Древняя Америка: полет во времени и пространстве. Мезоамерика - Галина Ершова

Таким образом, стадионы демонстрируют свое противостояние миру живых двояко: с одной стороны, их уровень намеренно занижен относительно вертикальной схемы города, а с другой – он всегда ориентирован на север или на запад относительно зоны жизненной активности, маркируя вход в пространство мертвых. Именно поэтому изображение сцены игры в мяч встречается даже в росписи пещеры Нах-Тунич.

Рассказ обо всех мезоамериканских городах со стадионами занял бы слишком много времени, поэтому остановимся на одном из самых богатых этими сооружениями городов – Чичен-Ице. Как уже упоминалось, Чичен-Ица со своим знаменитым колодцем считался исключительно важным церемониальным центром майя и тольтеков, поскольку как бы являлся воплощением «северной прародины» и девственной воды мироздания. Особое сакральное значение этого центра, связанное с астрономическими знаниями, не было утрачено даже с усилением центральномексиканского культурного присутствия, отражавшего в определенной мере смену идеологических представлений. В связи с этим особый интерес представляет изменение функций стадиона для игры в мяч с точки зрения схемы перемещения между пространствами жизни и смерти.

Илл. 91. «Большая площадка для игры в мяч» в Чичен-Ице. Трудно предположить, как проходила игра на этом стадионе. Но зато каждый может проверить удивительный акустический эффект этого сооружения: слово, произнесенное даже шепотом, слышно у противоположной стены, если слушающий находится на одной линии с говорящим

Илл. 92. Система календарных циклов древних мезоамериканцев строилась по любопытной схеме сочетания базовых чисел «человеческих» и «небесных» единиц, как бы подтверждая общее правило, что человек начинает осознавать свое сотворение только научившись систематизировать время. «Человеческие» единицы основывались на числе 20, что соответствовало количеству пальцев, и лежали в основе математического счета. А «небесные» единицы базировались на числе 13, что соответствовало количеству зодиакальных созвездий, и лежали в основе собственно календарного счета.

Всего в Чичен-Ице было сооружено 13 стадионов. Сама эта цифра (если, конечно, это не случайность) является ключевой в воспроизводстве модели мира майя, выраженной в устройстве зодиакального круга. При этом 12 стадионов имеют достаточно стандартные характеристики, в отличие от так называемого «Большого стадиона», отличающегося своей необычной архитектурой и размерами: прямоугольная площадка, имеющая 146 м в длину, 36 м в ширину, кольца укреплены на высоте 8 м от поверхности.

Большой стадион Чичен-Ицы расположен в северном акрополе, связанном с сенотом дорогой. Как и весь комплекс, стадион ориентирован по оси юг – север, с небольшим отклонением на восток – то есть прямо на «Священный колодец», благодаря которому Чичен-Ица и считался одним из важнейших культовых центров Юкатана начиная с классической и заканчивая колониальной эпохой. В соответствии с датой, появляющейся на обнаруженном на стадионе алтаре, он был сооружен не позднее 864 года н. э.

Большой стадион Чичен-Ицы с западной и восточной сторон ограничен вертикальными стенами с кольцами посередине, а с юга и севера – специальными постройками. Он окружен четырьмя храмами: Северным и Южным, а также Нижним и Верхним Храмами Ягуаров. Рельефы на стенах стадиона, внутри Нижнего Храма Ягуаров и Северного Храма, а также на алтаре изображают сцены игры в мяч. На вертикальных стенах размещены рельефы, сюжеты которых посвящены игре в мяч. Примечательно, что среди росписей, помимо основной темы – жертвоприношения, отчетливо прослеживается «реинкарнационная» тематика: знаки «небесный, блистающий», элементы крови, заменяющиеся семью змеями.

Несколько иной тип стадиона мы видим в Монте-Альбане. Здесь уже на третьем этапе существования города широкое распространение приобретают площадки для ритуальной игры в мяч тлачтли, ориентированные с юга на север.

Поле для игры в мяч в Оахаке напоминает заглавную латинскую букву I. В Дайнсу поле для игры в мяч было ориентировано с востока на запад. Скошенные боковые стены площадки выполнялись иногда в виде ступеней, что прекрасно иллюстрировало идею спуска в преисподнюю по «холодной лестнице». Но самое впечатляющее – это десятки рельефов, размещенных на выходе скальных пород высоко над городищем. Рельефы изображают головы игроков в мяч в сопровождении знаков имен, что наводит на мысль об увековечении памяти ритуально обезглавленных героев. Вообще тема игры в мяч занимает треть монументальных изображений в Дайнсу.

Оахакский вариант игры, в отличие от остальной Мезоамерики, изначально не предполагал колец на боковых стенах для забивания мяча. И потому в период постройки стадиона в Монте-Альбане еще не использовались кольца, которые появились только вместе с тольтеками. На северо-восточном и юго-западном углах поля были обнаружены небольшие ниши неизвестного назначения. В центре сохранились остатки круглого каменного диска, через который проходит воображаемая линия, соединяющая эти ниши. По сторонам поля поднимаются ступенчатые платформы с наклонными стенами-лестницами. Наверху располагались четыре храма, от которых сохранились основания и части стен. Последняя перестройка стадиона относится к VI–VIII векам. Тогда же на помосте с восточной стороны были установлены две скульптуры, на одной из которых сохранился фрагмент даты.

Как ни странно, несмотря на обилие археологического материала, точных сведений ни о назначении, ни о правилах мезоамериканской игры в мяч до сих пор не существует. Как известно, игра в мяч носила ритуальный характер. Считается, что по правилам майя классического периода побежденный (или победитель?) приносился в жертву – то есть отправлялся с посланием к богам. Археологи предполагают, что в Оахаке на поле для игры в мяч инсценировалось представление перехода Солнца из одного полушария в другое. С другой стороны, сохранилось предание, согласно которому правивший в столице астеков Теночтитлане Моктесума II якобы проиграл правителю Тескоко, и это стало знамением того, что вновь созданный союз не будет долговечным. Так оно и оказалось.

Известно, что в некоторых случаях мяч нужно было загнать в кольца, расположенные на боковых панелях стадиона. Хотя возможность попадания четырехкилограммовым мячом в кольцо, расположенное на восьмиметровой высоте, кажется сомнительной. Впрочем, в других случаях, как, например, в ранние времена Монте-Альбана, таких колец и вовсе не существовало. Правда, точно известно, что касаться мяча можно было лишь бедрами и плечами. Игроки имели специальное защитное снаряжение – протекторы для груди, коленей и локтей, шлемы. В Дайнсу к шлему крепилась еще и защитная сетка.