Трагедия верности. Воспоминания немецкого танкиста. 1943-1945 - Вильгельм Тике

За здание компании «Герольд» развернулись ожесточенные бои. Из подвалов были слышны взрывы. На Шарлоттенштрассе русские пробивались вперед к Кохштрассе и дошли до нее в 13 часов. Оттуда и вниз по Лейпцигерштрассе русские все сильнее напирали на Фридрихштрассе. В 16 часов советским войскам удалось через подвалы Путткамерштрассе занять подъезд у здания компании «Герольд». В этот день опять шли жесточайшие бои. Необходимые боевые группы держались и сражались на свой страх и риск. Ни одна из них почти ничего не знала о другой, каждая оборонялась, как только могла. Процитируем командира боевой группы в здании компании «Герольд», унтершарфюрера Шоллеса, чья группа состояла из бойцов полка СС «Данмарк», моряков, фольксштурма и призванных по имперской трудовой повинности; немцев, датчан и латышей:

«Я сказал, что, если мы не хотим, чтобы нас перестреляли как куропаток, нам в первую очередь необходимо снова занять подъезд. Контратака, начатая после предварительного забрасывания ручных гранат, провалилась

из-за интенсивного огня из заднего корпуса. Готовилась вторая контратака, она должна пройти после наступления темноты. Для этой цели мы делаем пролом в стене. Контр атака должна идти через помещения правого крыла здания компании «Герольд» и задний двор. Тем временем темнело. Русские тоже пытались расширить свой прорыв и пробиться в здание компании «Герольд». Бой достиг кульминации и все больше распадался на дуэли. В полночь русские пытались подтащить на позицию пулемет в соседнее к подъезду помещение. Мы их выбили. Теперь наступил момент для контратаки. Я впереди штурмовой группы бегу через пролом в стене в длинное соседнее помещение. Строчу из автомата. Русские бегут. Мы преследуем их. Тем временем моряки группы прикрытия забрасывают подъезд гранатами. Когда мы приближаемся, они прекращают бросать гранаты. Я выбегаю в подъезд, уверенный, что внутри ни одного русского больше нет. Бойцы, бегущие за мной, немного отстают. Я уже у Путткамерштрассе и, желая обезопасить улицу, бросаю еще одну гранату – все происходит за секунды, – и тут раздается выстрел за спиной. Всего с 3 метров. По подъезду свистит рикошет. Моя левая нога внезапно наливается тяжестью; струится кровь. Я снова вплотную от русских пробегаю в соседнее помещение. Через 30 метров падаю. Трое моих бойцов тотчас возле меня и тащат меня через подвал назад. Как это могло произойти? Хотя я провел в подъезде долгие часы, но не заметил небольшую комнату привратника.

Четыре бойца 2-го батальона полка СС «Данмарка» тащат меня в темноте через развалины к станции метро «Кохштрассе». Перрон переполнен солдатами и гражданскими. Что случилось? Все говорят про отход. Куда дальше? Приходит Кристенсен. Я докладываю о Путткамерштрассе. Гитлер, вероятнее всего, мертв. Оберштурмфюрер Кристенсен прикрепляет мне Железный крест 1-го класса и делает запись в солдатскую книжку. Затем идет, чтобы привести обратно боевую группу. Тем временем обо мне заботится санитар. Четверо морских пехотинцев берут мои носилки и тащат меня на станцию метро «Штадт-

митте». Идем то вверх, то вниз. На станции метро «Штадтмитте» я надеюсь найти командный пункт дивизии «Нордланд» и санчасть. Ничего этого нет. И здесь толпятся солдаты и гражданские. Морские пехотинцы ставят мои носилки. Медсестра дает болеутоляющую таблетку и бутылку красного вина, которую я жадно выпиваю. И засыпаю».

В тот же час оберштурмфюрер Биркедаль-Хансен, командир 8-й роты полка «Данмарк», тяжело заболевший желтухой, ищет командный пункт дивизии на станции метро «Штадтмитте». Его посылают кто куда. В конце концов он с обозом возвращается в Тиргартен. Один майор проинформировал Биркедаль-Хансена о запланированном прорыве. По карте он показал ему путь прорыва в юго-восточный сектор обороны. Биркедаль-Хансен собрал всех бойцов обоза и присоединился к майору. Запасшись лишь самым необходимым, они отправились в направлении Шарлоттенбурга, но уже у Зообункера (башня противовоздушной обороны в районе зоопарка) в Тиргартене стояли русские. После короткого боя двинулись дальше, но кто-то отставал, других поглотила темнота. Повсюду взорванные машины.

Шоллес и Биркедаль-Хансен уже не нашли командный пункт на станции метро «Штадтмитте». 30 апреля 1945 года в 20:00 командир полка СС «Данмарк» гауптштурмфюрер Тернедде получил приказ с командного пункта дивизии, который к этому моменту еще находился на станции метро «Штадтмитте». Командир дивизии генерал-майор Крукенберг отдал Тернедде следующий приказ: «Берлин окружен противником. Гитлер мертв. Остатки полков «Норвегия» и «Данмарк» в 23 часа оставляют свои бывшие позиции и сосредотачиваются у моста Видендаммер готовые к прорыву. Прорыв поддерживают остатки 503-го батальона «Тигров» корпуса и боевые машины разведывательного батальона дивизии «Нордланд». Цель – прорыв на север и соединение со стоящей на Финов-канале армейской группой Штайнера».

А как теперь выглядела диспозиция? В эту ночь связной полз через руины на Шпиттельмаркте и оказался в

большом подвале, в котором много солдат и гражданских. Зачитывались имена и фамилии, и сразу делалась перекличка. Здесь были бойцы полка СС «Норвегия». Видимо, где-то прорвались русские. Говорилось, что откликнувшиеся пойдут в контратаку. Они покинули подвал. Их поглотила ночь.

Сбор в кладовой рейхсбанка. И здесь гражданское население и солдаты, растерянно глядевшие на прибывших. Они и впрямь были грязными, прокопченными и истощенными, брови нахмурены, на черных лицах глаза светились как огоньки. Жадно затягивались сигаретами. Магазины набивались патронами, по карманам рассовывались лимонки. Затем они пошли через Хаусфогтайплац, через улицу Унтер-ден-Линден на вокзал Фридрихштрассе, через груды щебня и развалины, мимо сгоревших автомобилей и трупов солдат и гражданских. Отовсюду свисали погнутые стальные балки, прямо на улице валялась мебель, застыли машины. И повсюду пылали бесчисленные пожары.

Окрики, указания. Бойцы сменили направление движения. Контратака у рейхсканцелярии отменена, вместо нее двинулись к Берлинской государственной опере на Унтер-ден-Линден.

В большом вестибюле бойцы снова спустились вниз. Здесь они услышали: «Гитлер мертв!», и здесь было много солдат всех родов войск. Но в этом муравейнике каким-то образом, кажется, еще действовал командный центр. По Фридрихштрассе двинулись дальше к мосту Вейдендаммер.

Здесь бойцы узнали, что будет попытка прорыва. При поддержке последних танков и штурмовых орудий прорыв должен пройти вдоль Фридрихштрассе в направлении Штеттинского вокзала. Наступила полночь. Рядом с вокзалом Фридрихштрассе, на мосту Вейдендаммер на исходные позиции вышли силы прорыва. Бригаденфюрер генерал-майор ваффен-СС Йоахим Циглер, которого до момента смерти Гитлера держали в рейхсканцелярии, поспешил вернуться к своей 11-й дивизии СС «Нордланд». Без приказа он берет на себя командование, желая уча-

ствовать в прорыве. Ранее командовать дивизией «Нордланд» в ходе прорыва был назначен бригаденфюрер генерал-майор ваффен-СС Вильгельм Монке, комендант района обороны рейхсканцелярии.