Письма к императору Александру III, 1881–1894 - Владимир Мещерский
Книгу Письма к императору Александру III, 1881–1894 - Владимир Мещерский читаем онлайн бесплатно и без регистрации! Читать онлайн вы можете не только на компьютере, но и на андроид (Android), iPhone и iPad. Наслаждайтесь!
212 0 22:04, 26-05-2019
ЧИТАТЬ КНИГУ ОФЛАЙН в приложении android
Книга Письма к императору Александру III, 1881–1894 - Владимир Мещерский читать онлайн бесплатно без регистрации
– Да неужели же это будет, – говорю я, – разве трудно это дело прихлопнуть с самого начала.
– Надо, да вот неизвестно, как взглянет на дело гр. Дмитрий Андреевич![330] – отвечает Делянов.
Днем от двух до четырех была елка для беднейших из бедных 50 детей у меня. Были и калеки, и почти слепые дети. Были прелестные дети. Вот крошечный эпизод, от которого навертываются слезы. Дети получают обед прежде елки и чай. Я вхожу во время трапезы. Одна крошка при мне берет свой кусок кулебяки, но не ест. Потом слышу, как детским голоском она обращается к приведшей ее женщине и просит ее взять этот кусок пирога, спрятать и отнести «маме». Вот чудная душа в зародыше. Приехала и Ел[изавета] Алекс[еевна] Нарышкина, как раз когда дети хороводом плясали кругом елки.
Благодаря Государю явилась возможность сделать хорошую елку. Дети получили: пальто теплое, сапоги, чай, сахар, пряники, орехи, игрушку или 40 коп. деньгами и Евангелие.
Вечером заезжал к Победоносцеву.
Говорили о Палестинском обществе[331]. Он меня рассмешил. Поднимая руки, он говорил, что тут не разберешься, кто прав, кто виноват; это гоголевский уездный город; тут личности и сплетни; надо отстраняться… Намедни В. К. Сергей А[лександрович] ездил к [Н. К.] Гирсу объясняться. Ну и что же? У Вел. Кн. была чуть не истерика, и у Гирса тоже! Вот и все! Нет, мой совет вам, лучше ничего не писать…
К. П. [Победоносцев] очень грустит об уходе И. Н. Дурново. «Было с кем говорить, – говорит, – живой человек был, а теперь уж не знаю, что будет; с гр. [Д. А.] Толстым не разговоришься, [В. К.] Плеве, Бог его знает, кто он». Вообще застал К. П. в минорном настроении.
Был сегодня на вечернем собрании у милого всем нам графа [А. А. Голенищева-]Кутузова, поэта. Там видел [А. Н.] Майкова, поэта и председателя Иностранной цензуры[332]. Он рассказывал прелюбопытную вещь. За границей появилась новая программа русских анархистов, под названием: хождение в правительство[333]. Мысль такая: все опыты хождения в народ для революционной пропаганды, по убеждению анархистов, не приводят ни к каким результатам; гораздо лучше и вернее пытаться под личиною преданности и добродушного раскаяния входить и пробираться в правительственные сферы и занимать не видные, но влиятельные должности в министерствах, чтобы незаметно достигать двух целей: 1) разделывать то, что сверху предпринимается к укреплению власти и 2) наталкивать и направлять в направление вредное для интересов власти и порядка.
Это не особенно ново и довольно наивно, как политическая программа заговорщиков, но Боже мой, какое поразительное совпадение этого известия с тем, что я так недавно еще писал в этом же Дневнике о невидных, но влиятельных деятелях в Министерстве финансов, задавшихся как будто программою мешать всем благим намерениям Высшего правительства осуществляться. И если припомнить при этом тот разговор, который однажды был в редакции «Голоса» на вечере у [А. А.] Краевского, и мне передан был слышавшим его, – о том, что самый лучший путь заставить правительство дать конституцию, это вести финансы к разорению России, то поневоле становится ясно, что вопрос, поднятый швейцарскими заговорщиками в печати – совсем не так невинен, как кажется.
Невеселые вести привозят из провинции приезжие. Видел пензенского [И. А.] Арапова; он плачет над полною невозможностью продать что бы то ни было в деревне хоть на 1 рубль. Денег нет, и цен нет. Видел екатеринославского [Г. П.] Алексеева; он плачет над отпускными нижними чинами, от которых житья нет в деревнях, и над которыми нет острас[т]ки; плачет он тоже над наемною стражею при тюремных замках, вследствие чего побеги арестантов удаются постоянно.
Один практический человек пишет мне из провинции: «Не понимаю, с чего это у нас ухаживают за всякими арестантами сто раз больше, чем за честными солдатами. Солдата заставляют работать, а арестантов не трогай, не смей беспокоить работою; корми, пои его, заботься о нем, чтобы житье ему было сладко… а тронешь пальцем, тебя под суд. Такое воззрение на арестанта и глупо, и безнравственно, и весьма для государства невыгодно.
Не лучше ли подумать вот о чем: Россия страдает дурными дорогами… Отчего всех арестантов Российской империи не употреблять на стройку и поправку дорог и вообще на все публичные работы, на том же основании, на каком в губернских городах работают любимые в нем рабочие, арестанты арестантских рот? А зимою заводить везде плотничные и подобные им работы».
По-моему, это мысль верная. У нас теперь арестант больше в почете, чем солдат, и солдат ему завидует.
Недавно за границею схвачен был и привезен сюда молодец, укравший по фальшивой доверенности деньги из Госуд[арственного] банка. Везли его, как он рассказывал сам, в вагоне через Швейцарию. Он закурил. Конвойный ему запрещает курить; он не слушается; тогда конвойный бац, и ему подзатыльник. На одной из станций арестант приносит жалобу на конвойного. Его тащут к мировому судье. Судья выслушивает жалобу арестанта.
– Правда, что вы ему дали подзатыльник? – спрашивает у конвойного судья.
– Правда, и вот за что. – Жандарм объяснил.
– Ну, в таком случае жалею, что вы этого молодца три раза не ударили, – решил судья, обратившись к конвойному, и признал его правым.
– В России только, – сказал арестованный мошенник, – я вздохнул, со мною обращаются любезно, и не только не запрещают курить, но предлагают при допросе садиться и покурить…
И это верно.
[М. Н.] Галкин[-Враской] разводит флору в тюремных садах.
Опять толки о назначениях самые курьезные, и в каких веских салонах: В. К. Мих[аила] Николаевича будто бы не назначают на 1886 год председателем Госуд[арственного] совета, а будет назначен гр. Дмитр[ий] Андр[еевич] Толстой с сохранением какого-то верховного управления Минист[ерством] внутр[енних] дел; [А. А.] Абазу назначают министром финансов… Дурново Ивана Николаевича на место, которое занимал [К. К.] Грот.
Про последний слух все говорят с сочувствием. И самом деле, вот человек, созданный для этого места, и точно идеал для него: человек прекрасной и любящей души, человек честнейший и в самых лучших так сказать отношениях ко всем и со всеми. Cela lui irait comme un gant[334], как говорят французы, и как от такого душевного человека выиграет и оживится дело учреждений Императрицы Марии.
Прочитали книгу? Предлагаем вам поделится своим впечатлением! Ваш отзыв будет полезен читателям, которые еще только собираются познакомиться с произведением.
Уважаемые читатели, слушатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.
Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний. Просьба отказаться от нецензурной лексики. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.
Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор сайта
Оставить комментарий
Mkot1312 июль 21:17
