Весна и осень чехословацкого социализма. Чехословакия в 1938–1968 гг. Часть 1. Весна чехословацкого социализма. 1938–1948 гг. - Николай Платошкин

Госдепартамент был прав в юридическом анализе явно неблагоприятной для США ситуации. Сталин подтвердил Фирлингеру в Москве в июне 1945 года, что между США и СССР нет никакого соглашения о зонах оккупации Чехословакии, так как она является союзным государством^[407]. Сталин обещал ограничить советские войска в ЧСР восемью-девятью дивизиями, которые будут расположены вдоль границы с Германией. Большую часть войск Сталин обещал вывести из ЧСР уже к 5 июля.

Главнокомандующий англо-американскими союзными войсками в Европе Эйзенхауэр хотел выводить американские части из ЧСР в одностороннем порядке, так как армия США нуждалась в подкреплении для войны против Японии. Он хотел полностью вывести все войска из Чехии к 15 ноября 1945 года. Этого же требовало и американское общественное мнение.

Советское командование начало выводить войска из Чехословакии в июне 1945 года, и вывод войск из Праги был закончен к 3 июля, о чем Бенеш «с радостью» сообщил американскому временному поверенному. Американцы отмечали, что численность советских войск в ЧСР в июле 1945 года сократилась с 150 до 40 тысяч человек.

О том, как вели себя летом 1945 года в Чехии американцы, ярко свидетельствует инцидент с вице-премьером от КПЧ Широким. Его машину с винтовкой наизготовку 24 июня остановил американский патруль на дороге неподалеку от города Чески-Крумлов. В присутствии собравшихся вокруг судетских немцев американец, знавший французский язык (на нем и шел разговор), заявил, что титул Широкого его мало интересует: «Я – американский солдат. Ждите.». Машину Широкого развернули и отправили обратно. При этом часовой пропустил колонну немецких пленных. Американскому посольству в Праге пришлось принести Широкому извинения.

В июле 1945 года с санкции американцев в Судетах спокойно занимали свои места бургомистры-немцы, члены НСДАП. В госпиталях лечились 15 тысяч раненых немцев, в то время как мест для чехов не хватало.

Правительство ЧСР официально потребовало вывода американских войск еще до окончания вывода Красной армии. 23 июля американского посла просил об этом премьер Фирлингер, подчеркнувший, что Красная армия выводит свои войска согласно обещанию Сталина. Однако американцы списывали такие просьбы на давление «восточных коммунистов» во главе с Готвальдом и уходить не спешили.

В Пентагоне основанием для пребывания американских войск в ЧСР считали «неформальную договоренность» с некими деятелями чехословацкого правительства о желательности одновременного вывода советских и американских войск. Хотя официально ЧСР нотой от 30 июня 1945 года потребовала вывода именно американских войск.

2 августа 1945 года Бенеш сказал американскому послу, что вывод советских войск идет по графику. Неплохо было бы, чтобы и американцы начали вывод. Бенеш специально упомянул о «хорошем отношении» американских войск к судетским немцам, которое трудно понять чешскому населению, пострадавшему от нацистов^[408].

Посол США Стейнхардт сообщал из Праги 25 августа, что к официальным просьбам чехословацкого правительства о выводе войск не надо относиться серьезно. Мол, эти просьбы делаются с оглядкой на русских. Якобы министр иностранных дел Масарик выказал послу озабоченность по поводу пребывания советских войск в ЧСР и даже говорил о своем желании направить в Москву министра обороны Свободу или Фирлингера, чтобы ускорить вывод Красной армии.

В сентябре 1945 года Бенеш с помощью американских дипломатов снова возобновил усилия, направленные на скорейший вывод из ЧСР Красной армии. Он убеждал американцев, что если советские войска не уйдут, то коммунисты получат много голосов на предстоявших парламентских выборах. На самом деле Бенеш, видимо, хотел, используя «советский жупел», поторопить с выводом войск самих американцев. Мадам Бенеш даже сказала американскому временному поверенному, что «правильный ответ» сразу излечит ее мужа от бессонницы.

Американцы, в свою очередь, хотели спровоцировать Бенеша обратиться к Сталину с предложением об одновременном отводе советских и американских войск, но тот отказался. Госдепартамент надеялся на отказ Москвы, который дал бы американцам повод тоже задержаться в Чехословакии^[409]. Стейнхардт беседовал об этом с Бенешем 14 сентября 1945 года. Президент ЧСР предложил американцам подготовить план-график вывода своих войск и представить его Москве с намеком, что русским надо сделать то же самое. Он уверял Стейнхардта, что Сталин настроен на вывод войск.

На совещании с участием госсекретаря и министра обороны в Вашингтоне 16 октября 1945 года было принято решение, чтобы Трумэн отправил Сталину письмо с предложением об одновременном выводе советских и американских войск из Чехословакии. В письме от 2 ноября президент США предложил Сталину вывести все советские и американские войска из Чехословакии к 1 декабря 1945 года.

Трумэн писал: «…В последние дни войны американская армия пересекла западные границы Чехословакии, преследуя общего врага, и продвинулась на линию севернее Пльзени, в то время как Красная армия, геройски сражаясь, с востока вошла в город Прагу. Таким образом, армии Советского Союза и США осуществили освобождение Чехословакии. После прекращения военных действий армии наших стран остались на территории Чехословакии, чтобы помочь чехословацкому народу в ликвидации остатков нацистских сил.

Однако сохраняющееся присутствие союзных войск оказалось большим бременем для экономических ресурсов Чехословакии и препятствует восстановлению этого союзного государства, которое находилось под господством нацистов дольше, чем любая другая страна Объединенных Наций. Поэтому я хочу вывести американские войска с чехословацкой территории к 1 декабря 1945 года. В отсутствие аналогичного намерения советского правительства, в Чехословакии остается большое количество солдат Красной армии. Поэтому я хотел бы предложить Вам вывести войска Красной Армии одновременно с нашими войсками…»^[410]

Конечно, никакой юридической аргументации в письме Трумэна не содержалось, а Бенеш был готов сохранить на территории ЧСР восемь-девять советских дивизий как гарантию против германского реваншизма. Но, к удивлению госдепартамента, Сталин немедленно согласился^[411], вдобавок извинившись, что задержал ответ на неделю из-за плохой погоды в районе Сочи, куда не сразу доставили авиапочту из Москвы. Сталин приветствовал предложение Трумэна, так как оно полностью соответствовало советским планам демобилизации армии.