Русский Берлин - Александр Попов

«…Вдова Яблокова решила вновь выйти замуж и обратилась к надзирателю с просьбой разрешить ей остаться в поселке после замужества, пока ее старший сын не вернется с военной службы. Надзиратель сообщил в полк, что он отказал в просьбе, поскольку, в соответствии с частью V приказа, вдова могла распоряжаться собственностью, только если не вступала в повторный брак. Если бы он сделал исключение для вдовы Яблокова, другие вдовы в будущем могли бы ссылаться на этот пример. В конце донесения надзиратель дружелюбно прибавил: «Я сомневаюсь, что предполагаемая женитьба вдовы Яблокова будет благотворна для нее или ее детей, но она настолько захвачена своей страстью, что ожидает полного счастья от мужчины, которому 27 или 28 лет от роду, в то время как ей 31 августа исполнится 51 год» Тем не менее, вдова не послушалась уговоров и вышла замуж за молодого человека. Она жила счастливо и управляла хозяйством до 1846 г., пока сын не вернулся из армии, после чего переехала в Потсдам, где она и скончалась в 1856 г.».

«Русская деревня» под Берлином привлекла внимание состоятельных потсдамцев и жителей столицы, увидевших в уютной Александровке прекрасную возможность «пожить в России», не выезжая из Германии. Благо просторные избы с устроенным по-немецки бытом позволяли сделать это, не жертвуя повседневными привычками. На возникший спрос поселенцы ответили соответствующим предложением, и летом Александровка стала превращаться в своеобразный дачный поселок.

Гости жили в домах, хозяева переселялись на время в достаточно комфортабельные сараи или другие хозяйственные постройки. Особенно полюбили «русскую деревню» представители столичной творческой богемы. Жены поселенцев хлопотали на кухне, стараясь угостить постояльцев «русскими» кушаньями, мужья при случае могли усладить слух гостей застольной русской песней.

В первых поколениях александровцев соблюдались русские национальные традиции, дети получали русские имена, их учили русскому языку и Закону Божью, но обитатели деревеньки все глубже втягивались в окружающую среду. Фамилии были переиначены на немецкий манер: Grigorieff, Alexeieff и т. д. В 1830 г. русский хор выступил в последний раз. Последний из солдат-песенников, получивших в 1827 г. «квартиры» в Александровке, — гренадер Дмитрий Сергеев — ушел из этого мира в 1861 г. В большинстве усадеб тогда жили сыновья первопоселенцев с семьями. Постепенно дома в Александровке стали занимать немцы, прежде всего приближенные к королевскому двору. Они платили арендную плату государству. Начиная с 1848 г. права на усадьбы получали в первую очередь раненые унтер-офицеры прусской армии. Но, несмотря на национальность и социальный статус, обитатели Александровки считали своим долгом хранить ее русский колорит, хотя во второй половине XX в. в некоторых домах была произведена внутренняя перепланировка.

Деревенский храм

Метрах в трехстах от деревенской окраины на холме стоит бело-розовое здание церкви Александра Невского, увенчанное черным куполом с золотым крестом. При ее закладке 11 сентября 1826 г. присутствовал король. Надпись на закладочном камне гласила: