвастался, как его партия очистилась от криминала, исключив из своих предвыборных списков бывшего архангельского мэра Донского, не сказавшего о своей давно снятой судимости. Никого почему-то не смущает, что снятая судимость возвращает человеку абсолютно все права, которые полагаются гражданину, в том числе право избирать и быть избранным, и то, что на судимых кандидатов у нас, оказывается, тоже существует «добровольный мораторий» — это ведь нигде и никем публично не обсуждалось, не было никаких поправок в законы, и даже вице-спикер Умаханов ничего такого не предлагал. Но мораторий при этом есть.

Теперь, очевидно, будет еще один. Он никому не нужен, никакого смысла в нем нет, но он будет — на всякий случай. Откуда взяться этому всякому случаю — непонятно, Кремлю подконтрольны все партии, идущие на выборы, и бояться, в общем, некого, но вот оказывается, что еще один инструмент, который в случае чего позволит снять кого-нибудь с выборов — такой инструмент Кремлю нужен.

Чтобы запереть дверь, достаточно одного замка. У нормальных людей на квартирных дверях, как правило, два замка. Если видишь дверь, на которой замков пять или больше, сразу понимаешь — здесь живет параноик. И про российскую политическую систему тоже что-то такое понятно, причем давно, задолго до этого «добровольного моратория».

17 октября 2011. На встрече Дмитрия Медведева с его сторонниками Тина Канделаки забавно оговорилась, сказала: «Когда вы были президентом». Откуда берутся такие оговорки — понятно, после последнего съезда «Единой России» президентский статус Дмитрия Медведева нуждается в том, чтобы постоянно о нем напоминать, иначе оговорка Тины Канделаки будет не самым обидным из того, что можно сказать о Дмитрии Медведеве. По сравнению с предыдущими тремя с половиной годами, которые мы прожили с президентом Медведевым, у нас, конечно, многое изменилось, и те три с половиной года — это уже прошлое, предыдущая микроэпоха, достояние истории.

Сейчас даже какие-то слова из тех времен царапают слух, но давайте вспомним, как это звучало — «раскол тандема». Или — «медведевская оттепель». Энтузиасты типа Игоря Юргенса или Евгения Гонтмахера писали километровых размеров статьи о неизбежности новой перестройки, а люди с более сдержанным эмоциональным устройством вылавливали в речах членов тандема намеки на возможный его раскол. Это, если помните, называлось «сигналы».

При этом, конечно, не все были от этих «сигналов» в восторге. Многие политические авторы были недовольны заигрывающим с либеральными настроениями президентом и открыто ностальгировали по путинским временам, мечтая об их возвращении. Молодого президента с его твиттером и гаджетами дразнили «лунтиком», а все его модернизаторские инициативы встречали даже не со скепсисом, а с откровенной насмешкой. Сейчас об этом тоже смешно вспоминать, но, «когда он был президентом», Медведева чаще критиковали с консервативных позиций, а сторонники перемен его почти не трогали.

Теперь, конечно, все изменилось. Теперь Медведев уже совсем не герой для либералов, и когда он пишет в «твиттере» — мол, кому интересны мои планы, включайте в субботу «Россию-24», главный герой протестной блогосферы Алексей Навальный отвечает ему — «Нам не интересно, нам стыдно». Никто уже не ловит сигналы, никто не ищет признаков раскола тандема. Зато те, кто вчера смеялся над медведевскими гаджетами и дразнился «лунтиком» — они теперь, наоборот, восхищаются им еще яростнее, чем когда-то Путиным. Автор близкой к «Единой России» газеты «Взгляд» перечисляет подвиги Медведева: победил грузинских агрессоров, уволил Лужкова, уволил Кудрина, в общем — «доказал, что он не настоящий либерал, а настоящий президент».

На субботней встрече та публика, которую принято называть «сурковской молодежью», стараясь не смеяться Медведеву в глаза, благодарила его за честность, откровенность и за то, что он «ввел в России моду на интернет». Медведев говорил в ответ, что он «плоть от плоти» «Единой России». Вы ждали перемен — вы их получили, в самом деле — еще месяц назад подобные сценки были невозможны.

Если бы эта встреча была запланирована месяц назад, политологи ждали бы ее, прогнозируя, что именно на ней Медведев объявит о своем втором сроке. Боже, как давно это было.

10 октября 2011. Цепляться за слова некрасиво, но если это слова президента — он ведь и произносит их, чтобы мы за них цеплялись, правда же? Дмитрий Медведев, беседуя с краснодарскими единороссами, предостерег их от «головокружения от успехов», уточнив при этом, что так говорил, снова цитирую, «один классик».

Как зовут классика, мы с вами знаем — Иосиф Сталин его зовут. Больше никто из классиков формулировку «головокружение от успехов» не использовал, а у Сталина, как известно, была такая статья, ознаменовавшая переход от очень кровавого этапа коллективизации к чуть менее кровавому.

Я не знаю, была ли эта цитата домашней заготовкой президентских спичрайтеров или импровизированным проявлением чувства юмора самого Дмитрия Медведева, но это ведь неважно. Что важно: Медведев это сказал, и все его поняли. Более того, «головокружение от успехов» — не единственный сталинский афоризм, известный в России всем и понятный всем, и в этом смысле, Медведев прав, Сталин действительно классик. В свое время один русский поэт, желая указать украинцам на их национальную неполноценность, писал, что умирая, украинец вспомнит «строчки из Александра, а не брехню Тараса», вот и с новой российской государственностью все так же: можно сколько угодно говорить, что нашей государственности 20 лет, или наоборот, придумывать и праздновать 300-летние и 200-летние юбилеи наших сугубо советских министерств и ведомств. Но и то, и другое будет мимо, потому что на самом деле вся родословная всех наших госструктур уходит именно туда — во времена «головокружений от успехов» и прочих «годов великого перелома», когда «кадры решали все».