Флагманы Победы - Николай Скрицкий

Эскорт, которым располагал Антонов, имел немного средств для борьбы с авиацией. Поэтому транспорты его конвоя днем 29 августа оказались почти без защиты. Поврежденный авиацией «Иван Папанин» с трудом дотянул до острова Гогланд, где 2500 пассажиров высадили на берег. Транспорт «Шауляй» также получил повреждения, его к берегу Гогланда доставил буксир «Тазуя», который из-за повреждения сам приткнулся к берегу. На берег с «Шауляя» выгрузили 700 человек артдивизиона. Позднее спасенных вывозили, и они входили в состав войск, оборонявших Лениград^[612]. Транспорт «Эверитас» подорвался на мине и затонул^[613].

Переход конвоев и отрядов был завершен 30 августа. В Кронштадт прибыли 112 кораблей, 23 транспорта и вспомогательных судна; в пути погибли 15 кораблей и 31 судно; торговый флот Балтийского бассейна лишился 22 судов, не считая 6 судов, стоявших на мели у Гогланда.

Корабли дивизиона Антонова также пострадали. Канлодка «Амгунь» из третьего конвоя 29 августа получила 2 бомбовых попадания, но смогла дойти до Кронштадта^[614].

После Таллинского прорыва органы НКВД провели расследование и допросили всех должностных лиц, однако с протоколами допроса, по уверениям В.Д. Доценко, не ознакомился ни один морской историк^[615]. Можно полагать, что вины в действиях Антонова не нашли, и он оставался командиром дивизиона канлодок, которым еще предстояло немало повоевать.

С приходом главных сил флота в Кронштадт 30 августа все исправные 23 корабля были включены в систему обороны города. Среди них были 2 линкора, 3 крейсера, 10 эсминцев и лидеров, отряд канонерских лодок из 8 единиц («Амгунь», «Красное знамя», «Волга», «Зея», «Кама», «Москва», «Селенга», «Сестрорецк»)^[616]. Их артиллерия составила основу обороны Ленинграда.

В начале октября 1941 года Краснознаменный Балтийский флот оказал значительную помощь войскам Ленинградского фронта, которые попытались провести наступательную операцию, чтобы восстановить сухопутные коммуникации на южном побережье Невской губы. Несколько десантов были высажены в районе Нового Петергофа и Стрельны при поддержке 4 авиаполков. С моря десантников поддерживала артиллерия линкора «Октябрьская революция», крейсера «Киров», 6 эсминцев и лидеров, а также канонерских лодок «Амгунь», «Волга», «Москва» и «Кама». Эти действия заставили противника стянуть войска и срочно создавать противодесантную оборону побережья. Высадка десантов кончилась неудачей. 20 октября корабельная артиллерия поддерживала попытку окружить и уничтожить шлиссельбургско-сенявинскую группировку противника, но неприятель опередил. Только в ноябре удалось восстановить положение, а в декабре оттеснить противника в прежнее положение^[617].

1 декабря канлодка «Волга» участвовала в прикрытии конвоя от Ханко и отражала нападение неприятельских кораблей, вышедших из шхер^[618].

К концу 1941 года большая часть кораблей была собрана в Ленинграде. Для обороны Кронштадта зимой оставили линкор «Марат», лидер «Минск», канлодки «Волга» и «Кама», 5 сторожевых кораблей и 18 тральщиков^[619].

Осенью 1941 года на Антонова была составлена аттестация, в которой значилось: «Корабли дивизиона в результате 5-ти месяцев боевой деятельности подготовлены удовлетворительно к выполнению задач по огневому содействию сухопутным войскам, отражению атак с воздуха и перевозкам войск… Долгое время Антонов действовал с дивизионом самостоятельно, с возложенными на него задачами справился. В боевой обстановке ведет себя спокойно и уверенно, в сложной обстановке ориентируется хорошо»^[620].

С 20 января 1942 года капитан 2-го ранга состоял начальником штаба Охраны водного района (ОВР) КБФ^[621]. После эвакуации Таллина была создана единая Охрана водного района флота из кораблей и судов ОВРа Таллинской, Кронштадтской военно-морских баз и Минной обороны КБФ. К ним присоединили катера и корабли с Ханко^[622]. Всего в составе организованного 30 августа ОВРа КБФ состояло 210 различных кораблей и катеров, в том числе 2 минных заградителя, 50 тральщиков, 47 катеров-тральщиков и 45 малых охотников. В условиях, когда неприятель из береговой артиллерии мог обстреливать маршрут от Кронштадта до Ленинграда, корабли и катера обеспечивали дозорную службу, морские перевозки и выполняли другие задачи^[623]. В частности, моряки очищали от мин фарватеры, осуществляли защиту конвоев от ударов с воздуха и моря.

В зимний период моряки занимались ремонтом и довооружением своих кораблей и судов. Кроме того, из экипажей были сформированы сухопутные отряды, которые охраняли места базирования со стороны земерзших Невы и Невской губы. Ладинский отмечал, что за зиму были подведены итоги боевых действий 1941 года, проанализированы недостатки, а лучшее из боевого опыта сделано достоянием всех экипажей. Моряки изучали оружие и тактические приемы. С весны ОВР КБФ получил ряд задач: обеспечение выхода в море подводных лодок, поддержание сообщений с островами Лавенсари и Сескар, где оставались гарнизоны, дозорная служба, постановка мин на фарватерах противника, траление неприятельских мин с различными типами взрывателей^[624].

Нет сомнения, что во всех этих действиях принимал участие и штаб ОВРа. Позднее Ладинский вспоминал о моряке, который сменил его на посту начальника штаба ОВР КБФ: «Первые впечатления обнадеживали – Неон Васильевич за дело взялся энергично, разумно, показал неплохие штабные качества. Эти впечатления подтвердились и в дальнейшем»^[625].