Сыны Каина: история серийных убийц от каменного века до наших дней - Питер Вронский

Какими историческими или социальными факторами можно объяснить низвергнувшийся в XIX веке на мир поток сексуальных серийных убийц? Во-первых, секс окончательно загнали в подполье. Хотя проституция сама по себе осуждается с давних пор, сексуальность в целом выражалась до середины XIX века гораздо более открыто. Вплоть до 1860-х годов Викторианской эпохи для британцев высшего класса все еще не возбранялось купаться нагишом на общественных пляжах, хотя если они желали уединиться, то в море можно было выкатить специальные кабинки для купания на колесах^{347}. Через двадцать лет, то есть к 1880-м, подобное было уже немыслимо.

Автор и социальный критик Колин Уилсон предполагает, что в росте садистских сексуальных серийных убийств основную роль сыграли два фактора: экспансия женской рабочей силы и новая сексуальная чувственность, которая нашла отражение в возникшем жанре порнографической литературы^{348}.

По утверждению Уилсона, сегодня каждый мужчина знает, что большинство женщин, с которыми он сталкивается в городе, для него недоступны. Однако в XIX веке (большей его части) все было наоборот. Проституцией занимались тысячи обездоленных городских женщин, и ими мог завладеть любой мужчина с парой монет в кармане. Но в последние десятилетия XIX века выяснилось, что женщины лучше, чем мужчины, печатают на машинке, замечательно работают продавщицами и так далее. Представители нового среднего класса также начали нанимать тысячи молодых женщин в качестве домашней прислуги. Теперь мужчины столкнулись с большим числом удачно трудоустроенных и недоступных им женщин, а на это наложилась философия Викторианской эпохи, гласящая, что секс не для продолжения рода – вещь неестественная и нездоровая. Женщины стали недосягаемым объектом запретного желания – гарантированный рецепт взрывоопасного коктейля из дезориентированного и фатально извращенного либидо.

Кроме того, характер порнографической литературы внезапно изменился, отражая новую викторианскую культуру, направленную на подавление сексуальности. В прошлых столетиях эротическая литература и живопись изображали секс открыто и свободно. Им следовало наслаждаться, смаковать ощущения, как за вкусным обедом. Но в XIX веке порнографическая литература стала брать пример с творчества маркиза де Сада. Он описывал секс как нечто запретное – табу, которое можно нарушить только через вуайеризм, тайное соблазнение, плен, применение силы и изнасилование. В порнографическом романе XIX века добродетельная викторианская женщина могла наслаждаться сексом только в том случае, если ее подавляли и принуждали к нему силой.

Обычным в ту пору сюжетом стал захват невинных викторианских путешественниц пиратами или похотливыми турками. В таких историях женщины открывали для себя удовольствия секса после изнасилования в гареме. Детей изображали сексуальными существами, способными на намеренное соблазнение дворецкого. В книгах смешивались сцены рабства, порки и секса, причем последний почти всегда означал для женщины боль и потерю девственности – часто в детском возрасте и с обильным кровотечением. В эпоху, когда печатные издания представляли собой все доступные средства массовой информации, эта дешевая, популярная, продаваемая выпусками, как журналы, литература оказала огромное влияние на воображение скучающих, разочарованных и подавленных мужчин, среди которых, без сомнения, был и Джек Потрошитель.