Ацтеки, майя, инки. Великие царства древней Америки - Виктор В. фон Хаген

Купцы привозили соль, сушеную рыбу, хлопчатобумажное полотно, копал, мед, воск, кукурузу, бобы, украшенные перьями плащи, щиты и головные уборы. Некоторые племена, говорившие на языке майя, обладали настоящей монополией на соль. «На Юкатане есть одно болото, о котором стоит упомянуть, – пишет Диего де Ланда. – Оно имеет в длину более семидесяти лиг, и в нем одна соль… Здесь Бог… создал самую лучшую соль». Лагуна начиналась у Экаба (это был первый город, который увидел Грихальва в 1518 году; он назвал его Новый Каир), большого центра торговли, куда многочисленные каноэ привозили главным образом соль. Только определенным общинам майя было позволено собирать соль, а правители Экаба требовали себе за нее отчисления.

Рис. 75. Морские животные, нарисованные художником майя: реалистично изображенные черепаха, скат-хвостокол (шипы с хвостов этих скатов широко использовались в кровавых ритуалах майя), краб, барракуда, улитка и в нижнем правом углу сферический моллюск (семейства катушек, Prahorbidae. – Ред.), который майя использовали как символ нуля. С фресок в Чичен-Ице

Соль играла важную роль в истории большинства народов. Первая официальная мощенная римлянами дорога носила название Via Salaria, построенная, чтобы по ней доставлять соль. В Колумбии на соли разбогатели полностью окруженные сушей индейцы племени чибча; у них были соляные горы в Ципакире (близ Боготы) (высотой 2600 м). Бруски соли на керамических блюдах были одним из самых привычных товаров в доиспанской Колумбии. Наряду с изумрудами это была монополия чибча. Соляные торговые пути можно найти по всему миру. Много их в районе «Благодатного полумесяца» (Ближний Восток Азии); люди, питавшиеся в основном зерном, очень нуждались в соли.

Рыба, черепахи, черепаховые яйца и большие раковины моллюсков (их использовали как трубы и для изготовления известкового раствора; раковина моллюска также стала в арифметике майя символом нуля) привозились в Шикаланго с моря. Широко экспортировались хлопчатобумажные манта. Кукурузу возили в мешках. Майя испытывали недостаток в металлах, но для изготовления ножей использовали пластины кремня, и кремень был важной статьей торговли. «Господь Бог, – писал Ланда, – дал им много кремня, обнажившегося на поверхности земли… так что кремень служил им вместо металла».

Купцы майя, которых называли пполмс, были уважаемыми людьми. Как и ацтекских почтека, их считали важными людьми. У них был свой бог, Эк-Чуах, и свои правила поведения в обществе. Они не платили налогов и имели особые привилегии. Купцы управляли флотилиями каноэ и содержали товарные склады для ведения торговли по всему побережью Мексиканского залива, а также в отдаленных от побережья районах в глубине страны майя. Эрнан Кортес во время своего похода по стране майя в 1524 году, который он предпринял для подавления восстания, обнаружил мощенные камнем дороги «с постоялыми дворами вдоль всего пути», а за озером Петен-Ица он захватил в плен высокопоставленного майя, который рассказал ему, что он купец и вместе со своими рабами приплыл в эти края на своих кораблях.

В Шикаланго грузы ожидали большие склады, построенные из камня под крышами из пальмовых листьев. Купцы давали и продлевали кредит, предлагали условия и даты платежа. Контракты заключались устно, письменных документов не было. Сделки заканчивались публичным распитием спиртных напитков, чем подчеркивалось принятое у майя правило «законности через публичность». И тем не менее неплатежи или споры по поводу условий сделки часто вели к войнам. Торговля шла поистине в широких масштабах. Записи в податных списках постиспанского периода гласят, что двадцать шесть деревень в провинции майя Мани платили ежегодную дань в виде 13 480 хлопчатобумажных манта, каждый из которых длиной 14,63 м и шириной 0,61 м. Это составляло 120 220 кв. м хлопчатобумажной ткани с одного только этого небольшого района!

Значительную часть торговли составляли предметы роскоши: какао, каменные бусины, зеленые камни под названием тунс, «изумруды» (попциль тун), бусины из топаза для украшения носа, кошениль для крашения, квасцы и поставляемый из отдаленных районов уастеками, говорящими на языке майя, битум, который уастеки собирали в местах выхода нефти на поверхность земли вокруг Табаско, где в настоящее время находятся основные нефтяные месторождения Мексики.

В верховьях реки Усумасинты располагались большие города-государства Пьедрас-Неграс и Йашчилан (Яшчилан), а рядом с последним, на небольшом притоке, стоял Паленке. Торговцы из этих городов привозили копал, душистую магическую смолу. Ее использовали как ладан на всей территории Центральной Америки, и она пользовалась большим спросом в Мехико. Шкуры ягуара и пумы, фрукты, зерна ванили (для приправы к шоколаду), дерево, известь и глина были статьями торговли. В своем пятом письме к Карлу V от 3 сентября 1526 года, повествующем о потрясающем путешествии по стране майя, Кортес написал о провинции Акалан: «Огромных размеров, здесь много людей и городов… много торговцев, у которых есть рабы, чтобы переносить товары отсюда в любое место [и Шикаланго]… ткани, красители для крашения, свечное дерево [длинные сосновые щепки], настолько смолистые, что горят, как свеча». Большая часть этих товаров отправлялась по суше к реке Усумасинте, а затем в каноэ вниз по течению. Есть полученные из первых рук рассказы о том, как осуществлялась торговля.

После какао – рабы. Отличный рынок рабов находился в Табаско недалеко от Шикаланго. Именно здесь в 1518 (в 1519. – Ред.) году Кортесу, собиравшемуся завоевать Мехико, подарили («подарили» после выигранного тяжелого боя с индейцами. – Ред.) знаменитую Малинче, впоследствии удостоенную испанцами титула Доньи Марины за ту роль, которую она сыграла во взятии ацтекского Теночтитлана. Она была «из города Пайнама, что в восьми лигах от Коцакоалькоса в Табаско», как пишет Берналь Диас. Ее отец был вождем в этом городе. Когда ее мать вторично вышла замуж, она сочла присутствие дочери в доме неудобным и продала ее в рабство.

Торговля рабами (ппентакоб) представляла собой серьезный бизнес, который у майя был поставлен на широкую ногу. Базовой ценой раба была сотня какао-бобов. Рабов использовали для выполнения тяжелого ручного труда, они были рыбаками, гребцами и носильщиками грузов. Рабыни набирали воду, толкли кукурузу и красили ткани. Мужчинам– рабам коротко стригли волосы и одевали в лохмотья. Изображения рабов можно увидеть среди древних скульптур майя.

Так как в теократических государствах всегда был острый недостаток рабочей силы, рабство в древности существовало везде. Все большие государства в истории, будь оно египетским, хеттским, греческим, римским, английским, испанским или американским, имели рабов. Нет оснований для часто встречающегося утверждения о том, что рабство препятствовало использованию, развитию и совершенствованию механизмов. В Риме свободные люди и рабы работали вместе, и освобождение рабов от рабства оказало большое влияние на бизнес и политику, касалось ли оно греческого философа Эпиктета, ацтекского «царя» Ицкоатля или Букера Т. Вашингтона в Америке. Находясь среди майя, испанец Гонсало Герреро, который сначала был их рабом, вырос до военачальника, когда получил свободу. Он возглавил четумальских майя в борьбе против испанцев (и погиб в бою. – Ред.).