Ренуар. Частная жизнь - Барбара Эрлих-Уайт

Помимо совместной работы, Ренуар позволял Андре – чаще, чем кому-либо другому, – изображать себя на многочисленных картинах и рисунках, которые относятся к периоду с 1901 по 1919 год. Иногда Андре запечатлевал его в одиночестве, например на портрете 1901 года, где художник изображен курящим сигарету в саду^[1127]. В других случаях он показывал Ренуара с семьей, как на картине 1901 года «Ренуар пишет портрет своей семьи в своей мастерской на рю Коленкур, 73, в Париже»^[1128]. Ренуар представлен здесь со спины, он изображает Габриэль с Коко на руках, а Алина сидит рядом – ее расплывшееся тело прикрыто коляской Коко; Жан, в том же клоунском костюмчике, что и на отцовском портрете 1901 года («Белый клоун»), стоит между двумя женщинами^[1129]. Не хватает только Пьера – он в школе. Помимо проявления простой приязни, Ренуар, по сути, включил Андре в состав своей семьи, пригласив стать крестным отцом Коко. Как и крестные отцы двух старших мальчиков, Андре был близким другом Ренуара. Поскольку молодой художник часто и подолгу гостил у Ренуаров, у него было много возможностей общаться с крестником.

Ренуар тоже навещал Андре и Малек, иногда по пути с Лазурного Берега в Париж, Эссуа или обратно; например, в мае 1903 года он жил у них в Лодене, городке под Авиньоном. Ренуар пишет об этом: «Заеду ненадолго к Альберу Андре в Лоден»^[1130]. Во время визитов к супругам Андре Ренуар много работал, в том числе написал «Портрет Маргариты Корнийак-Андре» и «Вид Лодена из дома Альбера Андре», обе картины 1904 года^[1131]; на фотографии, сделанной там же в 1904 году, он запечатлен с Малек и Габриэль^[1132]. Когда в ноябре 1905 года состоялась помолвка Малек и Андре, Ренуар отправил ей записку, где расхваливал «исключительные качества твоего будущего мужа», а потом добавил с приязнью: «Дорогая Маргарита, шлю тебе свои поздравления и искренние пожелания счастья на долгие-долгие времена»^[1133].

В младенчестве и раннем детстве Коко часто позировал отцу, но, повзрослев, почти перестал появляться на его картинах. Как и старшие братья, Коко в определенный момент потребовал, чтобы ему остригли волосы и купили одежду для мальчиков, и после этого перестал быть для Ренуара интересной моделью. Кроме того, возможно, Коко и самому разонравилось позировать: в 1909 году Ренуар пишет Шнербу, что мальчик уже подрос и больше не хочет позировать^[1134]. Коко уже достиг возраста, в котором обоих его старших братьев отправили в пансион, однако его образование оставалось бессистемным. Они с Алиной продолжали год за годом кочевать между Канем, Эссуа и Парижем, родители брали ему частных учителей, чтобы он мог сопровождать Алину в этих поездках, а чиновники от образования из Эссуа взяли на себя задачу организовать занятия Коко в соответствии с его возрастом^[1135]. Например, в январе 1908 года, когда Коко было шесть лет, Габриэль сообщила Ривьеру на обороте письма к нему от Ренуара, что «Коко и Жан будут заниматься каждый день, один – у священника, другой – у молодой дамы»^[1136].

Семью годами раньше, когда Коко только родился, Ренуар написал несколько портретов Жана, один из которых, «Сын художника Жан рисует»^[1137], сохранил у себя до самой смерти. Жан пострижен и одет, как взрослый мальчик. Жан впоследствии вспоминал: отец попросил дать ему карандаш и листок бумаги, чтобы мальчик рисовал фигурки животных, пока отец будет писать его портрет^[1138].

В 1902 году, когда Жану исполнилось восемь лет, Алина решила, что его, как и Пьера, нужно отдать в пансион. Пьеру предстояло отучиться в Сен-Круа еще год, и Алина сочла, что, хотя Жан на год моложе, чем был Пьер при поступлении в школу, ему проще будет приспособиться к жизни вне дома, если рядом будет старший брат. К сожалению, первая школа Жану не понравилась, и, проведя там полгода, после пасхальных каникул 1903 года он отказался возвращаться обратно. Родители тут же перевели его в пансион на юге Франции, недалеко оттуда, где жил Ренуар: «Жене и Пьеру придется уехать около 20-го [апреля]. Жан, видимо, останется, потому что мы поместили его в [среднюю школу] Станисласа Каннского, где он счастлив, как король»^[1139]. Жан был далеко не так счастлив, как казалось отцу, и провел в Станисласе всего несколько месяцев.

Следующей осенью он уже учился в другом, парижском пансионе Сен-Мари-де-Монсо на рю Монсо, неподалеку от их городской квартиры на рю Коленкур. Поскольку Ренуар с Алиной проводили много времени на юге, друзья его по очереди развлекали Жана на выходных, как раньше развлекали Пьера. Ренуар был им очень признателен – в конце 1903 года он пишет Жанне Бодо: «Мне очень стыдно за то, что Ваш крестник отнимает у Вас так много времени, но Вы относитесь к нему с такой добротой, что мне не хочется обижать Вас выражениями признательности. Просто скажу, что мне это доставляет огромную радость». На полях письма он приписал: «Габриэль передает свои наилучшие пожелания», следующие три слова, «Это ее Жан», подчеркнуты, а закончено так: «Она попросила меня передать Вам, как ее радует [что Жанна так добра к Жану]. Р.»^[1140]. Действительно, Габриэль девять лет нянчила Жана и продолжала очень его любить. Присматривала за Жаном не только Жанна Бодо, но и жена Андре, Малек. Через несколько дней после письма Жанне Бодо Ренуар пишет Андре: «Очень буду признателен, если ты поблагодаришь мадемуазель Корнийак за Жана. Я и сам скоро это сделаю»^[1141].