История тайных обществ, союзов и орденов. - Георг Шустер

Этим лозунгом, заимствованным, вероятно, из знакомой нам «реформации», воспользовался один крупный крестьянский союз, который и запечатлел его на своем синем с белым знаменем; кроме того, на нем красовались, с одной стороны — рядом с изображением распятого Христа — лапоть, с другой — коленопреклоненный крестьянин с поднятыми кверху руками.

Центральным пунктом заговора, лучи которого расходились по всем соседним рейнским, майнским и некарским округам, — была шпейерская деревня Унтергрумбах в Брухрайне близ Брухзаля. В близлежащем лесу в темную ночь происходили тайные собрания, на которых обсуждались положения союза и совершался прием новых членов.

Этот прием происходил при соблюдении религиозных обрядов: поступающий должен был, стоя на коленях, произнести пять раз подряд «Отче наш» и «Ave Maria»; он обязан был делать это ежедневно и после того, как становился полноправным членом союза. По всей вероятности, по этому признаку, который не мог броситься в глаза непосвященному и не мог навлечь подозрений на члена союза, заговорщики узнавали друг друга. Каждый посвященный должен был поклясться: по мере своих сил оказывать всяческое содействие союзу и старательно оберегать как самый союз, так и поставленные им задачи и цели от вмешательства непосвященному; свято хранить лозунг союза, в котором слышатся отклики злобной песни процессии паломников времен Никласгаузена. Лозунг состоял из вопроса: «Скажите, что это за жизнь теперь?» — и ответа: «Мы не желаем знать попов и дворян», причем отвечающий должен был подать спрашивающему правую руку.

Весной 1502 г. к союзу принадлежало уже 7000 посвященных мужчин и 4000 женщин. Исполненная решимости и отчаяния толпа решила немедленно взять врасплох город Брухзаль, после чего она намеревалась пройти со знаменем революции по всей Германии, беспощадно уничтожая противников, особенно же богатых прелатов. Однако незадолго до решительного момента один из заговорщиков на исповеди доверил тайну священнику, который немедленно донес об этом епископской власти. Заговорщики не успели опомниться, как их тайные замыслы были раскрыты, а мрачный союз распался уже во второй раз. И только многочисленные уголовные процессы, которые произвели среди заговорщиков ужасающие опустошения, напоминали о недавнем прошлом.

Главарь восстания, Иост Фриц, один из самых опытных демагогов того жестокого времени, ускользнул от епископских палачей и с неутомимой энергией принялся снова за дело, потерпевшее неудачу.

После долголетних странствий по Швейцарии, Эльзасу и Шварцвальду, которыми Фриц воспользовался, чтобы возобновить старые связи и завязать новые, он поселился в 1512 г. в деревне Леен в Брейсгау и тотчас по обычаю демагогов принялся агитировать среди «бедных людей»; успех его был чрезвычайно велик. Дело в том, что этот бывший ландскнехт обладал в высокой степени всеми теми качествами, которые требуются от вожака народного движения: непоколебимой храбростью, несокрушимой энергией, отличным знанием людей, широкой совестью и тем демоническим даром притворства и искусства убеждать, которому так легко подчиняется бессознательная толпа. И каждый простой человек, слыша его пламенные речи об испорченности света, о Божьей справедливости и о крестьянском лапте, рассчитывал, «начиная с этого момента, сделаться блаженным и богатым». Чего можно ожидать от таких союзников, выяснилось уже очень скоро.

Опытный заговорщик знал свое дело. В этой обстановке он и стал развивать свою программу: рыболовство, охота в лесах и лугах должны быть общедоступны, церковные имущества подлежат конфискации, все долги, проценты на которые достигли суммы капитала, должны быть прощены, а ростовщические проценты должны влечь за собой наказании по божескому праву. Всякому, кто присоединится к союзу, будет обеспечена жизнь и невредимость; кто ему воспротивится, будет убит.

К предложению Фрица устроить новый «лапоть» тотчас же присоединилось множество крестьян. Колеблющихся удалось подбодрить и втянуть в заговор местному священнику, который давно уже стоял на стороне Поста, причем доказывал им бесспорное божественное право «лаптя» на основании Библии. В союзе с ним и с третьим главой, которого звали Штоффель из Фрейбурга и который разъезжал, агитируя, на белой лошади по всему Шварцвальду и долине Рейна, Пост Фриц вербовал многочисленных приверженцев и объединял их в замкнутые окружные союзы.

Связи между отдельными округами поддерживала многочисленная корпорация странствующего люда, которая составляла, под начальством собственных предводителей, род признанного цеха: тут были профессиональные нищие, бездомные торговцы, которые ходили из одного двора в другой и пользовались народными симпатиями как передатчики всевозможных новостей, ловкие фокусники и музыканты, игравшие по деревням, и им подобные неугомонные и бесправные бродяги, составлявшие в ту пору настоящий бич страны. Предводителем этих опасных шаек были обещаны высокие денежные суммы, если им удастся при помощи своих испытанных агентов раздуть к назначенному времени огонь в различных пунктах в Брейсгау, Эльзасе и в маркграфстве Бадене.

Весь Баден до епископства Шпейерского был минирован. В верхнем Эльзасе и Вюртемберге у союза было много горячих сторонников.

В тайных ночных сборищах, преимущественно в тавернах, Пост и Штоффель проводили смотр своих членов. Также и на храмовых праздниках и ярмарках происходили собрания отдельных округов.

В виде знака для опознания все заговорщики носили латинское «Н», вырезанное из черного сукна и нашитое на красном фоне спереди груди на белье. Кто собирался поступить в союз, но не был еще посвящен в его тайны, носил на правом рукаве своей одежды три крестообразных надреза.

В качестве союзного лозунга был принят, с некоторыми изменениями, вопрос: «Привет тебе, парень, каков твой нрав?» — и ответ: «Бедному человеку нетуже на свете житья». Наряду с этим, должно быть, для непосвященных еще новичков, был в ходу пароль «St. Jord» (Св. Георгий). Перед самым восстанием всем его участникам предполагалось сообщить новый тайный лозунг, который до тех пор оставлял исключительное достояние предводителей.

Пост Фриц и его единомышленники — среди них бывалый и речистый булочник Иероним — расширили во время неоднократных сходов на Гартматте прежнюю программу, включив в нее некоторые добавления. Отныне никто не должен был признаваться господином, кроме Бога, папы и императора. Церковные суды подлежали ограничению, а императорские — полному упразднению. После того как Пост Фриц, по примеру отца Иоанна из Леена, изъявил готовность доказать истинность всех положений союза на основании Святого Писания, все собравшиеся произнесли союзную клятву и дали обет «считать тайну священной, стоять друг за друга и друг друга не покидать».

На том же собрании было решено раздобыть союзное знамя с особо значительными символами, которым приписывалось магическое действие на массы. С большим трудом Фрицу удалось достать в Гейльбронне живописца, который исполнил это опасное дело. На синем фоне знамени красовалось изображение Распятого, справа от него — Божия Матерь, слева — Иоанн Креститель. Кроме того, тут были нарисованы папа и император и под крестом — коленопреклоненный крестьянин с лаптем, вдоль всего знамени была начертана надпись: «Господи, окажи свое божеское правосудие!»